В такт твоей музыке
Шрифт:
— Именно так, — потирая ладони, Марина, закончив своё дело направилась к нам.
Напарника? Он же вроде её начальник? Или нет?
На улице уже были слышны звуки серен. Через огромные окна клуба было видно, как паркуются в спешке скорая, полиция и ещё какие-то загадочные черные машины.
Я начинаю понимать, что вообще не понимаю, что происходит, а проводником в этот мир забытия никто не хочет быть.
— Марин с тебя все юридические тонкости. Жень подпиши карту осмотра пожалуйста сразу, чтобы мне не забивали этим голову в офисе, — раздает Петя команды.
Мне почему-то становится ужасно обидно. Почему я нахожусь тут с людьми, которые меня не очень-то уважают? Лучше позвонить Стасу и пойти погулять. Хотя уже поздно. Вряд ли он согласится.
Женя тем временем заканчивает свою работу, а Петя достает из пакета чистую новую одежду и облачается в футболку и кожаную куртку.
Я хочу уйти, но Петя ловит меня за руку.
— Стой.
— Зачем?
— Я сейчас быстро тут закончу и провожу тебя до дома.
Его слова меня сбивают с толку, и он продолжает.
— Не противься. Я не всё время кусаюсь. Честно. Тем более на улице темно и одной гулять опасно. Эти вялые парни на полу тебе подтвердят.
Смотрю на шайку ночных разбойников, сглатываю слюну от страха и решаюсь.
— Думаю ты прав. Я тебя подожду, — говорю я, а сама надеюсь откусить хоть маленький кусок информации.
Тем временем заходят представители спецслужб. Лиза только собирается дернуться в их сторону, но её опережает Петя. Первым делом он останавливается перед полицейскими и показывает им какое-то удостоверение.
— Добрый вечер. Все вопросы по документам с вами решит мой ассистент Круглова Марина Витальевна и мои адвокаты уже на месте. Что касается нарушителей покоя подытожу. Мои действия абсолютно оправданы и защищены лицензией. Данных граждан прошу перевезти в пятый филиал. Что это и где это вы обязаны знать. За теми близнецами прошу следить тщательнее и поместить их в особую камеру. Они наёмники. Значит хорошо обучены. Я их цель. И не дай бог они сумеют сбежать до начала допроса. Ущерб, нанесённый кафе полностью возместит моя фирма. Этим вопросом так же займется мой ассистент. Если будут вопросы, — Петя протянул полицейским две визитки, они молча переглянулись и взяли. — Прошу звонить, писать, обращаться по тому каналу связи который будет для вас наиболее удобным. Спасибо за сотрудничество.
Петя чётко объяснил свою позицию и у мужчин в форме не остается вопросов. Как и у Лизы. У меня аж мурашки по телу побежали от его важности, статусности и сексуальности в этот момент. Казалось, этот парень может решить любые вопросы. Это привлекало ещё сильнее.
Он мимолётно посмотрел на меня и улыбнулся, а затем подошел к персонам, которые высадились их черной машины. Мужчина и женщина в костюмах и еще один в медицинской форме.
Врач первым делом обратился к Пете.
— Пётр Александрович, нужно обязательно заполнить карту осмотра.
— Этим Женя займется. Он уже произвел все процедуры, которые были нужны.
Как только специалист удаляется вставляю свои пять копеек несдержанности.
— Я смотрю кое-кто не любит работать?
— Раздавать работу тоже работа. Всё просто. У меня есть ресурсы, и я умею ими пользоваться. Если буду распаляться на эти мелочи, то не смогу заниматься своими первостепенными задачами, — разъяснил мне Петя.
Даже не огрызнулся. Странно.
— Тоже верно, — подмечаю я и киваю в ответ.
— Марин подойди на минутку.
Сестра моментально оказывается рядом, но перед этим извиняется и просит подождать сотрудников спецслужб.
— Да, Пётр Александрович.
— Справишься? Я Лию до дома провожу, потом вернусь. Если что звони.
— Хорошо, Петь, — с легким кивком она удаляется.
Петя оборачивается ко мне.
— Ну что пошли?
— Пошли, — кратко отвечаю я и мы уходим.
Так и не поговорила с Лизой. Так и не узнала у неё почему она соврала. Кажется, она меня даже не заметила.
Прохладный ветер дует нам на встречу, и мы идем рядом в тишине улиц ночного города. Идем мы достаточно близко. Неловко подмечаю, что моя ладонь так и чешется взять его за руку. Это чувство притяжения добивает.
Он не говорит мне ничего, приковывает меня наручниками, смеется, а я хочу взять его за руку. Ещё больше смущаюсь этой мысли взвесив все за и против. Плюс ещё невыносимое чувство вины добавляет в мои ощущения ноты стыда. Точно! Сон! Я хотела поговорить о сне.
— Можно спросить? — нарушаю тишину.
Петя многозначительно смотрит на меня, затем переводит взгляд на дорогу.
— Спрашивай. Но я не обещаю, что отвечу.
— Я тебя предала?
Петя сначала теряется, но затем отвечает.
— С чего ты решила?
— Сон приснился. Ты пришел ко мне и сказал: «Как ты могла предать меня».
— Да предала. Деталей правда не знаю, — морщится и откашливается он. — Ещё вопросы будут?
— Почему ты не можешь мне рассказывать?
— Есть три причины. Первая легко решаема, вторая сложнее, а третья… Даже не знаю, что с ней делать.
— И что же это за причина?
Петя задумчиво смотрит на небо, а затем на меня.
— Я тебе не доверяю.
— Потому что я предала тебя?
Он молча кивает, поджав губы. Явно расстроен этому факту.
— Прости, — краснею я.
— Даже не знаю. В какой-то мере любое моё отношение к тебе эгоистично. Ты даже не помнишь ничего, поэтому винить тебя глупо. Из-за этого я вообще не понимаю, что с тобой делать, — вздыхает Петя.
— А что обычно делал? — спрашиваю я.
Петя берёт меня за руку и отвечает.
— Это одна вещь из того, что я с тобой делал.
Мурашки пробегают по всему телу и сбивают моё дыхание. Я точно держала эту руку. Сотни раз. Вцепившись в руку крепче, замечаю, как на лице Пети появляется слабая улыбка. Очень странно чувствовать подобные вещи к человеку, которого я совершенно не знаю. Странно и страшно. В какой-то степени ощущаю себя бессильной.
— Удивительно. Даже не кричишь, — подмечаю я, стараясь мыслить трезво, но сердце бешено колотится.
— Пока бесить не начинаешь. Да и я устал. Тяжелая выдалась ночка и возможно ещё не закончилась, — тяжело вздыхает Петя, заглядывая в глубину ночи.