В тёмном, тёмном Токио
Шрифт:
– Дяденька! Осторожно, монстр!
Казаюки лихо повернувшись назад, к своему отчаянию и изумлению увидел того самого вора, что спёр его посылки: будто слизняк или даже улитка без раковины, он шевелил своими глазами и уменьшаясь в размере, уже не мог замахнутся на него лапами и схватить. А тот замер и глядя на девочку, которая вопит с перепугу отпрянул назад. Бедный ребёнок, такое увидишь в детстве – отписаться можно и на всю жизнь запомнить. Но девчонка не растерялась и заметив что стал в разы меньше, просто притопнула его размазала по асфальту, когда монстр стал совсем малюткой. Не больше червяка. Утирая свои башмаки, она ругалась, что теперь её на ругает мама, за неопрятный вид. А Казаюки и слова не молвил: ни пожалуйста, ни спасибо, ни даже здравствуйте. Потому девочка надменно оценив его взглядом и так не дождавшись любезностей, развернулась пошла прочь своей дорогой, оставив доставщика одного на тёмной улице.
Бабл ти брать было уже поздно. Порядком задержавшись на работе из-за сложившейся ситуации и пропавших посылок, он был вынужден оставаться до полуночи, лишь чтобы привести в порядок накладные. А завтра и вовсе придётся носится с доставкой по городу и приносить извинения за задержку. Технические неполадки да неприятности случаются с каждым. Но не каждый доставщик увидит такое, от чего у старшей смены начнётся приступ неудержимого смеха:
– Монстра улитку убила девочка? Да ну?
Все коллеги посмеивались над Казаюки, когда тот таки сдав смену, отправился домой еле успев на последний поезд. Не верят, ну и ладно. Он и сам не верил. День был слишком странным для того, чтобы наивно доверять своему сознанию, работающему практически без выходных и бабл ти. Играя в игру на смартфоне и чуть не забыв выйти, на свой станции, он покидал её последним, оставляя одиноко тянуть эскалатор:
– Внимание пассажиры, станция Симбаси закрывается на вход и выход!…
Улица тихо шелестела летней прохладой, но на завтра обещали тайфун. А на работу его ждут, как и прежде разбирать завалы склада. Главное не растерять свои посылки, которые намокнув от дождя, могут снова не доехать до адресата или исчезнуть без вести, как например сегодня. говорят в Японии: если что-то потерял – тебе это помогут найти. скажите это Казаюки, который профукал целую тележку с заказами, обвиняя во всем монстра. И шагая по ступенькам в свою малюсенькую холостяцкую квартирку, он устало глядел, как соседка подняв с пола чёрную коробку, мигом спряталась за дверью даже не поздоровавшись:
– Госпожа Такизава!
Старуха не отозвалась, а ломится в её дверь и навязываться войти, уже поздно. В такое время пожилые давно спят. Может и кобан вызвать, если ей чего привидится. Немного постояв у двери Такизавы сан, он таки достал ключ от квартиры и откупорив замок, провалился во мрак своей холостяцкой жизни.
Ночь он спал беспокойно и постоянно ему снилась та тварь, что отобрав посылки, преследовала его по всему Токио. Во сне город погрузился во мрак и ни одного фонаря, не было даже на Синзюку. Ну и кошмары нынче, в таком то молодом ещё возрасте. А все из-за стресса на работе. Выпивая пузырёк витаминов, он уже кипятил чайник и варя ароматный кофе, как то с печалью поглядывал новому утру в глаза. А то разошлось на славу! Ветер гонял ветки по дороге, врезаясь ими по стёклам ехавших авто. Тайфун однако. Но небольшой и штормового предупреждения не объявляли, а значит посылки себя сами не разнесут. Стуча чайной ложкой по дну и топча в нем сахар, не выспавшийся Казуюки уже было хотел сделать глоток, как вдруг прозвенел звонок:
– Извините, что потревожили вас в такую рань! Господин Катаяма, ваша соседка скончалась вчера ночью, потому будут некоторое время в вашем доме будут происходить неудобства, связанные с её кончиной.
Лицо полицейского не высказывало никакой жалости или соболезнования к погибшей и он кланяясь, уже собирался звонить в другую дверь. Но Казаюки не выдержал:
– Сумимасэм! Что случилось с Такизава сан? Вчера поздно вечером я видел ее в полном здравии! Вам не кажется…
– Ваша соседка умерла от остановки сердца. Причина может быть – много выпитого кофе, который мы у неё нашли. Но это не точно.
– А коробка! Вы проверяли чёрную коробку?
– Простите?
– Моя соседка заказала чернильно-чёрную коробку, той компании доставки продуктов. Вы нашли её в квартире?
– На что вы сейчас намекаете?
Сложно было объяснить служащему о том, во что сам попросту не верил Казаюки, но других вариантов не оставалось. Вчерашний инцидент внезапной смерти клиента, утерянные посылки, а теперь ещё и соседка отошла в мир иной: все это свалилось в одну кучу на парня и он просто настаивал на том, чтобы блюстители порядка выполняли свою работу лучше, чем просто разносить известия о смерти. Но суровый взгляд служащего, отмахивался от назойливого и невменяемого жильца. Соседи тут же расползлись по своим квартиркам, оставив нерадивого господина Катаяма препираться и паниковать. такое бывает, когда внезапность чьей-то кончины полностью выбивает из колеи привычного образа жизни и зачастую, нуждающиеся в помощи люди – становятся пострадавшими от нахальства некоторых недобросовестных личностей. Так и господин Казаюки Катаяма уже ехал не на работу, а закованный в наручники отделения кобан. Офицер, ошибочно принявший его показания за улику, быстро арестовал беднягу и уже намереваясь допросить парнишку как следует в участке, строго и повелительным тоном объявил:
– Раз вы были так близки с госпожой Такизавой, то и отвечать вам прийдётся не мне, а следователю!
– Но сто я такого сказал? Чернильно-черная коробка! Вы её даже не взяли!
Но подобные скверные люди при погонах, обычно пытаются выглядеть солидно, а при удобной возможности, пользуясь преимуществами своей униформы, даже при всей нелепости ситуации – стараются проучить всякого. Вот и попал под горячую руку доставщик компании Куро Нэко. Бабульки останутся без посылок снова. Может оно и к лучшему, ведь бог знает что там в этих чернильно-чёрных коробочках. Руки надёжно держат кандалы власти и порядка полиции Токио, а машина так и гудит на всю улицу сиреной. Мимо проезжающие авто службы доставки пропускаю кобан и тот увозит подозреваемого с глаз долой.
Бабл ти самый вкусный обычно в выходной день, но такое случается не часто, как хотелось бы. Но по непредвиденным и глупым стечениям обстоятельств, Казаюки посасывает его через трубочку, держа пластиковый стакан в руках и пялясь на девочку, не может понять, что ему делать. Та, осмотрительно переходя дорогу, уже подошла к доставщику, который устроил себе незапланированный выходной:
– Эй дядя? Монстры не появлялись больше?
– Чего?
– Ну монстры? Такие как вчера. Большие, слизкие и противные, величиной с гору?
– Больше не видел!
– Слава богу, но если ещё увидите, то я живу здесь.
И девятилетняя девчёнка, протянула ему стикер с адресом и своим именем. Прочитав его, он глядел, как Аюми Ватанобэ уже бежала обратно, не давая машинам и шанса проехать на зелёный свет для пешеходов. Бедный ребёнок – видит то, что другие игнорируют и посчитав за бредовый вымысел, ошибочно арестовывают пострадавших, посчитав их за убийц. Но улик против Казаюки Катаями не было, потому его сразу отпустили. И прежде чем поехать на работу и снова разносить посылки чернильно-чёрных коробках, он посчитал что не дурным решением будет угостить себя бабл ти. А Аюми Ватанобэ уже скрылась в улицах Токио, что ненадолго прогнав тайфун, готовится принимать следующий, а на сегодняшний вечер лишь погасит все фонари, погружая улицы в бесконечный мрак, до утра.
3. Доставка для доставщика
– Господин Катаями, как ужасно вышло, что вас арестовали! Но ничего, работа не ждёт. А кстати: все ваши утерянные посылки придётся списать через месяц из вашей зарплаты, но возможно премия их хоть как-то покроет. Ну или они внезапно найдутся. И все же, вот бланки с адресами доставок на сегодня.
Чувствовал ли обиду Казаюки, снова придя на работу с утра пораньше и обнаружив гору чернильно-чёрных коробок на складе компании Куро Нэко, в которой он работал? Быть может лишь немного. Но общество не позволяет ему высказывать недовольство или ещё чего, спорить с начальством. Ведь всякое на работе случается. Главное что премии исправно дают раз в год. Загружая до отказа свою зелёную тележку и грузя её в служебный автомобиль, он пошёл за второй, третьей и так до тех пор, пока грузовой отсек не был заполнен битком коробками:
– Эй, Катаяма сан? Слышал, ты попал в неприятности! А я то думал, что такой славный малый никогда ни во что не влипает!
Студент, почему-то сменивший привычный график работы, хамовато стучал по кабине служебной машины и докуривая сигарету, тушил её о колесо. Ну и мерзкий же тип. Наверное он и вправду связан с уличной японской мафией, что все ещё терроризирует Токио, грабя стариков. И хотя Катаяма новости не смотрит, но прекрасно знает, что грабители таки шныряют иногда по квартирам, да выносят ценности, не смотря на камеры по всему городу. И тут его осенила гениальная мысль. Не обращая никакого внимания на бесшабашного коллегу, он сел за руль и уже мчался по улочке, по нужному адресу. Снова знакомая ему улица Хирро, но теперь номер дома 14. Что же, старики не унимаясь, скупают продукты по низким ценам, ведь налоги с каждым годом растут, как на дрожжах. Ещё три года назад было всего три процента, а сейчас уже все десять. Резко повернув руль на право и надеясь, что от такого лихачества его доставка не проспится с тележек, он так же отчаянно заскрипел шинами, что бы остановится. Спрыгнув на асфальт, а затем пройдя пару метров, он уже засунул карточку в терминал для парковки. И водя глазами по столбам, заметил камеры слежения. То что надо! Бегом возвращаясь к машине и выталкивая со всей силы тележку, он уже держал в руках первую попавшуюся коробку. Глядя прямо в камеру, он немедля открыл её и к своему удивлению, та оказалась пустой. То же самое проделав со следующей и не веря, в то что видит, вдруг сорвался и опрокинув тележку, начал рвать их всех на клочья. Чернильно-черные пустые картонные обрывки развивало ветром по улице и он раздосадовано топтал их ногами. Проходящие мимо люди, старались не останавливаться и не пялится так на доставщика, который либо спятил, либо у него случилась непредвиденная ситуация или даже авария. На встречу в господину Катаяме уже бежал кобан и разгоняя толпу, обратился к ошалелому доставщику: