Чтение онлайн

– Все мы, если хорошенько покопаться в наших предках, когда-то были конюшими, оруженосцами или вообще, сервами.

Это был тонкий намек на далекое прошлое семьи де Лузиньян, уходившее своими корнями еще в эпоху Хлодвига Великого. Но Людовик, желая перевести разговор в другое русло, спросил:

– Мне тут рассказывали о каких-то ваших удивительных доспехах для рук и ног, что мы не удержались и решили посмотреть.

Лузиньяну было приятно услышать лестные слова в свой адрес, и он ответил:

– Слухи, сир, немного преувеличены. Просто, как-то копаясь, на досуге, я обнаружил в одной из старинных книг описание римских и греческих налокотников и наколенников из бронзы и меди. Поразмыслив немного, я попросил нашего оружейника, мэтра Бриоля из Пуатье, изготовить для меня комплект таких вот защитных пластин. – Он сделал знак своему оруженосцу, который быстро вытащил из палатки налокотники и наколенники. – Для удобства крепления, я попросил проделать вот эти дырки, чтобы кожаными ремешками связывать их для удобства ношения.

Людовик и Годфруа де Леви с нескрываемым интересом уставились на невиданные доселе доспехи. Годфруа де Лузиньян, видя как заинтересовались его доспехами пришедшие гости, стал разглагольствовать дальше:

– Единственное неудобство в них, это отсутствие самой защиты локтей и колен. Пока не домыслил, как их сделать.

Людовик покрутил в руках доспехи и сказал:

– Весьма недурно! Я тоже увлекаюсь всякого рода новшествами в военном деле.

– Слухи о Ваших новшествах разносятся, словно на крыльях!– Отпустил комплимент Лузиньян, намекая на арбалетчиков, посаженных на коней, сюркоты и шлемы-шапель.

– Спасибо, мессир де Лузиньян. Но мы сейчас пришли не за комплиментами и не для обмена куртуазными фразами. Я решил, зная ваш задиристый нрав, предложить присоединиться лично ко мне и отряду мессира де Леви, чтобы немного «пошалить» на землях графа де Руси. Как вы смотрите на это? Соглашайтесь… Это лучше, нежели сиднем просиживать в лагере или в осаде какого-нибудь замка! Добра, поговаривают, у Его светлости де Руси, накоплено много, позволю, всё, что сумеете захватить, оставить у себя.

Глаза Годфруа де Лузиньяна разгорелись. Он немного подумал и согласился:

– Если то, что Вы сказали, правда… Я согласен! Возьму с собой трех оруженосцев и двух рыцарей, если не возражаете…

Людовик повернулся к Годфруа де Леви и спросил:

– Вы не возражаете? Можно мессиру Лузиньяну взять с собой вышеуказанных воинов?

Годфруа поклонился и ответил:

– Конечно, сир. Это будет честь для меня…

Людовик непринужденно улыбнулся и, протянув Лузиньяну его доспехи, сказал:

– Заодно посмотрим ваши нововведения в бою. Завтра, нет, сегодня после полудня мы с мессиром Годфруа выступаем. Будем ждать вас за лагерем, в двух лье западнее. Убедительно прошу не поднимать излишнего шума и не привлекать ненужного внимания к отъезду.

Годфруа де Лузиньян поклонился и, дождавшись, когда принц и де Леви покинули его, сказал оруженосцам:

– Собираемся… Ведите себя тихо, берем больше вьючных лошадей, видимо будет отличный шанс поживиться!

Его интересовало только одно, неужели принца действительно так заинтересовали его железные «побрякушки» или было ещё что-то, о чем он пока не догадывался… Он почесал подбородок и стал наблюдать, как его слуги и воины занимаются снаряжением и имуществом…

Людовик и де Леви, причем принц возвращался в прекраснейшем настроении, направлялись к палаткам, где заканчивали свертывание лагеря рыцари и оруженосцы сотни де Леви. Принц весело насвистывал какую-то мелодию, мотив которой было трудно узнать, и иногда отмахивался веточкой от появившихся назойливых мух, вечных спутников скопления людей и животных.

– Надоели эти мерзкие твари. – Людовик несколько раз отмахнулся веткой от какой-то чересчур назойливой зеленой мухи, крутившейся возле него. Он взглянул на Годфруа и усмехнулся. – А ты чего нос повесил? Не хочешь, чтобы с тобой рядом несколько дней пробыл твой будущий шурин? Не переживай, скоро он резко поумерит свою родовитую гордыню!

Годфруа скривил лицо в ответ:

– Не пойму я их, сир. Ну и что из того, что меня только недавно произвели в рыцари! Всех, когда-нибудь производят в рыцари…

– Нет, мой друг. Не всех… Ему, скорее всего не понравилось то, что тебя, совсем ещё недавно бывшего простым конюхом, представляли ему на равных! Но мы малость поработаем над ним, не переживай. Гляди! – Принц рукой показал на воинов, сворачивающих палатки. – Великое дело, все-таки сделал нам мессир Антуан, умудряясь выучивать и готовить нам с тобой таких расторопных и послушных воинов.

Рыцари и оруженосцы уже практически завершили свертывание лагеря и уже начинали построение, рассаживаясь на коней. Оруженосцы упаковывали оставшееся имущество. Только пять сотен арбалетчиков оставались в лагере, занимаясь охранением сеньоров и остальных знатных владетелей, даже и не подумывающих о возможности угрозы нападения со стороны графа де Руси.

Отряд под руководством принца Людовика и Годфруа де Леви вышел из лагеря и спешным ходом пошел на запад, через минут двадцать их догнала группа рыцарей, которую вел Лузиньян. Каждый воин его небольшого отряда был экипирован четырьмя вьючными лошадьми, всем своим видом показывая истинные цели поездки. Людовик и Годфруа де Леви переглянулись, по их лицам прошла еле уловимая усмешка. Принц сказал:

– Вот, все как я и рассчитывал. Жадный до поживы характер его рода переломил родовитые предубеждения его крови. Через пару деньков, вот увидишь, он сам будет сватать свою сестрицу за тебя! А теперь тихо, он подъезжает…

Годфруа де Лузиньян подъехал к голове колонны отряда, где находились оба наших героя. Его вороной, с белой звездой во лбу, декстриер мощно и уверенно нес тяжеловооруженного рыцаря, словно легкую пушинку. Годфруа де Лузиньян надел новую кольчугу, судя по кованым звеньям, определенно испанского вида. Колени и локти кольчуги были закрыты его новым типом доспехов, которые накануне осматривали гости. Шлем у Лузиньяна был еще старой, конической формы, но с небольшими выступами, прикрывающими глазницы и нос воина. Большой щит в виде обратной капли был гладким, на нем красовался родовой герб семьи Лузиньян: девятикратное пересечение полосами серебра и лазури. Он подъехал и, учтиво поклонившись в седле, сказал:

– Мой долг, как рыцаря и вассала моего сюзерена, графа Гильома де Пуату, сопровождать вас, принц, доказав всем, что Лузиньяны и все остальные воины Юга Франции, ваши вернейшие и преданнейшие слуги и помощники!

Людовик кивнул в ответ:

– Это совсем другое дело, Лузиньян! Лучше немного размяться в бою, чем сиднем сидеть в лагере, уповая, на окончание сорока дней службы, верно?

Годфруа де Лузиньян немного помялся и ответил:

– Да, сир!..

– Тогда размещайте своих воинов в хвосте колонны, а сами, милости просим, к нам. Составите нам компанию, а то мы с мессиром де Леви начали, было, скучать.