Чтение онлайн

Он хотел спросить что-то еще, но я отобрала бутыль.

– А почему ты поступил в Москву? Хотелось сбежать отсюда?

– Два вопроса, – подметил он и дождался, когда я сделаю дополнительный глоток. Горло жгло и это жжение растекалось во мне. Макс продвинулся чуть ближе, но достаточно одного движения и мы будем соприкасаться. – Мне всегда хотелось отсюда выбраться. Я мог поступить за счет родителей, но приложил все усилия и поступил своим умом. Москва… Москва большая, и мне нравится это чувство, когда идешь по улице и понимаешь, что вокруг просто толпа, которая тебя не знает, а не злобная масса людей, знающая всю твою подноготную, твою родословную и готовая перемыть тебе косточки при удобной возможности.

– Так ты мальчик из богатой семьи?

– Пей, – прошептал он мне на ухо, и заметив, как я дернулась, рассмеялся и откинулся обратно.

– Пью-пью. Я так напьюсь раньше тебя, – я покачала головой и сделала еще глоток. Последующий глоток колючей колы приятно смыл горькое послевкусие.

– Богатство относительно. По меркам этого города, я, наверное, наследник богатых родителей, у которых есть своя студия красоты здесь и по области, спорт зал с бассейном, рестораны. Но я это своим не считаю. По меркам Москвы у меня есть всего лишь двушка далековато от центра.

– У тебя есть квартира в Москве? Если что это уточнение, а не вопрос.

– Да.

– Тогда я перееду к тебе, – почти в шутку сказала я, вспоминая что мне возвращаться в комнату к младшим сестрам.

– А ты уверенна, что меня настолько заинтересовала?

– Пей! – я лукаво улыбнулась и села так, чтобы его лицо было напротив моего. – Да, я думаю, что я тебя заинтересовала больше, чем та влюбленная в тебя девица.

– Оля? Это у нее детское, пройдет. И такие меня не интересуют. Мне больше по вкусу… Ой, – наигранно наивно произнес он и приборной улыбнулся, – никакой лишней информации.

Я досадно промычала, но выпила.

– И какие же тебя интересуют? – спросила я, и закинула ноги на него. Он медленно провел от лодыжки к внутреннему бедру и остановился, на мгновение сжав руку. Мое дыхание участилось. Щеки горят алым румянцем. Какого это, быть с ним?

Такие же вибрации исходили от него. Не дожидаясь ответа, я забралась на него. Я поставила бутылки на прикроватную тумбочку, едва не уронив телефон.

– Так собраться с мыслями сложнее, – покачал он. – Как раз такие и нравятся, видимо. Девушки, которые могут отвлечь тебя от всего мира, от всех проблем. Те, что не дают тебе расслабиться.

– Я тебя напрягаю? – спросила я и заливисто рассмеялась.

– Это вопрос?

Макс выпрямил спину и теперь его лицо находилось всего в нескольких сантиметров. Крепкими руками он схватил меня за бедра и притянул к себе. Он жадно смотрел на меня, но не ничего предпринимал! И я решилась. Казалось, будто это все происходит не со мной. Это не я в захудалой гостинице целую явно не своего парня. Это не я так страстно жажду незнакомца.

Макс отпрянул от меня, видно, что с трудом. Я вопросительно смотрела в его серо-зеленые глаза. Он сделал глоток и поставил бутылку обратно.

– У тебя есть парень?

Я слезла с него. Злость пульсировала во мне. И лишь мои решения и действия были тому виной, но винить себя, конечно, не хотелось.

Почему ты вообще это решил спросить.

– Потому что ты чертовски красивая и остроумная. Кажется, что у тебя нет тормозов. За тобой явно бегают парни толпами. Так что было бы странно, если бы ты была одинока. Но целовала ты меня так, словно у тебя мужика никогда на было.

Пощечина по его лицу была неожиданной для меня больше, чем для него.

– Извини, – буркнула я без сожалений.

– Значит есть парень?

– Не совсем.

– Как это?

– А мы уже не пьем? – я легла на спину и смотрела в потолок. Макс покачал головой. – Не совсем это… Это значит, что мои отношения пришли в тупик и мы решили взять, так сказать отпуск, чтобы обдумать надо ли это нам. Мне 3ажетсч мы оба считаем, что это конец, но боимся ранить друг друга, – я замолчала и посмотрела на Макса. Он внимательно и серьезно слушал меня и мне хотелось прервать это уныние. – Четыре сраных года в никуда, – я истерически хохотнула. – Так что насчет толпы парней ты конкретно промахнулся.

– А что, как ты думаешь, пошло не так? Четыре года – не маленький срок.

– Это были первые отношения для нас обоих, мы пытались быть настолько удобными друг для друга, что превратились в серую унылую массу. Но я хочу что-то менять, а он нет. Меня к нему больше не тянет. Меня скорее тянет рассказать ему как прошел день, что я ела и кого видела. Как к старшему брату или лучшему другу. А как же страсть, возбуждение, да даже истерики? Мне хочется огня.

– Как было в последнюю минуту у нас? – усмехнулся он и лег также рядом. Теперь мы вместе смотрели в потолок.

– От легкой симпатии до семейных разборок за один вечер.

Теперь мы оба смеялись.

В глаза мне попался абсолютный ненужный на деле пропуск на участок, и я сразу вспомнила о цели поездки.

– А ты не знал Алину?

– Она моя сестра.

– Что?! Почему ты сразу не сказал? – я вскочила с кровати.

– Да тише ты, ты спрашивал о тех, кто с ней учился. А я с ней вообще уже давно не общаюсь. Ее отчим запретил ей даже приближаться ко мне уже как лет пять назад. У нас отец общий, – он встал и направился ко мне.

– Стой, где стоишь! Где ты был неделю назад, тридцатого июня? – не может же быть он убийцей. Это вообще не убийство, а скучное дело о сбежавшей девочке. Убеждения не помогали, стало страшно.

– Да я был в Москве! Закончил первый курс магистратуры, домой не торопился. И сейчас не тороплюсь, как ты заметила.

– Откуда тогда знаешь, что твои родители ссорятся?

Тот парень, Саня, он живет в соседнем доме, сказал, что мама пока уехала в квартиру жить, а до этого ругались. Я должен был приехать завтра утром, но хотел сделать сюрприз, но это оказалось плохой идеей.

– А что изменится завтра?

– Завтра они будут оба дома и будут делать вид, что все замечательно. Как обычно.

– Наверное, я себя накручиваю.

Он обнял меня и погладил по голове. Его подбородок лег на мою голову. Макс кажется таким худым, словно его вытянули, но на ощупь он крепкий.

– Я думал, что все считают ее сбежавшей. Или уже есть новые подробности? – спросил он откуда-то сверху.

– Нет, – я выдохнула и расслабила плечи. – Все считают, что она вернется.