Чтение онлайн

Собатая действительно контролить было излишне. Знатно его изрешетили. Но я всё равно дисциплинированно влепил ему пулю в голову метров с пятнадцати, когда мы уже подошли достаточно близко. Вот лежавший рядом с ним уже вызывал опасения. Как-то он так удачно упал, что взрослый цыган своим телом его прикрыл от наших очередей. Так что там вопросы были, жив ли он или нет. Впрочем, на контрольный выстрел и он никак не среагировал. А вот третьего не было. Уполз, зараза! Впрочем, судя по кровавому следу, который он оставлял на асфальте, далеко он не уйдет.

Так и оказалось. Раненый цыганенок нашелся буквально в соседнем дворе. Увидев нас он даже не пытался сопротивляться, а только заревел, словно ему не 12–13 лет, а года три максимум. Сморщил лицо и натурально заревел. И знаете, я дрогнул. Вот шёл контролить их вполне себе заряженный. Настроился. И первые два выстрела сделал, вообще не задумываясь. И никаких терзаний по этому поводу не испытывал (это Тёмыч вон побледнел, а меня не сильно тронуло), а вот тут я дрогнул. По уму, надо было бы добить сопляка, но рука не поднялась. Недостаточно я еще очерствел. И это плохо.

— Бросай оружие! — командую ему, не рискуя пока приближаться, и не сводя с него ствола своего автомата. Только дернись, парень, и я с удовольствием нафарширую твою тушку свинцом.

Впрочем, тот и не думал выёживаться. Послушно откинул в сторону макаров и какого-то зверского вида нож. Ружье он, как и первый бегун, бросил там же, на улице. Ну тяжеловаты настоящие ружья для мальчишек. Тяжеловаты.

— Тёмыч, свяжи его, — пихаю локтем своего помощника, не спуская глаз с нашего противника. Ну не доверяю я ему. Ни на грош не доверяю. Пусть и не хватило у меня духу с ходу его замогилить, но пусть он только даст мне хотя бы малейший повод…

Не дал! Видать почувствовал мой настрой. Цыгане вообще очень неплохие психологи. Не все конечно, но многие. Этот явно был хорошим. И плач его явно был искусственным, чтоб разжалобить, (я это конечно услышал, но ведь всё равно сработало же!) и мое настроение и готовность выстрелить он почуял тоже. Потому и не дёргался. Умный парнишка. Редкость для цыган. Обычно их основное качество — наглость. А тут ещё что-то головой соображает. Ну, посмотрим. Так, глядишь, и выживет ещё.

Ну а четвертого цыганенка, который первым чесанул, мы даже больше и не видели. Потом попозже Шрам вышел на связь и доложил, что тот прискакал к своим на базу. Доложил, сучёнок. Впрочем, там к тому времени и без того переполох знатный вышел. Нашу канонаду трудно было не расслышать. Так что особняк Баро просто кипел. Все бегали, суетились, явно готовились к осаде. Услышав эту новость я дал отмашку Немцу.

— Немец, начинай третью фазу операции. Серый с Мамоном и Эльба с девчонками страхуют. Я с парнями на подходе.

И дождавшись подтянувшихся ребят Тёмыча, мы поспешили в сторону разгорающейся перестрелки возле цыганского особняка. Метров за сто до его участка мы сменили Эльбу с девчонками, и Тёмыч с парнями заняли их позиции, издалека прикрывая перестреливающихся с обороняющимися цыганами Немца, с его штурмовиками, и Шрама с Лешим. А саму Эльбу отправил выкрадывать рабов. Благо Серый с одним из своих разведчиков уже отправился вызволять врачиху. (Всё, вцепился, как кот в мясо — не оторвёшь. Никому это дело не доверит. Врач уже, считай, у Князя.) Ну а Эльба пускай остальных рабов уводит. Надо же и нам что-то поиметь с этой операции, окромя трех автоматов…

Что? Какие рабы, если в особняке цыган стрельба? Так рабы-то у них в соседних домах обитали. К себе они их не особо допускали. Западло им с рабами под одной крышей жить. И, даже, когда впускали в дом, на работы, то на ночь всё равно всегда запирали в соседних домах.

Что-что? Добить? А зачем тогда нам штурмовать цыганское логово? Какой-такой штурм? Вы о чем вообще? Вы что, всерьез считаете, что я пошлю своих ребят вот так в лоб атаковать укрепленный особняк к изготовившимися к обороне противниками? Где они знают каждый уголок, каждый поворот, а мы не будем знать ничего. Где, кроме самого Баро и пятерых оставшихся его бойцов, так же две взрослые женщины-цыганки, которые без колебания возьмутся за оружие, защищая свой дом и свою семью. А сколько ещё девочек-подростков? Да и вообще прочей цыганской малышни. Можно сколько угодно иронизировать, над подобным «воинством», но когда пятилетний малыш виснет у тебя на руке, а его трехлетняя сестренка кусает тебя за ногу (выше просто не дотягивается),то смех быстро проходит.

Так что, если кто-то подумал, что я отправлю своих ребят, считай, на верную смерть, то скорее раздумывайте обратно. Фиг вам! Окончательно решать цыганский вопрос в Рябково мы и не собирались. Итак, очень удачно проредили их воинство. Оставшиеся теперь из особняка высунуться не могут. Загнали их под шконку. Вот и поддерживает Немец с ребятами вялый обстрел дома, изредка оживляясь только тогда, когда оттуда пытаются им отвечать.

А вообще, если Старик со своими КМЗовцами хотят Рябково себе — то пускай сами его и дочищают. А мы для них каштаны из огня таскать не намерены. Так что я присоединился к ребятам и тоже пострелял по окнам цыганского особняка, даря нашим время всех вывезти. Не думаю, что мы там кого-то зацепили. Хотя, может кого и задело? Впрочем, и у нас появился один раненый. Хмурый — пулеметчик взвода штрафников словил-таки шальную пулю. Сам виноват. Подставился, балбес, совершенно по идиотски. Покрасоваться, что ли, захотел? Рана была не особо опасна, хотя кровища, конечно, густо потекла. Сразу сбледнул с лица пацаненок. И крови потерял, да и перепугался тоже. Оставив Немца торопливо бинтовать раненого, я подхватил его РПК и продолжил поливать огнем особняк…

Бой (если эту вялую перестрелку можно было так назвать) продлился минут пятнадцать. Наконец рация запищала, и Маркони сообщил, что Объект погружен и движется на базу вместе с Серым. Что сталкеры тоже уже вывозят рабов на собственном транспорте. Что на подходе буханка мангруппы и его собственная. И, что можно потихоньку отводить людей к точке эвакуации.

Скомандовав всем отходить, я остался прикрывать отход. С Лешим. Классическая схема. Снайпер плюс пулеметчик. Вздумай цыгане высунуть нос мы и вдвоем их прижмем. Но нет. Чуда не случилось. Цыгане сидели в своем домике тихо, как мыши под веником. Даже отстреливаться прекратили. Испуганно ждали нашу атаку и тянули время, судорожно вызывая подмогу по рации. И, даже, вроде, восточники, которым и самим было не до них, согласились кого-то там к ним выслать. Но мы не стали дожидаться звездюлей. И убедившись, что ребята утрамбовались в УАЗики, отошли и мы с Лешим.

Всё! Операция проведена успешно. Даже сверхуспешно, я бы сказал. Убит ещё один из «вампиров» — взрослых цыган, откачивавших кровь у несчастных детишек. Их осталось только двое. Заминусили так же пятерых цыганят-боевиков. Еще двое взяты в плен (один раненый). Затрофеено 11 единиц оружия. Калаш– укорот, ПП Кедр, пять различных ружей, обрез и три ПМ. Уведено 27 рабов (правда парочку из них, детей той самой врачихи Серый забрал сразу же. Ну нужно же было показать, что мы не такие, как ее прежние хозяева.) Ну и, собственно, самый главный приз — Любовь Петровна. Лабораторная медсестра (не врач, к сожалению, всего лишь медсестра, но всё равно по медицине знает в разы больше, чем мы все, вместе взятые) из перинатального центра. И за всё это мы заплатили только не очень опасной раной Хмурого. Очень выгодный размен, как по мне. Сверхуспешная операция. Вот что значит предварительная подготовка, разведка и обучение!

А дома нас уже встречали как героев. Благо возвращались по частям. Сначала Башка с Шаманом и Вилкой привезли целую кучу рабов. И именно им пришлось отдуваться больше всех, утоляя неуемное любопытство оставшихся. А тут и мы подоспели. И, пока ребята изображали из себя усталых героев, вернувшихся с боевого задания, ловя на себе восхищенные взгляды не участвовавших, мне пришлось брать на себя самую актуальную из нарисовавшихся проблем. Рабов, ага.

Первым делом я, перемигнувшись с Пышкой, повел их в столовую. Где уже готовился праздничный обед для чествования героев. И приказал хорошенько накормить их. Пышка расстаралась! Я же, глядя с какой жадностью те набросились на еду. только крепче сжимал зубы. Сволочи всё-таки эти цыгане! Дети явно уже ни один месяц не видели нормальной человеческой еды.