Чтение онлайн

Вышло. Довольно. Громко.

Зря. Очень зря я позволила себе раскрыть рот.

Воздух вокруг меня накалился моментально, и я с опаской обернулась, закусив губу…

– Я разрешал что-либо произносить, боец? – с недобрым огоньком в глазах повернулся ко мне Лэндон.

Да. Он сегодня явно не в настроении.

– Марш на ринг, – его голос прозвучал настолько зловеще, что мои плечи передернуло в ознобе.

Нет. Пожалуйста. Только не против него…

Но в ответ на мой невысказанный протест я получила лишь холодный вызов и многообещающую улыбку Норда Эммерсона…

***

Лэндон нетерпеливо швырнул нам по деревянному ножу. И на том спасибо, что не дал продолжить оставшуюся часть этапа Шайло, и мне не пришлось выбивать настоящий нож из рук Эммерсона. Из чертовски сильных и проворных рук.

Я на ватных ногах встала на татами, уже тяжело дыша и визуально оценивая Норда. Всё так же с дерзостью смотрящего в ответ. Держала дистанцию и ждала команды инструктора, не решаясь больше ни в чём проявлять инициативу. С меня достаточно привлекать к себе внимание.

Мой противник распрямил плечи и игриво перекатил деревянный клинок от большого пальца к мизинцу и обратно, глядя мне в глаза.

Уже это одно движение повергло моё сознание в кромешный мрак. Оно отказывалось сосредоточиться, и в его центре красными неоновыми буквами забилась только одна мысль – это не металлический сверхлегкий тренировочный нож, придающий мне сил, и это не статичная мишень, стоящая на расстоянии десяти-пятнадцати метров.

Это, мать его, Эммерсон.

Он крупнее. Он сильнее. Он техничнее.

И он… Живой человек.

Чёртов деревянный нож ощущался в ладони лишним.

– Начали! – голос Лэна прозвучал будто из иного мира.

Я почти физически ощутила, как в кровь прыснула струя адреналина. Это позволило не поддаться панике слишком сильно. Поудобнее ухватившись за своё оружие, я внимательно вглядывалась в почти грациозные движения Норда, который не торопился нападать. Мы кружили по краю ринга, высматривая друг в друге сильные и слабые стороны, пытаясь выведать намерения в каждом лишнем шорохе. В каждом жесте…

– Ну же, Тихоня, – я прочла по его губам, практически не услышав при этом ни звука.

Неслышный шепот сбил меня с толку, и этого хватило, чтобы он тут же в один прыжок оказался рядом и молниеносно направил нож мне в район ребер.

Я еле успела увернуться. В голове теперь набатом, вместо неоновой вывески звучало: «Если бы это был реальный нож и ему бы повезло, он пробил бы моё лёгкое. Моё лёгкое. Он пробил бы мне лёгкое…»

– И где теперь твое идеальное метание, Гамильтон? Интересно… выдави тебе глаза, сможешь ли ты так же метать, а? – Норд буквально выплюнул мне под ноги эти слова, которые уже услышали все, задев за живое.

Я попробовала нагнуться и ударить его плечом в живот, уводя в так называемый «партер», но куда мне – я ведь хороша только в теории, как и говорила Лэндону. И так моя щека стремительно подставилась под размашистый удар мужского кулака. Голова дёрнулась наверх, и в ушах зазвенело так, будто накрыло ударной волной от взорвавшейся рядом бомбы.

Я не смогла сдержать то ли стон, то ли унизительный скулёж сквозь зубы, заметив, с каким удовлетворением Норд оценивал свой удар. Это длилось мгновение. Затем моя шея оказалась в его цепкой хватке: спина прижималась теперь к вздымающейся мужской груди, бицепс давил на мои сонные артерии, а ладони царапали его руку, обеспечивающую этот захват-удушение.

– Борись, Тихоня, – почти ласково прошептал голос над ухом, и это почему-то заставило ноги ослабеть.

Но ненадолго. Кое-как собравшись, я ударила Норда локтем в бок и с трудом, но выбралась из хватки. Единственное, на что дальше хватило остатков сил, – отойти от него и попробовать увеличить дистанцию. Дыхание было сбито напрочь.

На щеке вылезет великолепный синяк, бьюсь об заклад, и, судя по пощелкиванию где-то рядом с ухом, мою челюсть нужно будет вправлять. А ещё… Я с новым стоном перекатила на языке металлический привкус собственной крови, которая не заставила себя ждать и залила рот изнутри.

Это неожиданно привело в чувство. Кто мог знать, что после многочисленных полученных увечий ранее на ринге, именно эта алая масса во рту, именно от удара Норда и именно этот вкус встряхнут меня? Может быть, в этом заключалась истина концепции нашего инструктора: «сильный противник и тебя, слабака, сделает сильнее»?

Я резко выпрямилась, перестав шататься из стороны в сторону. Представила, что в руках у меня стальной, острый клинок, способный в воздухе разрубить волос. Не давая Эммерсону опомниться, я сделала ещё шаг назад, увеличивая расстояние до максимально возможного в таких условиях, и метнула в его голову свой нож со всей силы, на которую была способна.

В взволнованном разуме пронёсся вопрос Лэна: «В чём заключается твоя преграда ударить человека?», а когда моё деревянное оружие с глухим треском, собрав в себя усилие и потоки воздуха, вонзилось в надбровную дугу Норда, вызвав у него невольный рык, я уловила ответ.

Когда твой противник тебе станет ненавистен, внутри не будет места для преград…

Голова Эммерсона дернулась, как если бы кто-то зарядил ему мощную пощечину.

Лэндон остановил нас, что-то крикнув. Моё сердце стучало настолько громко, что я слышала только его звук в ушах и в горле. В реальном бою я воткнула бы лезвие Норду прямо над одним из его высокомерных глаз.

Бой был окончен.

Единственное, о чём я жалела – что не прицелилась в хрусталик.

Единственное, чего я хотела – в душ, чтобы отмыть от себя жестокость этого дня.

Грейс

Я все-таки нашла в себе силы после душа дойти до лазарета и проведать Шайло.

Обещала ведь.

Мне и самой нужно обратиться к доктору, чтобы проверить челюсть, которая неумолимо ныла. И получить очередную порцию обезболивающего, так что я решила с этим всем не затягивать. Не помню, как сползла или сошла с ринга. Не помню, как исчез из виду Норд, чья правая верхняя часть лица приобрела фиолетовый оттенок от моего ножа. Мне даже на мгновение показалось, что у него тоже идёт кровь, хотя маловероятно. Деревянный клинок не мог нанести подобное увечье.

Нутро подсказывало, что Эммерсон эту историю так просто не оставит. Как и подсказывало то, что в лазарете мы не столкнёмся: насколько мне было известно от других новобранцев, да и судя по результатам, ему не часто приходилось «латать дыры» в своём теле. А если вдруг и требовалось, он предпочитал не обращаться к врачам. Типичный мужчина…

Я также не запомнила, что сказал Лэндон, и как мы разбрелись по своим комнатам зализывать раны, вновь собирая себя по частям. И было абсолютно всё равно на звучавшую в группе похвалу и обсуждения произошедшего…