Чтение онлайн

Услышав это, я просто закрыл лицо руками, наверное, впервые покраснев за долгое время, и долго смеялся.

Камеры, куда нас заперли, были в старомодном стиле: по бокам – стены, так что я даже не видел, что рядом делает Ким; фронтальные решетки, из которых особо не высунешься, чтобы хотя бы переглянуться с ней; и невероятно маленькое окно на задней стене. Ведущее во тьму подземелий. Двое солдат, вооружённые до зубов, охраняли оба конца коридора, где находились «клетки». И почти не реагировали ни на выпады Ким, ни на какие-либо мои спокойные просьбы о, например, лишней бутылке воды.

Первое время я был чертовски зол на свою ненормальную.

Я никак не ожидал увидеть её тогда, на побережье Материка, – не успел как следует пришвартовать катер, как меня схватили, а вслед и подоспевшую на гидроцикле Ким. У нас отобрали абсолютно всё: и доказательства невиновности Норда, и оружие, и жетоны, оставив лишь одежду.

Мы успели даже поругаться на этой почве – я настаивал на том, что она не должна была лезть в пекло; Ким же упёрлась в то, что не могла меня оставить. Но уже через несколько часов заточения обида испарилась, и осталось лишь общее чувство сопричастности ко всему происходящему и беспокойство не только за свои судьбы.

Мы не имели ни малейшего понятия, что произошло с Нордом и Грейс. До нас доносились лишь обрывки каких-то слухов, если охранники о чём-то переговаривались. Одна сплетня хуже другой… В те моменты, когда Ким утомлялась выкрикивать очередные пустые угрозы, мы тихо обсуждали предположения и варианты, придвинувшись поближе к решёткам, чтобы лучше слышать друг друга.

– Я не могу так больше… – на десятый или одиннадцатый по счёту день простонала Ким утром.

Я измерял шагами свою камеру, слыша, как в её соседней что-то стучит.

– Знаю, детка, – как можно бодрее ответил я, прислушиваясь к звукам. – Не знаю только, что меня раздражает больше: само по себе пребывание здесь или же то, что до тебя не дотронуться, не дотянуться.

Послышался её тяжёлый вздох, а после Ким тихо прошептала:

– Мне не хватает тебя, Лэн. Очень…

Её откровенности были большой редкостью – даже со мной она продолжала прятать ранимую натуру за маской дикости. И лёгкой, напускной невоспитанности.

– У меня нет никаких вариантов, как отсюда выбраться, – тяжело было сдерживать обречённость в голосе: – Но я не хочу падать духом, и тебе не советую. Кстати, что за звук у тебя там?

– Я играю с долбаным камушком. Швыряю его, блять, об стену, и он отскакивает ко мне.

Я усмехнулся, представив себе картину – Ким с грустным лицом сидит у другой стены и пинает туда-сюда маленький камень.

– У тебя хотя бы какое-то развлечение есть. У меня тут совсем пусто.

– Знаешь, что я сделаю в первую очередь, как только мы выйдем отсюда? – вдруг резко поменяла тему Ким и, судя по шуршанию, подвинулась ближе к решетке.

Я последовал её примеру, попутно думая, что, скорее всего, ни я, ни она больше не вкусим желанного воздуха свободы.

– Что же? – с улыбкой спросил я, примерно зная, что за этим последует.

Но она умудрялась меня удивлять… Покоряя вновь и вновь.

– Я потащу тебя с собой в душ… – томно вздохнув, прошептала Ким, мгновенно заводя меня фантазиями: – Медленно сниму с тебя эту чёртову форму командора патруля… Разденусь сама, опущусь перед тобой на колени и…

И в тот момент, когда я ожидал окончания провокационной фразы, тяжело сглотнув и ощущая нарастающее неудобство в брюках, где-то в конце коридора раздался глухой стук.

Этот шум мгновенно отрезвил и меня, и Ким. Её голос тут же стал настороженным:

– Ты слышал это?!

Звук повторился уже с другого конца. Уж очень сильно он был похож на падение человеческого тела.

– И это тоже, – подтвердил я и, на всякий случай, добавил: – Отойди от двери, Ким. Мало ли…

Мы оба углубились в полумрак камер, когда через пару мгновений стали раздаваться звуки шагов. Я весь подобрался, не зная, чего ожидать, и еле слышное сопение моей девушки говорило о том же.

– Соскучились, господа затворники? – голос показался знакомым, и через минуту-другую в свете ламп показались две фигуры.

– Уиллсон! – взвизгнула Ким, скорее всего, от нахлынувших эмоций ударяясь руками о решётку: – Хвала этому ебучим Островам, ты здесь, Уиллсон!

Я резко, с облегчением выдохнул накопленный воздух, когда увидел подошедшего к моей камере Криса. Он быстрыми движениями расправился с замком и слегка нервозно воскликнул:

– У нас очень мало времени. Буквально пара минут, чтобы убраться отсюда.

– Понял, – тут же собравшись с мыслями и решив оставить расспросы на потом, ответил я, выскакивая наружу.

А вот Ким и не думала торопиться. Сначала кинулась на Уиллсона с объятиями – я вспомнил, что он был её капитаном на полигоне, и мы встречались пару раз – затем она вцепилась в плечи Криса с фразой: «Не знаю, кто ты, но спаситель достоин обнимашек!». Наградив его звонким поцелуем в щеку, на что я лишь закатил глаза, а бедолага инструктор весь покраснел, как рак, Ким, наконец-то, пришла в себя.

Ненадолго…

Под старательно отведенные в сторону взгляды двух наших союзников, она схватила меня за шею и впилась губами в мои, вкладывая в поцелуй всю накопленную за эти дни страсть и тоску. Я мягко отстранил её спустя некоторое время, извиняющимся покачиванием головы указывая Крису и Уиллсону что-то из серии: «Да она такая, и никуда от этого не деться».

– Вы пришли за нами! Пришли! – подскочила Ким на месте от радости, и я решил схватить её за руку, чтобы немного остудить пыл. – Но как, как?!..

Сейчас нужна максимальная сосредоточенность и внимательность, чтобы выбраться наружу. И я поспешил напомнить ей об этом.

– Всё потом. Нам пора уходить, взбалмошная засранка, – по-отечески потрепал за щёку Ким Уиллсон, поддержав мою фразу.

– Так понимаю, у вас есть план? – спросил я находу, не выпуская её ладони, когда мы вчетвером двинулись в противоположную сторону от того конца коридора, из которого нас изначально привели в тюрьму.

– Да, – твёрдо ответил мне капитан, а Крис передал в руки пистолет и автомат: – Вам нужно быстро и незаметно пролезть в кузов нашего джипа. Сейчас мы идём к выходу из здания Штаба, он припаркован там. Не попадитесь никому на глаза. Бойцов у главных дверей мы, если что, возьмём на себя.