В якутской тайге
Шрифт:
В конце 1921 года несколько белогвардейских офицеров во главе с корнетом Коробейниковым бежали из Якутска. На реке Мае они захватили пароходы «Соболь» и «Киренск», буксировавшие в Якутск баржи с товарами Якутского областного союза кооперативов «Холбос». Белогвардейцы повернули караван обратно и добрались до поселка Нелькан, расположенного в 800 км к юго-востоку от Якутска. Здесь Коробейников встретился с купцом Юсупом Галибаровым и уполномоченным «Холбоса» эсером П. А. Куликовским. Три авантюриста установили в Нелькане свою власть.
Самозваные правители приступили к формированию белогвардейского отряда. Несколько аршин мануфактуры и кирпич чаю действовали на отсталых тунгусов и якут сильнее всякой агитации. Так было создано ядро антисоветского восстания в Якутии, поддержанное приморским белогвардейским правительством и иностранными интервентами.
Коробейников повел наступление в глубь области, стремясь завладеть ее административным центром Якутском. Немногочисленные советские войска, защищавшие подступы к городу, не имели опыта борьбы и терпели поражения. В результате в марте 1922 года Якутск оказался в кольце окружения.
В это время по инициативе реакционной зажиточной верхушки области в селе Чурапче, в 160 верстах северо-восточнее Якутска, состоялся съезд «представителей» нескольких волостей, на котором было создано так называемое «Временное якутское областное народное управление». В его состав вошли купцы, кулаки, буржуазные интеллигенты. Корнета Коробейникова съезд назначил «командующим якутской народной армией».
Тем временем из Иркутска на помощь окруженным спешил экспедиционный отряд советских войск под командованием известного во всей Сибири партизана «дедушки» Каландарашвили. Я вел тогда авангард отряда. В 32 верстах от Якутска Каландарашвили со штабом попал в засаду и погиб.
Эта «победа» еще больше окрылила белогвардейцев, и Коробейников поторопился послать во Владивосток донесение о взятии Якутска.
После Каландарашвили командование экспедиционным отрядом принял я. К тому времени в Якутск прибыли два красных полка с артиллерией. И «военное счастье» сразу же изменило корнету, белые стали терпеть одно поражение за другим. Прошло несколько месяцев после начала восстания, и «армия» Коробейникова распалась как карточный домик. Обманутые повстанцы опомнились, стали сдаваться в плен целыми отрядами.
Авантюра Коробейникова стоила трудящимся Якутии очень дорого. Помимо человеческих жизней, она потребовала больших экономических жертв. Белогвардейцы сожгли в Чурапче лучшую в области больницу, школу и библиотеку, уничтожили на реке Лене дровяные склады, спилили до 2 тысяч телеграфных столбов, отобрали у населения до 80 процентов скота, разграбили при захвате пароходов «Киренск» и «Соболь» 40 тысяч пудов грузов, предназначенных для якутского населения.
В мирную полосу хозяйственного и культурного строительства Якутская автономная республика вступила разоренной, экономически надорванной. Продовольственное положение ее было чрезвычайно тяжелым. В Якутию обычно завозили 300—400 тысяч пудов хлеба, но в 1922 году сюда доставили всего лишь 140 тысяч пудов. Да и то большая часть грузов осталась в верховьях Лены. Население Ленского округа голодало.
Когда Коробейников начинал антисоветское восстание, идейным вдохновителем восстания стал правый эсер Куликовский, бывший политический ссыльный, видный деятель сибирской областнической контрреволюции. Но он уже вскоре понял, что собственными силами и средствами контрреволюционерам не справиться с Советской властью даже на территории Якутии. Поэтому он обратился за помощью к так называемому Временному приморскому правительству, возглавлявшемуся купцами Меркуловыми.
В конце апреля 1922 года Куликовский писал Меркулову о положении дел в Якутской области:
«27 февраля с. г. мною был представлен вам, господин председатель, доклад начальника Майского противосоветского отряда офицера Коробейникова. Докладываю вновь о положении дел в Якутской области.
В сентябре прошлого года под командой начальника отряда Коробейникова в Майском районе было 200 человек белоповстанцев. В это же время началась организация отрядов в районе сел Амга, Чурапча и в устье р. Алдана. Был разбит отряд красных, вернувшихся из Охотска, в количестве пятидесяти человек, под командой Пыжьянова и Вердеревского. Отряд этот разбит в конце октября у Охотского перевоза. Другой отряд красных, высланный из Якутска, был разбит в начале октября в тридцати верстах от устья Маи по Аллану. В конце января на подкрепление Коробейникову пришел из Охотска отряд Сентяпова. Кроме того, часть отряда Сентяпова была направлена в гг. Верхоянск и Колымск.
Из Охотска также подошла часть отряда Бочкарева. Приблизительно в половине февраля в Вилюйском округе образовался отряд под руководством якута Ксенофонтова В. Г. Со всеми этими силами и была начата осада г. Якутска, которая затянулась вследствие слабого вооружения. Но после того как был разбит шедший из Иркутска на выручку красных в Якутск отряд Каландарашвили, а сам он убит, удалось подкрепиться оружием, и в конце марта был взят Якутск.
В данное время наступает опасный момент, когда из Иркутска ожидается приход красных войск, почему крайне необходимо снабдить якутские белые войска винтовками с патронами, хотя бы на тысячу бойцов, также нужны револьверы с патронами и обмундирование».
Не ограничившись письменным обращением к Меркулову, Куликовский, прихватив всю пушнину «Холбоса», сам выехал во Владивосток.
Здесь он установил связь с организацией сибирских областников, возглавляемой известным сибирским кооператором Сазоновым. Тесно связанный с Пепеляевым, знавший настроение его окружения, Сазонов посоветовал Куликовскому от имени якутского народа обратиться к генералу с просьбой оказать помощь в борьбе с Советской властью и принять на себя должность командующего вооруженными силами Якутии.
Куликовский, прихватив с собой «представителей якутской общественности», поспешил в Харбин. «Настоящие якуты», возглавляемые краснобайствующим «старым революционером», попали в уязвимое место генерала, получалось вроде все так, как он и рассчитывал.
Услышав «призывной сигнал народа», Пепеляев охотно дал согласие оказать военную помощь «якутскому народному восстанию». Втайне он надеялся, что в случае удачи выступления в Якутской области, волна народного восстания против большевиков покатится дальше, поднимет на своем гребне пепеляевцев и позволит им создать автономную Сибирь.
От «подлинных народных представителей» Пепеляев получил аванс в сумме 60 тысяч золотых рублей. А вскоре он заключил договор с приморским правительством на право формирования во Владивостоке особого сибирского отряда для борьбы с Советской властью в Якутии.
В Харбине началась спешная вербовка командного состава из представителей белогвардейской эмиграции. Предпочтение при этом отдавалось старым сослуживцам Пепеляева по 1-й сибирской армии.
Опять на далекой сибирской окраине всплывала знакомая мрачная фигура генерал-лейтенанта Пепеляева, который в 1918 и 1919 годах обагрил кровью рабочих и крестьян сибирские просторы от берегов Байкала до гор Урала.
О затеянном Пепеляевым походе в Якутию скоро узнали те, кто в нем были кровно заинтересованы. Миллионер П. Кушнарев, грабивший якутов еще при царизме и бежавший после революции за границу, стал одним из покровителей пепеляевской авантюры. Он был не прочь еще раз погреть свои руки на костре гражданской войны.
Финансируя организаторов военного пепеляевского похода, Кушнарев рассчитывал, что это ему зачтется после победы, во время дележа добычи. С этой целью он связался с Куликовским и заранее решил оговорить свою долю.