Чтение онлайн

в настоящую драку. Пришлось и мне включиться и нанести несколько ударов, чтобы избавиться от него; разобравшись с Фрэнки, я повернулся к камере и сказал

одну из фраз, которые стали моими коронными выражениями: «Слушайте, не надо кидаться камнями в парня, у которого автомат в руках».

Сама драка и накал эмоций были впечатляющими, но, когда я еще и добил сегмент этой красочной фразой, рейтинги поползли вверх.

Благодаря возникшей шумихе и реакции фанатов на первый сегмент «Яма Пайпера», я стал известен. Теперь и фанаты, и рестлеры рассматривали «Яму Пайпера»

как этакий конкурс, вроде кто моргнет первым. Но я всегда выходил победителем, потому что «стоило им решить, что они знают ответ, как я тут же менял вопрос!»

Слух быстро разлетелся по миру рестлинга, и теперь наши шоу смотрели не только подростки в студенческих общежитиях — рестлинг пробился в дома врачей и

юристов, родители смотрели его вместе с детьми. Смотреть наш спорт стало модно, а особенно — «Яму Пайпера»!

Помимо столкновения личностей, прелесть «Ямы Пайпера» заключалась в том, что в этом сегменте ничто не было предписано заранее. У меня не было одного и

того же гостя каждую неделю, поэтому приходилось много импровизировать. Каждый сегмент приносил новые впечатления мне и всей аудитории. Люди все время

ожидали чего-то неожиданного, и это принесло задумке такую популярность. «Яма Пайпера», кроме того, стала площадкой для вторжения WWF в другие отрасли

развлечений за счет приглашения совершенно разных гостей. Одной из первых гостей моего шоу была сенсация 80-х Синди Лопер с ее менеджером Дэйвом Вольффом.

Эти гиганты музыкальной индустрии были друзьями

Капитана Лу Албано

 и обожали смотреть «Яму Пайпера» каждую неделю.

Узнав, что Синди будет моей гостьей, я стал собирать материал на эту девчонку, которая просто хотела веселиться (ссылка на самый популярный хит Лопер —

прим. пер.). Помимо привычных умных вещей, я подготовил для нее несколько визуальных трюков. Пародируя стиль Лопер, я нацепил бельевую прищепку на ухо

и поставил волосы ирокезом, что вызвало приступ ненависти у зрителей. Тот момент стал поворотным для рестлинга, потому что Синди и Дэйв Вольфф глубоко

погрузились в наш спорт, и все это привлекло большое внимание к рестлингу со стороны рок-н-ролльного сообщества.

Гости «Ямы Пайпера», не имевшие отношения к рестлингу, не ограничивались только музыкантами. Однажды на шоу в Madison Square Garden давал интервью Джон

Стоссел из программы «20/20», и я позвал его в «Яму Пайпера». Раз в месяц в декорациях «Saturday Night Live» в студии NBC мы делали шоу «Saturday Night’s

Main Event». Пока Стоссел общался со мной, его дружок брал интервью у другого рестлера, Доктора Дэвида Шульца, спрашивая, реален ли рестлинг. Шульц устроил

трепку этому парню из «20/20», и Стоссел прервал наш разговор, чтобы разрулить ситуацию. И вот я стоял в пяти метрах от них и видел, как этот самоуверенный

журналист выхватил микрофон у помощника и приказал включить камеры. Едва оператор дал знак, Стоссел повернулся к Шульцу: «Рестлинг — это по-настоящему

или нет?» Эти слова еще не вырвались из его рта, а кулак Шульца уже обрушился на его голову. Шульц отвесил репортеру «20/20», сбил его с ног и орал: «Это

что, не по-настоящему, дубина?» Потом он снова ударил Стоссела, и тот согнулся пополам и чуть не позвал на помощь мамочку. Этот инцидент привлек большое

внимание прессы к Шульцу и рестлингу в целом, но стоил немало денег WWF и (или) Шульцу, когда Стоссел передал дело в суд.

Тяжба Стоссела и WWF разрешилась в суде, а в это время разгоралась другая война, привлекшая еще больше внимания к рестлингу. 18 февраля 1985 года в прямом

эфире MTV показали мэйн-ивент (Халк Хоган против меня) шоу The War to Settle the Score, прошедшего в Madison Square Garden. Я идеально разыграл свои карты

в месяцы, предшествовавшие этому шоу. Сочетание популярности «Ямы Пайпера» и того факта, что я был главным хилом Федерации, не говоря уже о моих связях

с Синди Лопер и Дэйвом Вольффом, делали наше столкновение с Халком Хоганом очевидным.

Вольфф выступил посредником в переговорах между Винсом МакМэном-младшим и MTV. Лопер, признанная тогда певицей года, была выбрана в качестве рок-звезды,

призванной привлечь любителей музыки к рестлингу, а Хоган и я должны были обеспечить высший пилотаж на шоу. Для нас это не представляло проблемы. У нас

с Хоганом всегда было неповторимое взаимопонимание.

Однажды в Madison Square Garden Синди и Дик Кларк вручали награду Капитану Лу Албано, снявшемуся в клипе на ее ту самую безумно популярную песню «Girls

Just Want to Have Fun». Капитан Лу еще не успел их поблагодарить, как я появился из ниоткуда, выхватил награду и разбил о его голову. Кларк чуть не поседел

преждевременно, когда я повернулся к нему с угрожающим видом, он закричал: «Не делай мне больно!» Я решил не трогать Кларка, а вот Синди Лопер повезло

меньше. В типичной для хила манере я погнался за беззащитной девушкой и без колебаний пнул ее в голову, вызвав море свистков и проклятий в зрительном зале.

Но поверьте, для этой певицы все могло кончиться еще хуже, если бы я захотел. Прежде чем все это пошло в эфир, Дэйв Вольфф сам попросил меня пнуть Синди

во время награждения Албано, чтобы люди начали обсуждать рок и рестлинг. Но он хотел быть абсолютно уверен, что я не травмирую ее по-настоящему. Я заверил

Дэйва, что справлюсь и сделаю все так, что покажется, что я действительно ударил и травмировал ее. Но минут за 30 до «пинка» один парень из нью-йоркского

офиса WWF подошел ко мне и посеял в моей голове сорный росток: «Конец карьеры Синди Лопер может стать началом твоей карьеры». Эта мысль сидела в моем мозгу

до самого последнего момента. Мне нужно было сделать сложный моральный выбор. Могу ли я по-настоящему пнуть беззащитную женщину, которая участвует в сюжете,

призванном прославить наш спорт, и которая доверяет моему профессионализму? Могу ли я нарушить обещание, данное Вольффу? Или мне пнуть ее с такой силой,

что все зрители услышат, а руководство WWF порадуется?

Это был сложный выбор. «Болезнь» нашего спорта снова поглотила меня, заставляя гадать, что же я сделаю с рок-певицей, когда придет время ударить ее. Пинать

или не пинать? Вот в чем вопрос.

Уже когда Синди стояла в ринге в тот вечер, я еще не принял решения. Я знал, что могу заставить все выглядеть по-настоящему, не нанося настоящего удара,