Чтение онлайн

– А не потому ли нас превратили в больных, погруженных в безумие уродов, потому что безумными, погрязшими в пороках тварями такими как мы сегодня, проще управлять? Разумный человек думающий, психически здоровый не подвластен управлению.

– Какое к черту управление? Эпоха государств и войн прошла. Сегодня мы просто существуем. Являемся такими, какими захотим, это и есть свобода. И если общество свободных людей - понимаете не роботов, а живых людей вам не нравится, вызывает у вас отвращение, то, пожалуйста, стойте в стороне, давайте душе гореть от злобы, плюйтесь от ненависти, никто вам слова не скажет. Вы свободный человек.

– Все равно наше общество не здорово, что-то здесь не так, - все что мог сказать Макс.

– Такие уж мы по своей природе, ничего не поделаешь. Тут уж либо свобода, либо диктатура, возврат к которой в нынешних условиях к счастью невозможен.

– Свобода и диктатура, а быть может навязанный хаос, деградация и уничтоженный порядок?

– Господи!
– рассмеялась она.
– Вы неисправим. Я как-то постеснялась сказать вам сразу, но быть может все, что вам нужно так это просто найти себе вторую половинку? Ведь вы же жалуетесь на людей из пробирки так, а чего же тогда сами нормальных здоровых членов общества зачать не хотите?

– Да я как бы и не против. Просто... не могу найти ту единственную, понимаете. Выбирать не из кого. Наверное, поэтому и злюсь, - успокоившись со стеснением, произнес Макс.

– На меня можете не смотреть. Я Асексуал - ни с кем и никогда. Не хочу наживать себе врагов и лишних проблем, хочу жить в тишине и гармонии.

– Значит вы тоже какая-то не такая, - с улыбкой сказал Макс.

– Я сейчас в вас чем-нибудь кину!

– По-моему Асексуалов не бывает. Как это жить, не желая этого? Есть просто на что-то обиженные, чем-то недовольные неудовлетворенные люди, которые просто отмазываются этим.

– Бытовуха убивает все чувства. Каким бы ярким светом не начинались отношения, все равно все померкнет и утонет в темноте. Мне и самой себя хватает, а еще терпеть кого-то рядом, нет, это не для меня. И так. Вы хотите работать в полиции?

– Разумеется.

– В наше время, когда уровень безработицы достигает шестидесяти процентов...

– По-моему выше...

– ... Вопреки запретам, попыткам разумного сдерживания все большее количество материальных благ производится машинами. Бизнес есть бизнес. Работа для человека становится великой ценностью, за которую нужно держаться. И на будущее - если вы свою работу хотите сохранить - никогда и ни с кем не заговаривайте о том, о чем говорили здесь со мной. Иначе ценность своей работы осознаете как никогда, но будет поздно, вы ее лишитесь раз и навсегда. Будьте нормальным, - под конец улыбнулась она.

Все пошло своим чередом. Смена дневная, смена ночная два дня выходных. По ночам видимый сквозь щели в жалюзи за окном парил полицейский аэрокар. Убийца так и не появлялся. Однако со временем Макс стал замечать некие странности - отдельные предметы в квартире лежали не на своих местах, не там где он их оставил. Сначала это было едва заметно, походило на глупость, затем, когда стул оказался на другой стороне обеденного стола, и зубная щетка очутилась в шкафу, а не в стакане у раковины, ему стало страшно. Осознание того факта что кто-то бывает в квартире во время его отсутствия или зависания в сети приводило в ужас. У него развилась самая настоящая паранойя. Он постоянно оглядывался, вздрагивал от каждого шороха, гуляя по городу в толпе, не мог избавиться от ощущения чужого пристального взгляда. Боялся возвращаться домой. Попытка рассказать о своих страхах полицейскому управлению, капитану Нуата неизбежно приведет к отстранению от службы и к курсу предупредительной психиатрии, он понимал это. Жаловаться высокомерной матери не позволяла гордость. Поэтому со своими страхами, с осознанием чего-то постороннего тенью вторгшегося в жизнь он оставался один. Долгое время прибывал на грани нервного срыва, позабыв про сон и еду. Стал выглядеть бледным и уставшим. Приходя домой вооружившись электрошокером, осматривал все углы, все закутки своей жилой комнаты.

В итоге страхом зажатый в угол он дошел до переломного момента. Задавленный желанием сдаться постараться всем обо всем рассказать все же сумел сдержать себя. Как-то своим уставшим измотанным сознанием сумев понять что таким образом выставит себя конченным психом. Все кончится камерой центра предупредительной психиатрии, куда его бьющегося в истерике в итоге упекут. Вероятно, именно это и нужно было таинственному убийце, маячащему где-то в тени его жизни. Взяв себя в руки, он решил быть сильнее. Решил дать преследователю отпор, стал готовиться к встрече с ним, восприняв все происходящее как вызов. Нелегально через сеть приобрел себе мощный электрошокер способный сжечь на смерть хоть биологический хоть кибернетический организм. Записался в спортзал, взял несколько уроков самообороны. Страх развеялся сам собой. Он и сам не заметил, как к нему вернулся аппетит, с таким удовольствием он не ел, наверное, с детства. Вернулся сон, он стал спать по ночам как нормальный человек, увидев сны, на что уже и не надеялся. В одном из ночных видений ему явилась Лена, подробностей этого сна он не помнил, но это было что-то приятное лишенное эротического или какого-то иного мерзкого содержания. И вот после очередной смены гуляя по кишащему, переполненному мрачному городу остановившись, он улыбнулся, обдумывая происходящее. Либо окончательно свихнувшись, либо наоборот, проснувшись, он приходил к выводу, что благодарен замаячившей на горизонте опасности, этому неизвестному убийце. Он будто ожил, впервые за долгое время, почувствовав себя здоровым.

Человечество готовилось к великому празднованию - запуску системы космической обороны названной "СкайДестро". Это был самый настоящий долгострой, сожравший намеренно ресурсов, самый мощный и сложный проект единого объединенного человечества. Система из паутины спутников в несколько слоев - система разведки и слежения, система предупредительного огня, система ракет уничтожения способных ликвидировать любой неопознанный объект на подлете к земле. В честь официального запуска готовилось пышное празднование. На Площади Свободы у монумента Единства Человечества как обычно вокруг большой сцены завлеченная бесплатным мороженным и напитками соберется толпа не меньше миллиона человек. Безопасность будут обеспечивать отряды робо-полицейских, но и дежурные группы обычных полицейских будут задействованы тоже. Макс по распределению был приписан к группе психологического усмирения, вместе со своими коллегами ему предстояло все время церемонии официального торжества слоняться среди толпы заполонившей собой зрительские сектора. Впервые он был этому рад, потому как благодаря знакомому в службе Психологического Мониторинга точно знал, что она тоже будет там, в составе группы своих коллег будет отправлена на обеспечение общественного порядка. Свою форму полицейского - рубашку, брюки он отгладил до идеала желая произвести на нее впечатление. "Асексуал блин... да это все бред", - примеряя форму крутясь перед зеркалом, улыбался он.

Вот вечером накануне дня празднования после смены уставший он вернулся домой. Дверь номера к его удивлению была открыта. Достав электрошокер, переборов страх, приготовившись к встрече с таинственным преследователем ворвавшись внутрь, на полу он обнаружил своего робота-куклу Эльзу изрубленную на куски, будто топором. Провода торчали из-под кожеимитирующего материала, раздробленные микросхемы валялись россыпью, любимое ему лицо было зверски разрублено на две части.

Пропустив празднование, провалившийся в глубокую депрессию, он снова оказался в кабинете у Лены. Желая его успокоить она, сначала велев своему креслу придвинуться ближе, взяла его за руку, предлагая поплакать, выговориться. Затем не получая ответа, видя что пациент конкретно ушел в себя села к нему на колени, как-то по-матерински заботливо обняв, гладя по голове, шепча что все хорошо и надо просто успокоиться, жизнь продолжается.

– Она была... ее звали Эльза, понимаете?
– глазами налившимися слезами глядя на нее, заговорил он.

– Нет, - задумалась она.

– Эльза Харпер моя убитая соседка... С тех самых пор как она поселилась я... Мы были своего рода знакомыми. Я понимал, что являюсь для нее не более чем придурковатым чудиком, у которого можно взять карты памяти или сетевые навигаторы. Но мне нравилось общаться с ней, она много смеялась, имела хорошее чувство юмора. Моя красавица Эльза была скопирована с нее. Теперь их обоих убили, - едва он успел договорить, как из глаз хлынули слезы.

– Тебе следовало сразу же, как только стали возникать все эти странности сразу же все рассказать. Это же не шутки. Ты был в опасности. А если бы этот маньяк убил тебя?
– искренне ему сочувствовала, переживала за него она.

– Не знаю... вы же сами напугали меня перспективами потери работы, - сквозь слезы улыбнулся он.

– Мог бы позвонить мне... ну это, по рабочей связи.

– Вам, - глядя на нее, задумался он.
– А вы чего это мне на колени сели?
– вдруг осознав.

– Ну...
– покраснела она.
– Нас вообще-то этому обучают. Бывают пациенты, которых нужно приласкать, пожалеть, просто как глупых детей.

– Вы тоже думали обо мне?
– вытерев слезы, он шмыгнул носом.

– Вот блин!
– недовольно выпалив, она, посмотрела в потолок.
– Господи! Ну, я же совсем не так это планировала, - глядя в потолок, высказала она.
– Какой же ты прямолинейный, примитивный, - высказав ему.

– И все-таки?
– улыбнулся он.

– Ну да, - отвернувшись, вздохнув, спокойно ответила она.
– Признаюсь, думала, - глядя на него, она улыбнулась.