В западне
Шрифт:
Я удивлённо посмотрела на подругу. Вообще, Лена не курила. Единственное, что вызывало у неё тягу к этой пагубной привычке, это сильнейший выброс адреналина, после которого у неё ещё, как минимум час тряслись руки. Или же ситуация, когда все не просто плохо, а хуже уже не может быть.
— Чёрт, она теряет кровь. Это плохо. Очень- очень плохо. Надо наложить жгут. Так, обезболивающее…. Ночёвка отменяется.
— Почему? — не поняла я.
— Я, конечно не врач, но и моих знаний достаточно, чтобы понять, что до утра Светка может не дожить. Надо идти.
Мы покорно кивнули. Признаться, я и не надеялась уснуть, находясь здесь, глубоко под землёй, в этом каменном мешке. Вытащив из своего необъятного рюкзака брезентовые носилки, Лена кивнула мне:
— Помоги.
— Ого, — удивилась я, — у тебя даже носилки есть.
— Наташка, во-первых, нужно предусмотреть любую ситуацию. Даже такую. А во-вторых, я слишком хорошо знаю своих подруг.
— А в-третьих?
— А в-третьих, пора идти.
С большим трудом нам удалось переложить Светочку на носилки. Когда Лена взялась за её ноги, Света застонала.
— Ей больно?!
— Любой звук, даже стон, это сейчас сигнал о том, что она ещё жива. Но надо торопиться. Без медицинской помощи она долго не протянет.
Надев рюкзак, я бодро взялась за носилки и поняла, что абсолютно не приспособлена ни к выживанию в экстремальных условиях, ни к переноске тяжестей.
Глава 2
Не знаю, сколько мы прошли, думаю не очень много, но мне показалось это вечностью. Едва передвигаясь, на плохо слушающихся ногах, я вдруг поняла, что ещё немного и попросту упаду, не в силах сделать больше ни шага. Хорошо ещё, что Катя забрала мой рюкзак.
— Все, десять минут отдыха, — сказала Лена и опустила носилки на каменный пол.
Я без сил рухнула рядом. Тяжело дыша, Лена пристроилась возле меня.
— Ленка, я так устала, что, наверное, не смогу больше пройти ни одного метра.
— Глупости, мы же женщины. Сейчас немного отдохнём и потихоньку пойдём дальше. Нам пока везёт, что проход один. А представь, если бы их было несколько.
Она, бросив под голову рюкзак, легла на холодные камни.
— Главное, чтобы Светка продержалась. Ей сейчас хуже, чем нам.
— Как она?
— Так же, надо ослабить немного жгут и идти. Сейчас любая минута промедления может стоить ей жизни.
С трудом поднимаясь на ватных ногах, я простонала:
— Пить хочется.
Лена протянула мне фляжку с водой.
— Воды у нас мало. Неизвестно сколько мы здесь пробудем, поэтому воду надо экономить. Минут через тридцать сделаем ещё один привал. Если хотите, можно перекусить.
Утолив жажду, мы взялись за носилки. Точнее в этот раз вместо меня носилки несла Катя. Спину мою оттягивал тяжёлый рюкзак, второй, Катькин я тащила в руке, но бросить их было нельзя. Вода, еда и оборудование. Это то, без чего мы просто не выжили бы в этой проклятой пещере. Ленка, от моего предложения отдать мне свой рюкзак отказалась. Едва передвигая ноги по неровным камням, мы упорно, метр за метром продвигались вперёд.
— Чёрт!
Лена резко остановилась, и Катя, не ожидая этого, по инерции налетела на неё, толкнув подругу носилками и едва не уронив их.
— Что случилось?
— Смотри сама, — Лена включила большой фонарь, висевший у неё на поясе, и мы увидели, что проход, по которому мы шли, расходился на два коридора.
— Что будем делать?
— Вы останетесь здесь, со Светой, а я пойду дальше одна. Надо выяснить, который из двух проходов выведет нас наружу. Одна я сделаю это быстрее, да и опыта у меня больше, чем у вас обеих.
— А что делать нам?
— Ждать меня и никуда не уходить, — попыталась пошутить подруга.
— Нет, серьёзно? Жалко, что я, при падении выронила и разбила рацию, — спросила я.
— Обижаешь, подруга. Нас ведь четверо, а значит и раций четыре. Главное, чтобы ничего не глушило сигнал. Каждые пятнадцать минут я буду выходить на связь. Держись, Натаха, я выведу вас отсюда. Верьте, девочки. Ну, все, я пошла, не забывайте каждые полчаса слегка ослаблять жгут и следите за Светкой. И смочите ей губы водой. Так, куда идти: налево или направо? Пойдём налево!
* * *
Минуты тянулись мучительно долго. Фонарик на моей каске предательски мигнул.
— Только не это!
Света тяжело дышала. Это пугало и в то же время радовало — жива. В эти минуты ожидания, я молилась только о том, чтобы поскорее вернулась Лена и не переставала дышать Света. Сидеть глубоко под землёй, в каменном мешке рядом с мёртвым телом была мало заманчивая перспектива. Пять раз Лена выходила на связь. Сейчас она должна была выйти в шестой. Но рация молчала.
— Спокойно, — сказала Катя, — это те самые помехи, которые глушат сигнал. Все будет хорошо. Но время шло, а Ленка молчала. Расслабив жгут, я устроилась на холодном полу рядом со Светой, чтобы слышать её дыхание и прикрыла глаза. Катерина сидела рядом, обхватив руками колени. Усталость брала своё, и я задремала.
— Наташка, вставай.
— Что? Где я? Который час?
— Ты все там же, — рассмеялась Ленка.
— Леночка, милая, скажи, что ты нашла выход?
— Да!
— Ура! — Закричала я, — пошли?
— Сейчас, немного передохну и пойдём. Надо немного поесть. Нам нужны силы. Как Света?
Осмотрев подругу, Ленка покачала головой.
— Идти далеко?
— Учитывая, что я шла налегке, то мой путь занял меньше времени. Проблема не в этом.
— А в чём? Ты не сможешь найти его?
— Смогу, не переживай. Я ориентировалась по правилу левой руки.
— Это как?
— Все очень просто. Когда идёшь вперёд, всегда поворачиваешь только налево. Соответственно, назад всегда нужно идти направо.
— Тогда в чем проблема?
— Даже не знаю, как тебе объяснить. С одной стороны, нам повезло. Здесь нет привычных для меня колодцев и лабиринтов, хотя, насколько я знаю, это очень древняя пещера. Проход ещё пару раз расходился, но это ерунда. Странность в другом. Когда я вышла на поверхность, то попыталась позвонить спасателям, в скорую. Ну, хоть кому-нибудь, кто смог бы нам помочь. Короче, связи, которая должна была появиться на поверхности, почему-то не было. И рация, — она не работала.