В зеркале твоих глаз
Шрифт:
— Ну и почему ты от меня закрываешься?
— От тебя? Да зачем мне это? — Идеальной формы брови удивленно взлетели вверх.
Рэдфорд яростно фыркнул.
— Почему ты не сказала, что мальчик — твой сын? — Господи, нет, нельзя так, это не его ума дело. Да что она с ним творит?
— А я и не знала, что должна об этом что-то говорить, — очень тихо сказала Кристи.
— Мы с тобой сидели и болтали вчера весь вечер, или по крайней мере я болтал. Ты даже отказалась что-либо рассказывать о себе. Что у тебя за секреты?
— А нет никакого секрета, — ответила она спокойно. — Я не обсуждаю свои дела со всякими недостойными…
— Так это я "всякий недостойный"? — прорычал он, начиная терять терпение. — Мне казалось, мы стали друг другу чуть ближе.
— В таком случае ты обманывался, — ответила она все так же равнодушно. — Я всего лишь выполняю работу в этом доме, у меня договор с твоей матерью, не более.
— Сколько лет мальчику?
— Ты имеешь в виду Джейка? — Кажется, спокойствие начинало ее покидать.
— Да, я имею в виду его.
— Пять.
— А кто такая Хлоя?
— Его няня, сиделка, моя домработница, назови как угодно.
— А где отец мальчика?
— Это не твое дело.
Конечно, это было не его дело, но, черт возьми, он хотел это знать.
— Он и был тем самым негодяем, который так восстановил тебя против мужчин?
— Да, это был он, — с вызовом ответила она, и щеки у нее моментально порозовели. — Это еще та свинья и негодяй, ты верно выразился.
— И теперь в твоей жизни его больше нет?
На этот раз маленькая пауза.
— Хотелось бы, чтобы это было так.
Рэдфорд нахмурился.
— То есть он сшивается где-то рядом?
— Да, недавно я его встретила.
— Надеюсь, ты сказала ему, чтобы он убирался из твоей жизни?
— Он не воспринимает отказа с моей стороны.
— Хм, может, стоит обратиться в полицию?
Могу я чем-нибудь помочь?
Она улыбнулась широкой и печальной улыбкой.
— Не думаю, что к этому придется прибегать, я сама справлюсь, так что большое спасибо за предложение.
— Как себя чувствует мальчик? Животик уже не болит?
— С ним все в порядке, — ответила Кристи. Он переел желе и мороженого накануне. И… спасибо, что спросил. Правда, мне кажется, тебя это совершенно не интересует. По-моему, ты не из тех мужчин, что любят детей.
Так говорила Тэра. Ее сестра прекрасно знала, что он не собирается оформлять их отношения, даже больше — он завершил их столь поспешно именно потому, что Тэра первая заговорила о замужестве и семье.
— Проклятье, Кристи! С чего ты взяла?
Ее замечание задело его за живое. Он облокотился на стол и склонился над Кристи.
Будь осторожна, предупредила себя девушка. Предыдущим вечером она поняла, как отомстит этому человеку. Не надо нанимать киллера или шантажиста, куда проще скрыть, что Джейк — его сын. Наверное, это жестоко, но Рэдфорд Мандервел-Смайт совершил поступок, за который она никогда не сможет его простить.
Он покачал головой и отошел от нее.
— Ты очень сложная женщина, и мне трудно тебя понять.
— И это тебя беспокоит, — проговорила она с сарказмом. Он еще поволнуется, на себе испытает боль и несчастье, которые она пережила после смерти сестры. В жизни Кристи это была самая большая и горькая потеря. Потеряв свою любимую Тэру, она осталась одна, с беспомощным младенцем на руках, ощущая себя такой же беспомощной.
Неожиданно ее поразила ужасная мысль. Если Рэдфорд когда-нибудь узнает, что Джейк его сын, он получит право забрать его у нее. Значит, еще и поэтому он не должен узнать правду.
Она уже привыкла к мысли, что Джейк ее сын, привыкла любить его, как собственного ребенка, и не могла допустить даже мысли о том, что его могут забрать у нее.
— Ты меня заинтриговала, — признался Рэдфорд. — Но тебе ведь понравился прошлый вечер?
Соврать Кристи не смогла.
— Очень — к моему великому изумлению.
— А повторить его тебе не хочется, как я понимаю.
— Не вижу смысла.
— Я сегодня собирался вернуться в Лондон, процедил он сквозь сжатые зубы, — но думаю, придется остаться тут еще на несколько дней.
Хочу выиграть поединок. Мне нравится выигрывать.
Кристи завороженно смотрела на него. Ей было страшно.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Хочу доказать тебе, что не все мужчины подлецы.
— И думаешь, что ты сможешь это сделать?
Он улыбнулся, улыбка была искренней и теплой.
— По крайней мере попытаюсь.
— Не теряй драгоценного времени, — проговорила она.
— Но ты не отрицаешь, что попробовать можно?
— И тебя ничто не остановит?
— Ага, кажется, ты начинаешь лучше меня узнавать.
Еще одна неудача! У нее было ощущение, что она попала в ситуацию, из которой просто нет выхода. Где же твое чутье? — спрашивала она себя. Ради бога, пора остановиться.
И не могла этого сделать… Где-то глубоко внутри нее оставалась крохотная частичка, которой нравился этот человек. И эта крохотная частичка, кажется, начинала брать верх. Кристи хотелось все чаще с ним видеться, ей начинало нравиться возбуждение, которое она испытывала рядом с ним. Хотелось протянуть руку и… коснуться его, почувствовать крепость и упругость его мышц.
— Предлагаю вместе пообедать, — сказал Рэдфорд.
Она понимала, что стоит ему свистнуть, и любая девушка побежит на его зов. Но только не она. Кристи посмотрела на часы.
— Это невозможно, у меня в два назначена встреча. — Она же планировала провести весь день здесь.
— Тогда поужинаем.
Кристи яростно покачала головой.
— У меня нет времени, я просто беру с собой бутерброды.
— В таком случае я захвачу бутерброды и присоединюсь к тебе.