В жены поневоле
Шрифт:
Почувствовав мою взаимность, Кирилл перемещается губами к шее. Впивается в нее так, что мурашки по коже проступают волна за волной. Возвращается к губам, коротко целует, и спешит с придыханием вымолвить:
– Я тебя хочу.
– Кирилл…
– Я так скучал по тебе… - слышу, как он сглатывает. – С ума сходил от мысли, что больше никогда не смогу к тебе прикоснуться, элементарно увидеть. От этого правда возможно сойти с ума.
Я думаю, пока он отчасти терпеливо ждет моего решения. В голове такой сумбур, что все кругом идет. Чувствую, как тело отзывается, и ничего не могу с этим поделать. Все мое тело вибрирует от желания.
Наверное, хочу. Наверное, простила. Наверное… Без наверное!
– Только… только аккуратно, - шепчу тихо ему в губы, на что получаю куда более рьяный поцелуй.
Обхватываю руками его шею, и Кирилл поднимается с колен вместе со мной, после чего спешит снять сорочку мне через голову. Я же в свою очередь осмеливаюсь расстегнуть ему ремень.
***
Солнце ослепляет. Вчера я не до конца закрыла шторы. Потому и проснулась раньше времени.
Черт, какой там раньше времени. Время уже десятый час! Ну и спать мы.
Поворачиваю голову чуть вправо, смотрю на него, спящего. Сию секунду вспоминаю прошлую ночь. Некоторые ее моменты. Она была другой. Как будто не с ним, а с другим человеком. Точнее, эта ночь сильно отличалась от всех наших прошлых ночей.
Тогда я разве что получала только физическое удовольствие, и то, под конец, а сейчас поистине душевное. Я в самом деле даже сейчас его получаю. А ведь я так боялась, что на утро почувствую совсем другое. Боялась, что смогу пожалеть, испытать от этого разочарования боль. Но нет, я не жалею.
Мне бы встать, но меня прижимает к постели его рука. Такое уже было. Но в этом раз мне не удалось улизнуть так просто. Только я сделала попытку вылезти из постели, как его рука стала загребать меня. Он либо это во сне, либо в самом деле проснулся.
Похоже, что во сне. Потому что со второй попытки я смогла вылезти.
Подходя к шкафу, безотрывно смотрю на него. Надеваю халат и бегом в кухню.
Уже в кухне завязываю пояс халата и слегка привожу в порядок волосы, приглаживаю их руками. Мысли тоже следовало бы упорядочить. Спокойно... Я вчера ночью так не волновалась, как сейчас волнуюсь. Не в первый же раз. А как будто в самом деле первый!
А сделаю-ка я завтрак. Что-нибудь вкусное. Блины, думаю, подойдут. У меня как раз джем клубничный есть.
Спешу начать делать тесто для блинов. К счастью, все необходимое у меня для этого было. Он же вчера ходил в магазин. Все взял.
Я успела сделать уже парочку блинов не лучшей формы, когда услышала звуки со стороны спальни. Проснулся.
– Я здесь! – выкрикнула я. Хотя можно подумать, что не слышно, что я здесь. Шкворчит же на всю квартиру. Это не его огромный дом, где ничего не слышно. Квартира достаточно небольшая.
Слышу, как Кирилл направляется сюда. Бросаю кухонное полотенце на столешницу и оборачиваюсь. Кирилл входит в одних штанах, без рубашки. Смотрит так странно.
– Что?..
– вымолвила я.
– Готовишь?
– Ну да. Только начала.
Я улыбаюсь, а ему это будто дико. Но я ничего не могу с собой поделать. Лыблюсь как дурочка.
– Ты довольная…
– А почему я должна быть недовольна? – пожимаю плечами. – Ты же пообещал, что защитишь нас. Я решила, что не буду больше бояться, - сцепила кисти рук вместе.
Я правда так решила. Мои переживания и паника - только ребенку навредят. И мне правда хочется верить, что Кирилл способен предотвратить возможную трагедию. Все это осознание пришло ко мне именно после нашей ночи. Эта близость вселила в меня некую уверенность.
– Правильно, не бойся, - Кирилл подходит ко мне, берет за руку, тянет за нее к себе. Обнимает, да покрепче. Я расслабляюсь в его руках, даже веки прикрываю. Но это такое обманчивое спокойствие и расслабление…
– У меня там блин сгорит…
Кирилл отстраняет меня от себя, но не отпускает. Ловит мои губы, захватывает их своими, заставляя меня застонать ему в губы. Это вышло невольно, отчего Кирилл еще сильнее стиснул меня в своих руках.
– Я серьезно, у меня там горит! – отрываюсь от его губ и округляю глаза.
– У меня тоже, - на что я звонко усмехаюсь.
Кирилл двигается вместе со мной к плите и, не отрываясь от меня, выключает ее.
Взъерошивает волосы на моей голове, сбрасывает их на одно плечо, и впивается в оголенный участок шеи губами.
Теперь, чувствуя мою взаимность, Кирилл совсем не сдерживается. Нет, он нежен, но в нем нет той злости, что я ощущала раньше. Вывод очевиден: с этим мужчиной возможно быть только в случае, если все взаимно. Иначе… а иначе я знаю, как это бывает.
– Я люблю тебя, - шепчет мне в губы Кирилл, а мне в сердце словно разряд поступает.
Мне бы что-то сказать, но я не могу. Мне, пожалуй, пока нечего ему сказать.
– Я тебе верю, - сказала чистую правду.
– Это я и хотел услышать.
– И будешь любить, даже когда я перекрашусь в рыжий цвет?.. – пытаюсь перевести неловкий волнующий момент в шутку.
– Хоть в зеленый, - ухмыляется Кирилл, гладя меня пальцами по щекам. – Но тебе не обязательно перекрашиваться. Скрываться не так долго придется.
– Не долго?
– Все наладится еще до рождения дочки.
– Дочки?.. Мы же не знаем, кто будет.
– Я думаю, что дочка. Но мне, в принципе, все равно.
Это так мило. Мило, что он хочет дочку.
– Когда… когда мы поедем смотреть квартиру?
– Через пару часов можно ехать.
– Тогда… - беру его за запястья, чтобы убрать его руки от своего лица, - я должна закончить готовить завтрак.
***
Кирилл в самом деле позволил мне самой выбрать квартиру. По списку было шесть вариантов. Остановились мы на третьем. Мне очень понравилась именно эта квартира. Она большая. Три комнаты. В центре. Вид из окна – просто сказка. Кирилл согласился, не думая.
– Ну как тебе, Кать? – спрашивает Кирилл, а я спешу обернуться к нему.