Чтение онлайн

Обогнув стол, я шагнул в пространственный пузырь с такой скоростью, что даже успел упереться в стену, как мне показалось.

В основание шеи ударилось что-то тяжёлое, я едва не рухнул на колени, но в следующее мгновение выпал прямо в стену из серых гранитных глыб подвала моего дома в Белозерье.

Мата Хари, это она меня так приложила, уже помовает крылами перед тяжёлой дверью. Голова кружится, в ногах слабость, я торопливо захватил из потайного ящика горсть кристаллов, Мата Хари каркнула, имитируя злую и жадную ворону, быстро выхватила у меня из ладони самый крупный фиолетовый, дескать, тоже надо.

Похоже, не чувствует головокружения, правда, у неё и головы нет, вернее, она вся голова, так что сейчас торопливо вылетела наружу и сразу доложила, что в имении всё тихо, работы идут, гвардейцы упражняются, враг пока где-то очень далеко.

Я вышел быстро, впереди ещё часов шесть-семь до прихода армии Карницкого, перед особняком Перепелица ведёт мимо строем группу егерей.

Увидел меня, рявкнул:

— На командира равняйся!.. Стой, раз-два!

Егеря, чеканя шаг, остановились, Перепелица развернулся в мою сторону, вытянулся и молодцевато отдал честь. Глаза его выпучились, я запоздало понял, что смотрит на левую половинку груди, где на китель приколот Императорский Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия — высшая военная награда Российской империи, правда, всего лишь четвёртой степени.

Глаза его совсем уж как у большого морского рака, он даже нервно сглотнул и сказал хриплым голосом:

— Ваше благородие!

Я помахал рукой ему и гвардейцами, что выныривали отовсюду и таращили глаза на орден. Ну да, девиз ордена «За службу и храбрость», его статус: высший военный орден за боевые заслуги. Награждают только за отличия в военных подвигах, никогда за службу, за выслугу или какие-то ещё достоинства.

Егеря из новеньких тоже не сводят взглядов с ордена, я ощутил неловкость, ишь как зачарованно смотрят, объяснил с неловкостью:

— Прилежно учусь. Государь Император вот лично приколол за тщательное и успешное выполнение заданий.

Перепелица икнул и повторил:

— Да-да, за тщательное выполнение… заданий.

Взгляд его всё ещё устремлен на орден, знает, шельма, что ордена, вручаемые за военные подвиги, имеют особое отличие — перекрещённые мечи и бант из орденской ленты.

Здесь и перекрещённые мечи, что означает, своими действиями вырвал у врага победу и принёс её нам, и бант, значит врукопашку уничтожил не меньше десяти врагов Отечества лично.

Я сказал Перепелице значительно:

— Всё это время я был на зимней сессии, понял?.. Я же скромный учащийся, не забыл?

Он дёрнулся, выпрямился.

— Ваше благородие, как можно!.. На занятиях вы были, на занятиях. И боевой орден дали за… успешные занятия, я так и понял! Учиться так важно, так важно для Отечества!

— Вот-вот, — сказал я с удовлетворением. — А теперь главное. Карницкий наконец-то собрался с силами и двинул всю армию. Наши люди, которые там, докладывают. Их там нет, но они всё видят.

Он кивнул, на лице полнейшее понимание, вот для чего и нужны егеря, их там нет, но они сила.

— Будут здесь через шесть часов?

— Да, — согласился я. — Но принимать бой на своей территории, это неизбежные разрушения и даже потери среди гражданских. Потому встретим их на подходах.

Он спросил быстро:

— Как насчёт упреждающего удара?

— Это обязательно, — заверил я. — Их всего несколько тысяч!.. А у нас уже больше сотни.

Ко мне подбежали Иван, Василий и Бровкин. Вместе с Перепелицей они весь мой офицерский состав, пусть не все успели побывать офицерами в армии, но здесь уже командуют, значит офицеры.

Тадэуш бросил ладонь к виску.

— К отражению атаки всё готово!

Я прислушался к докладу Маты Хари, сказал значительным голосом:

— Ихтамнеты докладывают, к нам идут тремя отрядами. Часть на грузовиках, часть на конях, эти тоже вязнут в болотах, но большинство пешие. Два отряда наёмников, третий — личная гвардия. У них и оружие получше, и вообще всё. А вот что впервые, так это артиллерия… Она отстаёт очень сильно, всякий раз с трудом вытаскивают из грязи.

— Это их сильно затормозит, — сказал Бровкин знающе. — Но без неё не начнут. Сначала обстрел ядрами, потом штурм.

Я прислушался к неслышимому им докладу крылатого ихтамнета, уточнил:

— Пушки у них новейшие. Три штуки. У них хорошая дальность стрельбы, в ящиках не чугунные ядра, а бомбы.

В глазах Перепелицы уровень уважения скакнул ещё выше, перешёл в почтение. Хорошие у меня ихтамнеты, если даже такое сумели выяснить.

— Мата, — сказал я мысленно, — займись пушкарями. Нельзя их допускать на дальность выстрела по зданиям. Боевой лазер у тебя уже не лазер, а вообще чёрт-те что, даже не знаю, зачем он тебе такой…

— Хай будэ, — сказала она сварливо. — Надо готовиться к войне с человечеством! Вы же такие хитрые!

— Точно, — сказал я, — ты суфражизма нанюхалась.

Она спросила деловито:

— А после пушкарей?

Командиры смотрят на меня с ожиданием, наш диалог с Матой Хари занял не больше секунды времени, я вздохнул и сказал веско:

— По данным разведки, пушки постараются… обезвредить. Ихтамнеты во время марша будут высматривать офицеров. Это у нас хрен отличишь командира от рядового, а там они все как попугаи, не промахнёшься.

Все четверо снисходительно заулыбались. Казалось бы, что сложного одеть всех в одежду маскировочного цвета, это даже дешевле, чем все эти вычурные кивера с султанами, но это понимают только те, кто уже переоделся, но такая простая истина никак не дойдет до императора.

— Болото слева от дороги разлилось, — сообщил я, — это их задержит ещё на пару часов. Либо начнут обход, либо построят гать.

— Тогда сражение будет ночью, — сказал Василий мрачно.

— А ночью нужно спать, — ответил я. — Потому собирайте всех, кроме охраны дома, и выдвигаемся навстречу.

— Занять удобные позиции, — сказал Перепелица, — и встретить внезапным огнём?

— Да, — подтвердил я. — Наши люди, которых там нет, сейчас начинают отстреливать офицеров. И тех, кто будет брать командование. Это внесёт хаос… ну, надеюсь.

Дальше я наблюдал, как они собрали все четыре отряда и отбыли, тихие и незаметные по своей выучке егерей, плюс маскировочная одежда, раньше такой у них не было.

Мата Хари примчалась, загрузилась под завязку фиолетовыми и синими кристаллами, исчезла, а я через её зрение наблюдал за вражеским войском, что тремя туменами упорно месит грязь, продвигаясь в нашу сторону.