Чтение онлайн

Одержимость женской кровью, которую выказал Доктор, получивший право лишить Саюри невинности, если подумать, не такое уж редкое явление. Описание чайного домика у Голдена напоминает церемонии в китайском борделе. Китаист и нидерландский дипломат Роберт ван Гулик, которого многие хорошо знают как автора детективных историй, происходящих на фоне загадочной японской жизни, также написал академическое исследование о сексуальной жизни в Древнем Китае. Он упоминает «шесть поясов» («лю-тай»), которыми полагалось обтирать кровь после утраты девственности и которые затем надлежало хранить в особых корзинках.

Ван Гулик также приводит китайскую поэму, посвященную мужчине, обнаружившему в брачную ночь, что его невеста уже не девственница:

Правда, и менструальная кровь способна вызывать очень сильные переживания. Когда китайский ученый XVI века Ли Мао-юань навестил горячие источники близ Лояня, где за несколько веков до него совершала купания известная наложница Ян-Гуйфей, он вдруг обратил внимание на несколько красных пятен на камнях. Ему рассказали, что, как считается, это капли менструальной крови Ян-Гуйфей. Ли Мао-юань был тронут и сильно взволнован. Уже приказав отправиться в обратный путь в своем паланкине, он вдруг увидел, как на мгновение из-за занавески показалась женская рука. И той же ночью в постоялом дворе к нему пришла женщина, сказавшая, что она — призрак, тень Ян-Гуйфей. И эта тень оставалась с ним до самой его смерти.

Стремление к отображению проблематики девственности можно встретить и в западной культуре. В «Сладком фильме», который снял в 1974 году югославский кинорежиссер Душан Макавеев, серб по национальности, мисс Уорлд — победительница всемирного конкурса красоты 1984 года — получила предложение выйти замуж за самого богатого человека на свете, по имени мистер Капитал. Он, разумеется, желает получить за свои деньги соответствующий товар, поэтому невесту везут к гинекологу. В обстановке практически священнодействия эту женщину усаживают на гинекологическое кресло, а зрители видят (в ракурсе из-за ее плеча), как врач занимает предназначенное ему место между ее расставленных коленей. Его лицо озарено золотым светом, а выражение на его лице дает представление кинозрителям о том, какие услады достаются одному лишь этому врачу — ну и еще жениху… Сам гинеколог больше в фильме не появляется, хотя мы понимаем, что его жизнь никогда больше не будет такой, как прежде. Зритель же следит за жизнью мисс Уорлд, наблюдая за тем, какие ей достаются удары судьбы. Ее супруг (что и требовалось доказать) обладает до того могучим мужским достоинством, что в брачную ночь у них случается то, что куда чаще наблюдается у собак, а не у людей: они не способны «расцепиться», разъединить свои половые органы. В конечном счете ей удается вырваться, она желает быть свободной и потому уходит в коммуну, которую организовал с целью сексуального освобождения немецкий экспрессионист Отто Мюль (здесь жанр фильма меняется на документальный), однако там ее жизнь трагически обрывается: она тонет в… чане с шоколадом. В этом фильме, в этой футуристической фантазии Макавеева содержится множество разнообразных символов девственности, заимствованных из различных культур.

Но вернемся в мусульманский мир. Для иллюстрации глубочайшего раскола между мужским и женским представлениями об идеале девственности Рейнерс цитирует высказывание шейха Джалаль Аддиналь-Саюти (вторая половина XV века) о тех неземных удовольствиях, которые ожидают благочестивых праведников в раю:

Каждый из избранных праведников получит в жены семьдесят гурий, помимо тех законных жен, что были у него в земной жизни. Всякий раз, когда он пожелает войти в гурию, окажется, что она снова девственна. Кроме того, Скипетр Избранного никогда не подведет его. Его эрекция будет вечной. И в каждом соитии будут проявляться такие особые наслаждения, такие сладчайшие ощущения, неслыханные в земной жизни, что, если бы кому-то довелось испытать их здесь, на Земле, он бы тут же потерял сознание.

Есть мнение, что страстное желание мусульманских фундаменталистов стать мучениками связано с перспективой исключительных плотских утех, которые обещают им в загробной жизни их духовные лидеры. Никого, правда, не интересует вопрос: а понравится ли гуриям вновь и вновь иметь половые сношения, вечно оставаясь невинными и целомудренными?

Нельзя забывать и о том, что Дева Мария также считается непревзойденной девственницей. Ведь даже после зачатия Иисуса ее девственная плева осталась целой; во всяком случае, так гласит легенда, сохранившаяся в апокрифах. Когда настал день родов, Иосиф отправился на поиски опытной женщины (то есть повивальной бабки). Он нашел даже двух, однако, когда привел их в хлев, младенец Иисус уже лежал в яслях, запеленутый в свивальники. Мария улыбнулась, а Иосиф сказал: «Не смейся, но будь осторожна, как бы не понадобилась тебе какая-либо помощь». Первой женщине, по имени Зеломи, разрешили осмотреть Марию. Велико же было ее изумление, когда она поняла, что дитя родилось у девственницы и что девственная плева у нее при этом осталась целой [55] . Она сообщила об этом своей товарке Саломее, у которой, по-видимому, был куда более прагматичный взгляд на вещи. Она решила самолично обследовать состояние девственной плевы у роженицы… «И когда Мария позволила, Саломея прикоснулась, и тотчас же иссохла рука ее, и, почувствовав сильную боль, она стала плакать весьма громко и кричать». Тут перед ней явился ангел и сказал, чтобы она приблизилась к Божественному Младенцу и прикоснулась к Нему, и тут же, как она это сделала, рука ее исцелилась. Впоследствии эта история о двух повивальных бабках была подзабыта, однако в Средние века на картинах и гравюрах очень часто показаны две женщины по обе стороны от яслей, причем одна из них напоказ поддерживает одну свою руку другой здоровой рукой. На картине Роберта Кампина [56] «Рождество Христово» Зеломи держит хоругвь со словами «ессе virgo peperit filium» («вот дева, родившая дитя»), а на хоругви у Саломеи написано «credam quin probavero» («не поверю, пока не смогу убедиться сама»).

Симуляция девственности

Живущие в странах Запада матери-мусульманки и их дочери иногда просят врачей дать им традиционный сертификат невинности, однако куда чаще дочери приходят к врачу одни, без всякого сопровождения. Они-то точно знают, что уже потеряли невинность, а потому желают «поправить дело». Или же они куда лучше информированы, чем другие мусульманские девушки у них на родине, в какой-то из мусульманских стран, и понимают: даже если они сохранили девственность, нет никакой гарантии, что при разрыве девственной плевы у них будет кровотечение. В Марокко существует немало проверенных средств для того, чтобы увеличить кровотечение. Сумая Наамане-Гессу, например, приводит цитату из книги автора XV века, Суюти, где приведены девять таких способов. Шарик хлопка, пропитанный бычьей желчью, хорошо имитирует кровь, однако гораздо эффективнее вкладыш-суппозиторий, сделанный из растения смолёвки. Он настолько раздражает стенку влагалища, что она начинает кровоточить от малейшего прикосновения. Мужчины, разумеется, не слишком глупы и понимают, что их будут пытаться обвести вокруг пальца, а потому Суюти приводит также и методы, с помощью которых любой может проверить свои подозрения. Так, если во влагалище поместить зубчик чеснока, предварительно наколов его булавкой, у настоящей девственницы запах чеснока не будет ощущаться снаружи тела.

Арналдо де Вилланова [57] — средневековый итальянский монах, которому нравилось рассказывать всевозможные забавные истории о своих соотечественницах. В ту пору (около 1500 года) помолвка порой длилась бесконечно, а если муж занимался торговлей, зачастую никак не удавалось избежать долгих периодов разлуки. Арналдо подробно описывал, какими механическими средствами пользовались одинокие женщины для удовлетворения своих сексуальных аппетитов. Его не слишком интересует измена, и он рад тому, что страх нежелательной беременности заставляет многих женщин «остепениться». Однако даже невеста, которая нарушила свою девственную плеву с помощью искусственного пениса, должна была перед собственным женихом притворяться и делать вид, будто она все еще девственница. Жительницы Неаполя для этой цели использовали пиявок, как нам сообщает об этом «Тротула» — самое влиятельное собрание медицинских текстов по женской гигиене в средневековой Европе. Оно впервые появилось в Салерно в XI веке и состоит из нескольких текстов, которые, как считается, написаны одной или несколькими женщинами-врачами, в том числе, возможно, и той, чье имя и было Тротула (некоторые специалисты, правда, считают ее вымышленной фигурой). В сочинении «De curis mulierum» («О лечении женщин») написано следующее:

А еще лучше за сутки до брачной ночи проделать следующее: поставьте ей пиявки внутрь влагалища (но только убедитесь, чтобы они не попали слишком далеко внутрь), притом так, чтобы кровь вытекла и превратилась в небольшой сгусток. Тогда мужчину можно обмануть истечением крови.

Этот же способ упоминает и Таннахилл в своем отчете о практике повседневной жизни в лондонских борделях XIX века. В некоторых борделях подвизались врачи, которые выдавали особые справки — «сертификаты невинности». Еще проститутки использовали заранее припасенные небольшие мешочки с кровью или же впрыскивали вещества, которые разъедали стенки влагалища. Применялись и хирургические вмешательства. Таннахил сообщает также, что в 1920-е годы в Токио стала очень популярной церемония «возрождения гимена», поскольку тогда 80 процентов японских мужчин пожелали, чтобы их невесты были девственницами. Для этой цели хирурги, выполнявшие пластические операции, незадолго до свадьбы вшивали во влагалище небольшой кусок овечьей кишки…

Нидерландские врачи считают правильной клинической практикой обсудить различные возможности восстановления девственной плевы с девушкой, которая обращается с такой просьбой. Прежде всего, выясняют, как она сама к этому относится и согласен ли ее жених стать соучастником такого обмана. Кроме того, сплошь и рядом именно он ответствен за нарушение плевы у девушки. Существуют различные трюки для подобного обмана: от использования куриной крови до небольшого пореза на пальце… А если девушка к тому же принимает противозачаточные пилюли, она сможет легко создать кровотечение, перестав принимать их в день свадьбы. Правда, некоторые невесты все равно настаивают на проведении восстановительной операции, а иногда этого же хочет и партнер, даже если ему прекрасно известно, что его будущая жена уже не девственница.

Согласно гинекологу В. М. Хуйсману, для восстановления девственной плевы можно воспользоваться двумя способами. Если женщина имеет возможность прийти на прием в клинику незадолго до свадьбы, можно слева направо сшить стенки влагалища в месте имеющихся остатков девственной плевы — тогда при введении члена шов порвет слизистую оболочку на одной из сторон. Если делать более основательную операцию, тогда слизистую оболочку складывают двойным слоем на уровне девственной плевы, превращая ее в своего рода клапан. Однако при обоих способах нет полной гарантии, что кровотечение состоится. Подобного рода хирургическое вмешательство требует к тому же от большинства западных врачей определенной степени бесстрастности, поскольку это означает, что они принимают участие в сохранении культуры, в которой женщинам всегда достается худшая участь, чем мужчинам; здесь девственность у дочерей (а также воздержание у жен), несомненно, являются главными опорами чести семьи, рода. Там, где такое положение вещей считается единственно правильным, оно, несомненно, создает прекрасную почву для пересудов и сплетен, причем всегда, когда возникнет хотя бы какое-то сомнение в их целомудренности, женщинам придется подвергать себя самым унизительным процедурам, чтобы сохранить свою честь.