Чтение онлайн

Требования к унтер-офицерам еще выше. Знание свода сигналов, флажной семафор, морзянка… Про офицеров я уже молчу. Они должны были уметь все. Кстати, об офицерах. Выпускников Морского корпуса среди них не было. Только чистой воды сухопутчики. А потому, в плане индивидуальной подготовки они проходили в учебном центре ту же самую подготовку, что и обычные матросы. Спустя год после формирования, Каспийский экипаж стал вполне боеспособным формированием. К этому времени, в состав Азовской флотилии вошли два десантных лихтеровоза: «Иван Рябов» и «Афанасий Крыков». Они уже отличались от своего каспийского собрата. Восемь десантных катеров и пара самолетов разведчиков на каждом. И катера довольно шустрые: узлов 35 способные развить. Правда, это только в том случае, если на них стоят бензиновые моторы. Вариант с дизелем развивал меньшую скорость.

Вообще, Черноморский флот сейчас обновляет свой корабельный состав радикально. Я делаю ставку на не очень крупные корабли, потому что никаких морских битв я затевать не собираюсь. Основная ставка у меня на быстрый захват или в худшем случае, блокаду Босфора. При таком варианте, прорыв сколь угодно сильной вражеской эскадры чреват страшными потерями. Кстати, на случай захвата плацдарма на вражеском берегу, помимо кораблей, я могу выставить и береговые батареи. Причем, не из доставшегося мне в наследство старья, а из новеньких двенадцатидюймовок на железнодорожном ходу. Все необходимое для этого у меня уже имеется. Ну а старье было переделано в осадные орудия и продано полякам. Чтобы им лучше мечталось о штурме германских крепостей.

Так что к войне на Балканах я почти готов. Но хочу обойтись без нее. Ради этого я и собрал в Ялте весьма внушительное сборище дипломатов. И по окончании маневров, мы с Вилли, хотели с ними поработать.

Странное впечатление у меня было от идущей в Америке войне. Вроде бы и все по-серьезному, но образцовой Мировой бойни так и не получилось. Да и откуда ей взяться, если на всех фронтах враждующие стороны задействовали суммарно не более двух миллионов человек? Вот потому и нет того ужасающего расхода живой силы, которое было в моем мире. Да, тут есть позиционные тупики, но и маневренных действий хватает. Нигде нет сплошного фронта и потому обходы и просачивания применяются довольно часто.

Зато «Битва экономик» получилась чудесная. Одна только «крейсерская война» в Атлантике чего стоит! Ставка на носители минных катеров и малых подлодок в этих условиях себя оправдала. Строя их в невероятных количествах, американцы все-таки сумели нанести огромный ущерб британской морской торговле. Потери торговых флотов стран Антанты зашкаливали. Строить новые пароходы уже никто не успевал. А потребности в морских перевозках росли. Поэтому, командованию Антанты пришлось кланяться в ножки «нейтралам». Те с радостью бросились вытеснять «Владычицу Морскую» из столь выгодного бизнеса. Правда, разошедшиеся не на шутку американские капитаны, не брезговали под шумок топить и нейтралов. Но пока что это происходило не столь часто, чтобы расширить состав участников антиамериканской коалиции. Но стоимость фрахта возросла заметно. И пришлось британцам тратить силы на создание конвойных сил. И это при том, что они продолжали строить корабли, предназначенные для больших эскадренных сражений. В общем, так как флот – вещь дорогостоящая, то у британской казны возникли проблемы. И не только у казны. У населения тоже было не все благополучно.

Помимо морского флота, не меньше средств уходило и на воздушный флот. Тут наша выдумка с дирижаблями была как нельзя кстати. Потребности в доставке к цели большого количества авиабомб, заставили всех притормозить развитие аэропланов. Они конечно были и использовались на войне. Но только в качестве «воздушного такси» для штабных офицеров и фельдегерей. Этот мир верил в дирижабли и только в дирижабли! И кстати, не без оснований.

Не меньшую радость мне доставляли и танковые войска. Нет, с моими все было нормально. Пешие казачьи батальоны получали на вооружение нормальную с моей точки зрения бронетехнику. И над этой бронетехникой смеялся весь мир. Все были уверены в том, что мои танки годятся лишь для полицейских операций, а не для серьезного боя. То ли дело «легкие» 100-тонные осадно-штурмовые танки передовых держав! У них и броня толстая, и вооружение мощное. Да и зарекомендовали они себя просто отлично! Все это так, если не учитывать, что стоили эти монстры в 15 раз дороже, чем наш «полицейский танк». Никто не обратил внимание на то, что у наших «коробочек» «межремонтный пробег» составляет 200 км! Что трехдюймовка этого «недоразумения» пробивает броню их монстров с дистанции 500 м. Что 15 наших трехдюймовок всяко лучше, чем те три орудия, которые несет их «легкий» танк. Я уже не говорю о том, что нашу бронетехнику можно использовать в рейдовых операциях на оперативную глубину. Вот это самое главное! Конечно, если насытить пехоту противотанковыми орудиями, то нашим легковесам не поздоровится. Но и здесь притаилась одна интересная засада: здешняя противотанковая артиллерия совсем не такая, какая была в моем мире.

Дело в том, что даже «легких» стотонных танков много не будет ни у кого. Слишком много с ними возни. С другой стороны, они могут появиться где угодно. Поэтому средства борьбы с ними нужно иметь всем. А если ты вообще за всю войну ни разу танка не увидишь? Ведь их мало! И что, твои пушкари будут бездельничать? Дилемму решили просто: начали производить зенитно-противотанковые орудия! Ведь и про дирижабли, с которыми дело имеешь гораздо чаще, приходится считаться! Маневренность? А в этих условиях она достаточна. Пока танк доползет до тебя, командир дивизии успеет выставить на его пути зенитную по сути дела батарею или даже дивизион. То, что это плохо сработает против массы моих «полицейских» танков, пока что никто не подозревает.

Правда, у меня и моего брата Георгия возникли разногласия с собственными генералами. Те хотят, чтобы у нас было все как в «передовых странах». И потому предложения о перевооружении армии той техникой, что «хорошо себя зарекомендовала на полях сражений», от них поступают постоянно.

Да если бы только генералы! Наша передовая либеральная общественность тоже горазда критиковать все, что не как в Европе. Вот потому, в основном Георгия она и обвиняет в преступном небрежении. Приходится терпеть и рты затыкать умеренно. Ведь ее недужный вопль на эту тему мне помогает вводить в заблуждение и лютых друзей и возможных врагов.

Тут иная проблема назрела: японцы попросили нас посредничать в их тайных переговорах с американцами. Делают они это не от хорошей жизни. Им нужна передышка. При этом, взять и просто так выйти из войны у них не выйдет. Потому что американцы вряд ли станут заключать с ними мир ценою территориальных уступок. А отдавать назад захваченное в ходе войны, японцаы сами не хотят.

– Тут, Николай Александрович, такое дело, – объяснял мне Василий Иванович, – вывести войска из Калифорнии и Олимпии японцы согласны. Но насчет Аляски – согласия с их стороны не будет.

– То есть, им нужна только Аляска?

– Не вся. Алеуты и южное побережье. Прочее – они согласны отдать британцам, если те Назгулеску оттуда смогут выкинуть. А не смогут, так японцев и он в качестве соседа устроит.

В общем, японцы хотели заключить с американцами тайное перемирие до конца войны. Судя по всему, они не верили в то, что американцы сумеют победить в этой войне. Иначе, не надеялись бы сохранить то, чего они смогли завоевать.

Вообще то, стремление к фактическому прекращению боевых действий, с их стороны было шагом разумным. Война, которая шла сперва с Китаем, Испанией, а затем с Америкой, сказалась на экономике Японии. Блистательные победы дали японцам территории, богатые ресурсами. Но война пожирала все. Нужна была передышка. Поэтому, замирившись с китайцами, японцы искали способ прекратить воевать с Америкой.

Американцы тоже были не против перемирия, потому что врагов у них и так стало слишком много. Но замирение, даже тайное и временное, не могло произойти без нашего участия. И одна из причин этого – судьба боевых кораблей американского Тихоокеанского флота. Этому флоту вообще хронически не везло. Куча поражений, в результате которых большая часть кораблей и экипажей предпочитала интернироваться в нейтральных портах. Так было и с эскадрой из Сан-Диего.

Придя к выводу, что удержать Сан-Диего уже не выйдет, американцы решили интернироваться в Сан-Франциско, пребывавший под нашей юрисдикцией. Японцы, имевшие на вооружении морально устаревшие эскадренные броненосцы, на этот раз не препятствовали прорыву, справедливо полагая, что бой с псевдолинкорами могут и не выиграть. А потому, просто пропустили армаду противника.

А дальше произошло то, что возмутило британцев. Американцы нашли одну интересную лазейку в международном праве. Дело в том, что корабль воюющей страны, имел право находиться в порту нейтральной страны не более 24 часов. Потом – либо покинь порт, либо интернируйся до конца войны. Корабли янки оставили нам. А вот с экипажами поступили иначе. Их немедленно погнали на вокзал, куда уже были поданы поезда и вывезли за пределы арендуемой нами территории. Нужно сказать, что в отведенные 24 часа янки уложились. Понятно, что личный состав продолжит службу где-нибудь в Атлантике. Конечно, эвакуировали не всех, потому что кто-то должен был следить за кораблями. Но те хиленькие вахты, что остались во Фриско, особой погоды не делали. Но американцам и этого было мало. Содержать за свой счет корабли, ставшие бесполезными, они не хотели и специальная комиссия занялась распродажей остатков Тихоокеанского флота. Кому продавать? Интерес к покупке этих кораблей проявили Китай, Сиам, Испания и даже Гавайское королевство. Но это пока еще вилами на воде писано. То ли купят, то ли нет.