Чтение онлайн

В его кабинете горела настольная лампа, наверное, забыл выключить. Я зашла, просто чтобы щёлкнуть выключателем, но зачем-то остановилась.

Вот в этом весь Рома, в этом идеальном порядке. Теперь понятно, кто его к нему приучил. Сердце болезненно кольнуло. Он ведь пытается удержать всё под контролем, даже если что-то пошло не по плану.

Даже удивительно, как ему далось появление Даши. Да и меня тоже. Ему пришлось подвинуть свои идеальные линии, впустить в этот порядок нас двоих, живых, непредсказуемых.

Я обвела взглядом кабинет, который он сразу привёл в порядок, когда мы съехали в отдельную комнату. Книги, проекты, тубусы. Всё строго и по линеечке. Только один выбивался из общего ряда, как будто его недавно доставали.

Я подошла к полке, задвинуть его обратно, но что-то показалось мне любопытным, я даже не сразу поняла что. Может, то, что он не был подписан, как остальные?

Любопытство оказалось сильнее такта. Я потянула пробку, достала из тубуса чертёж и развернула на столе.

Это был очень красивый дом. С террасой, с большими окнами, с садом вокруг. Какой-то… Не знаю, живой, что ли, тёплый.

Кухня выходила в сад, а спальни — на восток, чтобы солнце с утра заглядывало. Здесь было продумано всё до мелочей, как будто с любовью.

Такую мог придумать только человек, который верит в семейное счастье. Не просто архитектор, а тот, кто хотел построить дом своей мечты.

И вдруг мне стало так больно за Рому, за того, кем он был, когда это рисовал. По дате в углу это было ещё во времена Дианы. Он создал проект для неё.

— Нравится? — услышала я за спиной.

Я обернулась. Рома стоял в дверях, босиком, в серой футболке, смотрел спокойно, но устало.

— Прости, я… — я поторопилась убрать проект, но он подошёл и остановил меня.

Взглянул на него, вновь разложив на столе.

— Я его так и не построил.

— Он очень красивый, — призналась я, радуясь, что он не злится. — Мечта.

— Не для всех, — поморщился Рома. — Диане не понравилось.

— Почему? — искренне изумилась я.

— Ей нравился город, — кажется, эта история его давно не трогала. — Тусовки, развлечения. Перебираться за город она не планировала.

— Глупо. Он идеален.

— Спасибо.

Я подняла к нему лицо, и в свете лампы заметила, что в его взгляде мелькнула благодарность. Едва удержалась от того, чтобы не коснуться пальцами его щетины.

Ну почему он такой хорош?.. Но сделай я это, рискни, покажи, что он мне нравится больше, чем просто… Партнёр по воспитанию Даши? Что будет? Если это не взаимно, я только всё испорчу.

— Я пойду, — выдохнула, ругая себя.

— Спокойной ночи, — мягко ответил он, скользнув рукой по моему плечу.

По коже пробежали мурашки, и я даже себе боялась признаться, как моё тело реагирует на него.

В дверях я обернулась. Рома возвышался над столом, снова раскрыв чертёж. Улыбка едва заметно коснулась его губ, и я подумала, что, наверное, вот так он выглядит, когда мечтает.

Может быть, однажды он всё-таки построит этот дом? Глупо, но мне ужасно захотелось быть той, для кого он это сделает.

Я ещё долго лежала без сна, слушая дождь за окном и представляя этот дом с террасой, запахом яблонь и детским смехом где-то в глубине сада.

Рома

Не знаю, когда это началось, может, когда рассказал Насте о своём детстве. Или когда она взглянула на забытый проект дома, как на мечту. Оценила именно так, как оценил бы я сам.

Или ещё раньше. Главное, что это чувство появилось. Сначала просто нежелание, чтобы она исчезала, а потом потребность, чтобы осталась. Совсем.

Я сам не заметил, как изменилась квартира. В мелочах, но стала теплее. Дашины рисунки на холодильнике, игрушки, книжки, лежащие то там, то сям. Странно, но это не бесило.

И ещё самая простая забота, вроде: «Ром, не забудь зонт», или записки на столе, если задержался позже обычного. «Твой любимый ужин. Разогрей».

Иногда я по вечерам забирал их с Настей с развивашек, на которые мы записали Дашу. Кто бы знал, что это так приятно, когда к тебе бежит ребёнок, хвастаясь своими сегодняшними успехами.

Вчера сама влетела ко мне на руки, вся в каких-то блёстках и следах от фломастера.

— Смотри! — протянула мне открытку с единорогом.

— Блёсток не пожалела, — похвалил я, лыбясь, как дурак.

— Красиво?

— Очень, Даш! Не против, я на работу заберу, в офисе повешу, пусть остальные любуются, какая ты у меня талантливая.

Она зарделась, такая счастливая, ещё и эти ямочки на щеках.

— Я и Насте нарисовала, — обняла меня за шею, покосившись на Настю.

Та стояла чуть в стороне и смотрела на нас, как будто растрогавшись.

— Только для неё принцесса.

— А разве не ты у нас принцесса? — удивился я.

— Тогда Настя королева, — не стала спорить Дашка, и мы рассмеялись.

Я уже решил, что эта королева точно будет моей. Никуда я её не отпущу. Ни к каким птицам. И вечером, когда она вышла из комнаты, уложив Ягодку, я остановил её на пороге.

Стёр блёстку со щеки, видимо, долго ещё их убирать будем. Она замерла, а я не торопился её отпускать. Наоборот, руку на поясницу положил, притянул к себе, любуясь её смущённым взглядом.

— Ром…

Не убегает, уже хорошо. А мне чего-то так надоело ходить вокруг да около. Мы живём вместе, меня тянет к ней, потому что всё ощущается каким-то правильным, прямо, как надо. Как хотелось когда-то. И она в этом во всём идеальна.

Накрыл её мягкие губы своими, а она как будто не ожидала до последнего, выдохнула рвано. Но опять не сбежала и не оттолкнула. Только в кулачках мою футболку сжала.

А потом открылась, впуская язык, и я понял, что попал. Такая вкусная она была. Руки легли мне на шею, пальцы по затылку пробежались, так, что всё тело мурашками от кайфа покрылось. Чёрт, до чего же она моя…

Там, под мягким свитером, была тоненькая гибкая фигурка, аккуратная грудь, прямо под мою руку, сразу почувствовал, даже поверх одежды. Хотелось унести её к себе, но в последний момент Настя опомнилась.