Чтение онлайн

– Но я был против норманнской теории, – Панько вдруг вспомнил круг своих научных интересов, – против, я не могу, это не будет исторической правдой.

– Должен. Или ты хочешь, чтобы вернулся он? – викинг указал на жалкого, но все еще опасного и коварного Макроуса. – Может, желаешь пойти с нами в Новгород, увидеть Рюрика? Ччто ж, я готов взять тебя с собой, тем более что мой проводник слишком увлекся грибами и сейчас от него мало проку.

…Панько проснулся. Было жутко холодно, спать теперь предстоит с закрытой форточкой. Через два часа пора на работу.

Валерий познакомился с коллегами по цеху. Кабинет ему предстояло делить с капитаном Ольгой Черновой, девушкой лет тридцати (или не тридцати) весьма приятной наружности, и с лейтенантом Сергеем Гавриковым, который был в два… ну почти в два раза моложе Панько и, кроме того, такого телосложения, что более походил на бойца оперчасти, а не исследователя. «Совсем недавно из института, наверное, молодой историк, – сделал вывод Валерий. – И надо поинтересоваться, Ольга замужем, или как там вообще».

Новоявленный исследователь стал обживать место. Эта мебель определенно ему нравилась: стол был из прошлого века, из тех, за которыми сидели настоящие асы. Настенные механические часы монотонно тикали, напоминая о существовании времени. Из окна открывался вид на парковку во дворе с автомобилями вышестоящих. По меркам большого города, серьезная привилегия. Впрочем, Панько не любил, а главное, не имел машины, хотя эти черненькие автомобильчики внушали почтение.

– Ух, завалили всякой чепухой, разгребай дела, – Ольга вытащила из сейфа кипу ксерокопий вперемешку с журналами.

– Что там, Пугачева на тебя перекинули? – спросил Сергей.

– Если бы Пугачева, нет. В Суздаль командировка намечается. Там за Дмитрием Ивановичем косяк числится, то ли всю казну спер, то ли с иностранцами что-то мутил, данных ваще нет, – по-московски протяжно произнесла Ольга.

– И с какого перепугу такой мелочевкой заниматься, Оль?

– Думаешь, мне самой это надо? Толь Толич велел.

– Толик вроде нормальный мужик, а туда же, взбредет в башку хрень какая-то…

– Не, Серега, это ЦИК начал копать, ему знакомый шепнул из министерства. В ЦИКе хотят ткнуть нас носом в тапки, вот и нужно сработать на опережение.

– Это ясно, только Дмитрий Иваныч-то – невеликая персона.

– Невеликая, только ниточка ведет к Олегу Рязанскому, а тот замазан по уши, и, сам понимаешь, перед юбилеем что-то да всплывет. Так что не соскочить мне.

Панько внимательно слушал коллег, оперативно складывая пазл. Не его профиль, конечно, однако вникнуть сходу очень важно. Скоро его самого ждут подобные ребусы, будет вертеться, как американский морпех на Омаха-Бич, чтобы не угодить под перекрестный огонь и своих, и чужих.

– Столовая здесь есть? – неожиданно для себя самого спросил Панько.

– На первом этаже, – небрежно ответила Ольга, обернувшись в пол-оборота на Валеру. Тот почувствовал себя неловко, понимая, что взгляд был оценочно-укорительный. «Олень с буквы а, большой буквы А. Теперь Ольга будет думать, что мне лишь бы пожрать, хотя, наверное, так оно и есть».

– Раньше часа рекомендую в столовой не появляться, у нас режим, – добродушно сказал старший лейтенант Гавриков.

«Блин, у тебя точно режим, небось одни протеины поглощаешь строго по графику». Но вслух Панько ответил:

– Спасибо, товарищ.

Первый рабочий день набирал обороты.

– Валерий, раньше в органах служил или с «гражданки» к нам? – полюбопытствовала Ольга.

– Нет, не служил, только армия, год после универа. Охраняли под Питером особо секретный объект, то ли столовую, то ли клуб для продвинутых офицеров. Два раза стрелял из автомата.

– Я вот люблю пострелять, но увы, оружия нам не дают и на стрельбы не возят. Ваше оружие – это голова, говорит шеф.

– Голова и мускулы, Оль, – добавил Сергей.

– Вечно ты со своими мускулами. Ты, наверное, их использовал один раз, когда мебель переставляли в кабинете у Толь Толича, больше не припомню.

– Да, не припомнишь? А кто Распутина из суда выводил, когда вся полиция разбежалась, а? Что бы вы делали тогда без дяди Сережи. Не, мозги мозгами, а без «физо» никуда.

– «Физо-физо», Сергей, ты же не супермен, не бэтмен. Воображение, логика, мышление гораздо важнее толщины бицепса.

– У бицепса не толщина, а диаметр, Оля.

– А у нас здесь не спортзал или ночной клуб, где ваши диаметры кого-то интересуют, – усмехнулась Ольга.

– Как скажете, товарищ капитан, – Гавриков карикатурно поднес ладонь к виску и преданно посмотрел на Ольгу, завершая дискуссию.

Этот разговор начал утомлять Панько. Он все-таки пришел на работу, и на работе надо чем-то заниматься или по крайней мере создавать видимость. «Скорей бы Вася пришел, принес бумажки какие, или что». Голый стол вызывал у нового служащего чувство неловкости.

Дверь наконец-то отворилась, вошел майор Белкин. Панько облегченно вздохнул: сейчас начнется действие.

– Ну-с, товарищи офицеры, вы уже познакомились? Панько, лейтенант Панько, – Василий сделал ударение на звании, – думаю, окажет вам содействие в решении многих проблем.

– По-вашему, товарищ майор, мы сами не справимся?

– Капитан Чернова, Ольга Васильевна, задачи стоят непростые, враг не дремлет. У вас «висяков» полно. С Хмельницким вопрос решен, к примеру? Нет. А с ленскими событиями разобрались? Нет. Где отчет по Миллеру? Экстремисты из «Черной сотни» тоже спокойно себя чувствуют. Происшествие на Ходынке? Мне уже всю голову проклевали: когда да когда.

– Е-мое, в сутках, товарищ майор, двадцать четыре часа, меня на всех не хватает, – вспылила Ольга.

– Василий Осипович, нам же внешних фальсификаторов поручили, нужно дать отпор.

– Поэтому, Оля и Сережа, с вами будет работать Панько. И, надеюсь, вы сработаетесь.

***

Валерий Львович приходил на работу раньше всех; это свидетельствовало не столько о его пунктуальности, сколько о синдроме новичка. Работал он без году неделя, поэтому опаздывать было дурным тоном. Кроме того, Панько нравилось, что он приходил первым, и остальные, Ольга Чернова и Сергей Гавриков, приходившие позже, как бы теряли перед ним преимущество. В чем заключалось преимущество, Панько себе объяснить не мог, это было его иррациональным чувством, которое придавало ему уверенности, в частности, перед Ольгой. Хотя при ближайшем рассмотрении этот парадокс находил себе вполне логичное объяснение: Панько, придя в кабинет, менял тяжелые осенние ботинки на относительно элегантные легкие туфли – разумеется, процесс настолько интимный, что выполнять этот ритуал в присутствии Ольги для него было неприемлемо.