Чтение онлайн

Мы вышли из лесочка. Перед нами расстилалась небольшая поляна, а сразу за ней виднелись стены Константинополя. Марк отвязал от дерева свою лошадь и лошадь своей жены. Оглядевшись по сторонам в поисках моего коня, он с удивлением спросил, помогая Фабиоле сесть в седло:

– А где твой великолепный скакун? Неужто сбежал? Только учти, наши кони не привыкли возить по двое всадников.

Иногда в душе я по-доброму завидовала умению своего брата всегда и во всем уметь с юмором ответить, над кем-нибудь подшутить и всегда находиться в великолепном расположении духа! В его обществе всегда и всем было комфортно находиться.

– Предлагаешь в этом случае мне пешком идти? – отшутилась я в тон Марка. – Антерион слишком верен мне, чтобы сбегать, – ответила я и громко свистнула.

– Ты только при своем возлюбленном так не свисти, а то сбежит ненароком, – не унимался младший братик.

– Не сбежит, – уверенно и с улыбкой ответила я. – Тем более, что это была его идея.

– Сколько же вы с ним знакомы? – вмешалась в разговор Фабиола.

Ответить я не успела, так как из-за деревьев показался мой черный красавец жеребец.

– Как ты его обучила этому? – Марк с удивлением смотрел на быстро приближающегося к нам коня.

– У меня свои методы, – подмигнула я брату, резво вскочив в седло. – И, к тому же, полно свободного времени, пока не началась война.

– В который раз смотрю на твоего Антериона и все равно не перестаю им любоваться, – восхищенно произнесла Фабиола. – И все-таки это щедрый подарок императора за твои заслуги.

Не только за мои заслуги, но им не нужно было знать, что я являлась внебрачной дочерью нашего императора.

– Что тебя, все-таки, насторожило там, на берегу? – вдруг спросил Марк, вспомнив мое встревоженное состояние.

– А вам двоим мало того, что по округе ходят слухи о демонах ночи, которые убивают влюбленных? – упрекнула я их.

– Это всего лишь слухи, – беспечно отмахнулся Марк, рассмеявшись. – Это всего лишь страшилки!

– И тела, по твоей версии, тоже для устрашения подкидывают, осушив при этом всю их кровь, – съязвила я резким и серьезным тоном. – Они все найдены обескровленными и мертвыми, Марк! А вы беспечно плещетесь в воде, даже не соизволив посматривать по сторонам! Три пары найдены только за последние несколько недель. И вполне вероятно, что есть и ненайденные. Об убийце нам ничего не известно. Так что стоит ожидать нам еще тела. И неизвестно, когда все это прекратится! – закончила я свою речь, говоря уже довольно громко и очень строго, надеясь, что до них наконец-то дойдет вся суть и серьезность положения.

Что, скорее всего, у меня получилось успешно. Марк перестал смеяться. И сейчас я наблюдала очень редкое явление – серьезность и осознание на лице младшего брата.

– Прости, – только и сказал он, отдавая поводья Фабиоле. – Я не думал об этом, – он вскочил на своего коня и грустно посмотрел на меня.

– Просто будьте осторожнее, – с нежностью и заботой в голосе попросила я, едва сдерживая рвущегося в галоп Антериона.

– Ну что, как обычно? Кто вперед до городских ворот? – желая сгладить гнетущую обстановку предложил Марк.

– Согласна, – тут же поддержала Фабиола, обожающая верховую езду.

– Только потом без обид, – предупредила я.

– Тогда – вперед! – дал старт младший брат, пришпорив своего Коропано.

Фабиола, не желая отставать и не любя проигрывать, тут же пришпорила Калипсо. Я же, дав им немного форы, отпустила поводья Антериона, давая ему волю выпустить пар. И я точно знала, что приду к воротам Константинополя раньше влюбленной парочки. Мой конь никому не уступал в скорости!

Приехав в семейное поместье, Марк с Фабиолой вверили своих лошадей в руки нашего уже не молодого конюха Беральда и сразу же направились в дом.

За Антерионом я предпочитала ухаживать сама. Я не спеша расседлала своего жеребца и тщательно его вытерла. Затем насыпала достаточное количество зерна и поменяла воду. Беральд уже и не предлагал свои услуги в помощи, но продолжал временами ворчать, что молодой госпоже не дело заниматься лошадью. Чтобы не обидеть его, мне приходилось отшучиваться на его реплики или же во всем соглашаться. Я никогда не грубила ни ему, ни кому-либо еще из тех, кто работал в нашем доме.

Во всем поместье всегда царил порядок, ощущался уют, не было ссор или скандалов, а хозяева всегда были приветливы. В доме нередко было полно народу. На нашу семью многие ровнялись и старались подражать нам во всем. И все это было благодаря моей матери. И, конечно Себастиану, который не оставлял без внимания ни одну мамину просьбу. Он почти всегда и во всем потакал ей. Он любил ее настолько сильно, что, наверное, невозможно было любить сильнее.

Маме всегда нравилось хлопотать по дому. А с появлением в доме Фабиолы, у мамы появилась помощница. Они вдвоем вели хозяйство, готовили пиры и принимали гостей. Мама часто занималась врачеванием, чем вызывала всеобщую любовь и уважение соседей. Фабиола тоже начала проявлять огромный интерес к данному виду деятельности.

Войдя в дом, я сразу почувствовала аромат свежих цветов, которые, казалось бы, наполняли весь дом, создавая особую атмосферу тепла и уюта. В доме не было много мебели, но от этого дом не казался пустым. Мама никогда не скупилась на масляные лампы и свечи. И когда наступала ночь, в доме загорались тысячи свечей, наполняя своим теплым мягким светом каждый уголок в доме.

В центре самой большой комнаты у небольшого бассейна в полу играла моя младшая черноволосая сестренка, непослушные локоны которой всегда были растрепаны. Милана не любила заплетать их в косу и прятать такую красоту. Милана была невероятно красивой девочкой с зелеными глазами и самой доброй улыбкой на свете.

Едва завидев меня на пороге, малышка тут же забыла о своем увлекательном занятии и со всех ног бросилась в мои объятия, со звонким криком оповещая весь дом о моем возвращении.

– Валерия!!! – вопила моя пятилетняя сестренка, повиснув на моей шее. – Почему ты так долго? Я соскучилась.

– Прости, Цветочек, – весело рассмеялась я, кружа Милану по залу.

Милана весело и громко смеялась.

– Ты покатаешь меня на своем Арионе? – с надеждой в голосе спросила сестренка, когда я поставила ее на ноги.

Милана так и не могла выговорить кличку лошади правильно. Но я не уставала ее поправлять.

– Антериону сегодня нужен отдых, – мягко отказала я черноволосой девочке. – Но завтра он с удовольствием прокатит тебя верхом. А тебе пора уже спать, Цветочек.

В зал вошла мама, приветливо улыбнувшись мне.

– Тиберий уже спит? – осведомилась я, не увидев на ее руках недавно родившегося братика.

– Да, – кивнула мама и продолжила своим красивым негромким голосом:

– Милана ни в какую без тебя не хотела ложиться спать. Говорит, что перед сном хочет послушать, как ты споешь ей.

Это было неизбежно. Я не любила петь, но ради маленькой сестренки перебарывала в себе каждый раз это нежелание.

– Только обещай, что уснешь быстро, – теперь надежда в голосе была у меня при обращении к ребенку.