Вальс любви
Шрифт:
И там был Энди — рядом с ней, Энди, делающий шаг вперед, Энди, помогающий ей победить.
Этот миг был решающим — она увидела, как победить свою непривлекательность…
— Так у тебя есть девушка или нет? — спрашивал Майк Энди во дворе, заполненном шумной толпой родственников.
— Ага, — ответил Энди, поудобней усаживаясь в шезлонге и бросая взгляд на часы. — Сейчас она придет.
— Ты говорил это десять минут назад. — Майк огляделся. — А сестренка ее ничего бабец.
— Женщина или леди, — сурово поправил Энди, — а не «бабец».
— Так говорят.
— Последи за своим языком, а то состаришься к тому моменту, когда доставят пиццу «монстр». Больше того, если ты не будешь вести себя с Дорис как джентльмен, тебе придется иметь дело с представителем закона.
— С ней я буду любезен, мужик. Если она вообще появится. — Майк поднял воротник своей черной кожаной куртки. — Из-за чего она задерживается?
Энди и сам хотел бы знать это. Может, она прихорашивается или ждет очереди в туалет? Все гости уже во дворе. Его отец сидит в одном углу, его мать — в другом, в центре — Хаммелы. Боб и Кэти играют у забора в мяч.
Майк показал на заднюю дверь.
— Это не она?
— Да. — Энди улыбнулся и помахал рукой.
Дорис огляделась: где Энди? А вот он где, и с ним парень в кожаной куртке.
О Господи! — воскликнула она про себя, разглядев Майка.
У него были каштановые волосы, серые глаза и большое, почти на все лицо, родимое пятно цвета портвейна.
Она почувствовала, как краснеет ее собственное лицо, когда подошла к ним и села на свободный шезлонг, который приберег для нее Энди. Она пожала руку Майка, когда Энди представил ее.
— Так Энди не предупредил вас, а? — спросил Майк, приподнимая одну бровь.
— Нет, — призналась она. — Извини меня.
— В первый раз все таращат глаза. Я уже к этому почти привык, — пожал он плечами.
— Я просто удивилась.
— Энди говорит, что я отмечен судьбой для особых дел, а я говорю, что у него в голове котяхи. — Он вызывающе посмотрел на него. — Видишь, полицейский Хаммел? Я не употребляю матерных слов. Андрус гордился бы мной. Как он поживает?
— Спроси у Дорис. Она последняя видела его.
— С Андрусом все хорошо, — ответила Дорис. — Он быстро подружился с моей кобылой Розочкой.
— Розочка, — задумчиво повторил Майк. — Она, что, такая красивая лошадь?
— Да. Из-за этого я и дала ей такое имя. К тому же у нее на морде отметина в форме цветка, так что имя ей подходит.
— Энди говорит, у вас потрясное ранчо, а ты скачешь верхом как ветер. Поэзия в движении, так ты говорил, Энди?
У дома загудела машина.
— Должно быть, привезли пиццу. Пойду помогу. Дорис, побереги Майка от неприятностей несколько минут.
Дорис заметила, с каким восхищением Майк проводил взглядом Энди.
— Ты давно знаешь Энди, Майк?
— Достаточно давно, чтобы узнать о нем кое-что. Раньше я ненавидел легавых. Но Энди совсем другой. — Он оглядел ее с ног до головы. — Как и ты. Я-то думал, ты сногсшибательная бабец… я хотел сказать, леди.
— Значит, мы оба удивили друг друга?
— Не знаю. У меня меняется картинка. Вполне могу представить тебя в шляпе и сапогах. И в замшевой куртке с бахромой. — Он осмотрелся. — Никогда еще не бывал на свадебной вечеринке. Бабушка Энди в самом деле выходит замуж за твоего деда?
— Да, в самом деле.
— Любовь с первого взгляда, а?
— Точно.
Разговаривая, Дорис поняла, что ее привлекли серые, яркие и проницательные глаза Майка, слишком зрелые для его тринадцати лет. Он совсем не походил на дитя трущоб, каким она его себе вообразила. Как жестоки могли быть к нему бесчувственные люди. Их-то хватает на свете.
— Энди научил меня прилично разговаривать. Мои старые дружки дразнят меня, когда я говорю правильно.
— Я бы и не догадалась, Майк, что ты с детства не говорил правильно.
Вернулся Энди и попросил их о помощи, вместе они быстро разнесли пиццу по столам, и вскоре гости были уже заняты делом. Пицца удалась, салат тоже, теплый летний вечер — особенно. И дальше события развивались в полной гармонии: гости насытились, небо потемнело, все потянулись в дом, Салли поставила спокойную музыку, и несколько пар уже танцевали.
Во дворе Дорис неожиданно для себя самой сказала:
— Я бы с радостью приняла тебя… и Энди на ранчо после свадьбы деда.
— А я думал, поездка повисла в воздухе. — Майк не скрыл радостного удивления.
— Я еще не понимала, насколько это важно, — объяснила она. — Для всех нас.
Энди проявил осторожность:
— Надо подумать.
— Только подумать? — В голосе Майка послышалась мольба.
— Ладно, я поеду. Но только на уик-энд — я же в понедельник приступаю к работе.
— Ты бы получил больше, если бы не приступал к работе вовсе, — тихо проговорила Дорис.
Бросив взгляд на Майка, Энди нахмурился:
— Поздно уже. Не годится опаздывать к отбою.
— До дома десять минут на трамвае. — Майк закатил глаза.
— Мы с Дорис подвезем тебя по пути домой.
— Домой? Вы живете вместе?
Энди прочистил горло:
— Я предложил Дорис диван-кровать. Только на сегодняшнюю ночь.
Майк ухмыльнулся, словно не поверил ни одному его слову.
— В твою машину мы и не влезем все.
— Поедем тогда на моем пикапе, — предложила Дорис, вспомнив о своем большом чемодане.
— Пора ехать. — Энди бросил взгляд на часы. — Завтра предстоит трудный день.
Через несколько минут Джек и Салли проводили их до пикапа. Энди сел за руль, а Дорис между ним и Майком. Зажмурившись, она загадала желание: чтобы в один прекрасный недалекий день вот так же в ряд они поехали верхом. Как одна семья.
— До встречи, — бросил Майк, выпрыгнув из кабины, когда они подъехали к приюту. — За мной должок, Энди.