Чтение онлайн

— Приехали, — вздохнул Фил, — с этого мы и начинали.

— Не грузи, — попросил Саша, — Рома?

— Мы должны дождаться каких-то активных действий со стороны соперника, тогда оружие проявит себя, а пока ждем.

— Ого, — протянул Саша, — как-то неопределенно.

— Ничего другого мы не можем, — Рома поглядел на пустынную улицу. — Надо ждать.

ГЛАВА 13

ИЛЛЮЗИИ

Утро было сумрачным и серым. Осень окончательно вступила в свои права, сорвав с деревьев разноцветную листву и устелив ей, словно бархатным ковром, готовящуюся к зимнему сну землю. Красно-желтые узоры на земле резко контрастировали с набухающими повсюду цветами — кроме роз и шиповника, обильно пробивающихся сквозь асфальт, вверх к серому небу тянулись ромашки и васильки, гиацинты, тюльпаны и астры — словно природа сопротивлялась немому зову осени и выпускала наружу все свои силы.

По мрачным серым зданиями вверх ползли плети плюща — абсолютно сухие стебли, а на них ярко-красные и оранжевые цветы; кремовыми оттенками цвел виноград, обильно покрывший палисадники и заборы. На кладбищах вовсю вверх поднимались крошечные мордочки львиного зева и ледяные ирисы. На могилах распускались пушистые кустики ромашек и легкие чашечки тюльпана. Берег реки плотно покрывали янтарные кувшинки и белоснежные лотосы — весь город был усеян цветами, словно искорками пламени на ледяной глыбе.

А кусты роз и шиповника принимали все более и более устрашающие размеры — они выросли почти в человеческий рост и грозились перекрыть все въезды в город. Вялые попытки выкорчевать растения прекратились в день, когда кавалькада машин ринулась прочь из Николаева. Частично вырубленные растения вновь отросли за ночь — и больше их уже никто не трогал.

Улицы пустовали. По центральным проспектам движение полностью остановилось — безразличие и апатия, внезапно наполнившие сердца людей, сражали наповал все и вся. На улице советской, обычно наполненной людьми, нашлось всего четверо, медленно прогуливавшихся вниз, мимо каштанового сквера. Одним из прохожих был Рома, напряженно прислушивавшийся к тишине вымершего Николаева. Еще трое — его друзья, уже знакомые читателю Маша и Сережа Контраст, с ними — новый Машин ухажер, Михаил, высокий парень одного с Ромой возраста. Миша был смуглым черноволосым парнем, метисом со слегка раскосыми, доставшимися в наследство от папы корейца, глазами. Ребята вяло шествовали по дороге — к подобной активности их призвал Рома, не сумевший смириться с тишиной и покоем первых дней после всеобщего отъезда. Магия Вальса Теней почти физически ощущалась в воздухе — правда, кроме Ромы никто не силился заметить что-либо необычное. День, как день, только небо серое, на улицах пустынно — и напрочь лишенные листьев каштаны внезапно расцвели пышными белоснежными свечами.

— Грустно как-то, — произнесла Маша, задумчиво глядя на сквер, — листьев нет, зато цветы…

— Так и надо, — уверено сказал Сережа, — так было всегда.

— Нет, — резко отреагировал Рома, — все не так!

— Правда? — безразлично переспросил Михаил, с легким недоумением глядя на парня, — а, как по мне, то все замечательно, и погода прекрасная, и цветы кругом…

— Сейчас же не апрель, — пробормотал Рома, беспомощно глядя на друга, — они цветут весной…

Внезапно Рома ощутил покалывание. Сперва парень решил, что это просто иллюзия, но уже через мгновение что-то горячее прикоснулось к его бедру, заставив вздрогнуть. Встрепенувшись, Рома опустил руку к поясу. Там был закреплен внезапно раскалившийся серебряный клинок.

«Он словно что-то почувствовал….»

Рома огляделся по сторонам. Ничего странного, ничего необычного. Почему же ему тоже кажется что, кто-то есть рядом, кто-то несущий угрозу. Магазины, ларьки, банк, двор кинотеатра, тир… Все неизменно, как и все эти годы.

«Приближается»

— Идемте на набережную, — вдруг широко открыла глаза Маша, — там сейчас рейсовый катер ходит. Покатаемся.

— Конечно, милая, — Миша взял девушку под руку, — идем?

— Может быть… — начал Рома.

— Идем! — решил Сережа, — непременно, нам всем нужно развеяться.

«Оглянись!»

Рома резко остановился. По коже пробежали мурашки — Рома почувствовал присутствие чего-то инородного, чужого. Затаенная опасность была близка, но вот только где — парень никак не мог решиться и повернуть голову. Наконец, сделав усилие над собой, рома обернулся. Пустая улица. Магазины. Вход во двор… Вход во двор!

Даже издалека было видно, как из центра дворика к небу тянется цепочка странных полупрозрачных предметов. Вырываясь из отверстия, скрытого от глаз спортивной площадкой, неведомая материя плыла по воздуху, поблескивая и издавая тонкий звон, словно тысяча хрустальных колокольчиков. Клинок снова вздрогнул, на этот раз став абсолютно холодным.

«Вальс Теней!»

Рома шагнул в сторону двора. Нечто, устремившееся в небо, прекратило свой ход и растворилось в пространстве. Серебро замерло. Ощущение присутствия ослабело.

«Черт, что же это было?»

— Рома!

Парень оглянулся. Ребята, прошедшие уже добрые пол квартала, отчаянно жестикулировали, недоумевая, чего же их друг задерживается. Вздохнув, Рома направился вслед за ними, то и дело оглядываясь в сторону афиш кинотеатра.

*

— Итак, вы добрались до финишной прямой, — голос ведущего разъедал мозг, словно кислота, мерзкий и въедливый, он раздражал не только зрителей, но и несчастного участника шоу, буквально вжавшегося в стул, — предпоследний вопрос — и на кону пятьсот тысяч гривен. Вы готовы?

— Да, — слабо проблеял игрок, тряхнув кудрявой головой.

— Напоминаю, что у вас нет права на ошибку и подсказок, — злобно заметил ведущий, — Итак, вопрос.

Валерия широко зевнула, прикрыв рот ладонью. До чего же несносная эта передача с псевдо-интеллектуальной наклонностью. Глупый ведущий, крикливые зрители, дурацкие вопросы… Но почему-то все остальные каналы массово транслировали прямой эфир футбольного матча, перемежающийся с долгосрочными выпусками рекламы. Кабельного у Леры не было, футбол она ненавидела еще больше рекламы — и теперь, в ожидании любимого сериала она просто просиживала время перед телевизором, глядя на мучения некого Валентина Стрекалова, ставшего полуфиналистом денежного ТВ-шоу.

— Внимание, — провозгласил ведущий, — древняя царица Египта, Клеопатра, между пирами и походами большего всего любила поиграть в игру, ставшую в наше время безумно популярной на всех континентах. Как же называлась игра: шашки, гольф, бильярд или пасьянс. Время пошло.

Под глухое тиканье часов, Лера встала с места и направилась на кухню, бросив печальный взгляд на экран телевизора. «… Я думаю, это бильярд», — прошептал игрок. Ведущий блестяще улыбнулся, показав при этом все тридцать два зуба, и изрек приговор «А правильно это или нет, мы узнаем после рекламы».

— Идиотизм, — по слогам произнесла девушка, войдя в кухню. Отыскав в холодильнике пакет с молоком, она налила себе полный стакан, подхватила вазочку с печеньем и направилась обратно к телевизору. Надпив по дороге молоко, Лера на мгновение задержалась у зеркала, осматривая свое отражение.

Ничего так. Большие карие глаза, прямые русые волосы, маленький носик, чувственные губы, аккуратные ушки. Не красавица, но очень и очень милая — так даже лучше. Не простая, а с изюминкой. Лера была уверена в своей особенности, даже периодически шутила, что в ней, как в кексе, есть целый килограмм изюма. Правда, на кондитерское изделие она мало походила — среднего роста, стройная, длинноногая.

— Цем тебя, — сказала Лера отражению и прошла в комнату, где на голубом экране подходило к развязке действие передачи. Ответ оказался правильным — теперь на кону была полная сумма, целый миллион, а такое редко случалось — так что внимание девушки целиком и полностью было приковано к экрану. Одной рукой поднося ко рту печенье, а другой придерживая стакан с молоком, Лера внимательно прислушалась к последнему вопросу.

— Финал, — ведущий сделал театральный жест руками, — Что такое спрятано внутри человека, что разговаривает разными голосами, к которым мы так редко прислушиваемся.