Вальс в полосе прибоя
Шрифт:
На том конце провода пошуршали, и через минуту у Лизы был график сессии Олега Вершинина. В Финансовую академию Лиза выдвинулась сразу. Потолкалась на крыльце, спросила студентов, где найти Олега.
Вершинин-младший вышел с экзамена довольный. Он особо и не сомневался в результате. А когда преподаватель предложил привести пример, то выдал то, что слышал на совещании у Демичева, не раскрывая, разумеется, источник.
— Олег! Вершинин! Там на крыльце тебя девица какая-то спрашивает. Рыжая.
Олег выскочил на улицу, не успев застегнуться. Смешную полосатую шапку узнал сразу.
— Веснушка! Лиза! — позвал он.
Лизавета была уже почти синяя от холода. Зуб на зуб на попадал.
— Ты что тут делаешь? Меня твой отец прибьет, если ты заболеешь. И, знаешь, будет прав. Я б за свою дочь прибил бы точно.
— Ввввоттт бббуддет у ттебббя ддочь, тттогда и ппприббьешь!
Не долго думая, Олег распахнул полы своего пуховика, сгреб Лизу в охапку, крепко прижал к себе и укрыл поверх своей курткой.
— Что случилось?
— Там папа и твоя мама… Сложная ситуация такая. Но он не виноват, понимаешь. Он её любит, я знаю, — Лиза подняла голову и быстро-быстро заговорила, словно боялась не уложиться во времени.
— Стоп. Давай мы в тепло пойдём. И там всё по порядку расскажешь. Вместе подумаем.
Он потащил её за руку куда-то через дворы. Лиза еле успевала перебирать ногами за большими шагами Олега. На параллельной улице обнаружилась Чебуречная.
— Это лучшая Чебуречная в городе. Вот увидишь!
Через пять минут перед ними были два стакана горячего чая и тарелка с пятью чебуреками. Лиза удивлённо вытаращилась на гору еды.
— Ты съешь два! Спорим? А теперь ешь, пей и выкладывай проблему.
Лиза глубоко вздохнула, погрела ладони об стакан, откусила чебурек, аж застонав от восторга. И рассказала Олегу всё, что знала сама.
Про то, как её отец женился на девушке, так похожей на его мечту. Как остался один с двумя детьми. А девушка оказалась может и талантливым фотографом и моделью, но никудышной матерью. Как встретились их родители на школьном юбилее. И про то, что уже через неделю её отец просил у Татьяны развод. Описала встречу в ресторане десять дней назад. И поделилась предположениями Артёма, что Татьяна таки успела что-то наплести Кате.
— А он с ума сходит третий день. Твоя мама сказала, что им больше не о чем говорить. И права по-своему. Но может быть она его выслушает?
Олег слушал Лизу, прикидывая эту ситуацию на себя. Смог бы он так? Растить девочек, строить бизнес. В том, что Демичев порядочный человек, Олег не сомневался.
Маму было жалко до боли в сердце. Ей, бедной, так досталось за годы брака с их отцом, что на троих бы хватило. И развод был тяжёлым. Даже при их с братом поддержке. И они были рады, что мама снова ожила, заулыбалась и даже затанцевала. Но как помочь? Кому звонить? Только не бабушке. Мама бы к ней не пошла. Есть! Звонарева тётя Лена!
— Я придумал, у кого спросим. У мамы есть школьная подруга. Тётя Лена. Они с первого класса вместе.
Лиза притаилась со стаканом в руках. Хотелось съесть второй чебурек, но пока всё не решится, она потерпит.
— Тётя Лена, добрый день, это Олег. Чего-то я до мамы не дозвонюсь никак. Экзамен вот сдал. Хотел ей отчитаться! Где? На даче? Точно? Понял, спасибо большое! Мы с Андреем съездим. А то дрова за сараем, а там сугроб, — заговаривал зубы Звонаревой Олег, — Да, до свидания! Юрику приветы!
— Фууух! На даче она. Это за Дмитровом. Или по Дмитровском, или по Ярославскому шоссе.
— А если на электричке? — Лиза откусила второй чебурек.
— На электричке с Ярославского вокзала. Или от Маленковской.
— Адрес то есть? Дашь?
— Пиши… Продиктую.
Адрес был записан в телефон. И тут же скинут отцу на личную почту.
— Стоп, а ты ехать что ли туда собралась?
— Ну да, я поеду. Объясню твоей маме всё. Она поймёт. Ты же понял.
— Никуда ты одна не поедешь. Я с тобой. Сейчас темнеть начнёт. Твой отец…
— Да, я помню. Открутит тебе голову! — облегчённо рассмеялась Лиза.
Когда на телефоне высветилось окошко почты, а в сообщении от дочери был адрес какого-то дачного посёлка под Дмитровом, Артём сразу понял, что это за место.
— Ксения! А где Лизу носит?
— Пап, мы решили, что к Олегу разговаривать лучше идти ей.
— Решили они…, - Артём улыбался, обуваясь.
И Ксюша поняла, что у сестры все получилось.
Глава 30
Увидев у калитки длиннющую серебристую машину, Катя заметалась по дому. Прятаться было бессмысленно. Сердце стучало в висках.
"Он приехал. Я ему нужна. Зачем? Зачем он меня мучает?"
Стук в дверь. Катя замерла испуганным зверьком.
— Катя, открой, пожалуйста!
Катерина стояла возле двери, прислонившись к ней лбом.
— Катенька, пожалуйста, давай поговорим! Ты же там, прямо за дверью.
Слезы покатились, плечи затряслись. Катя всхлипнула.
— Я тебя люблю! Слышишь? И не отпущу никуда! Не слушай никого! Ты мне нужна как воздух, Катя!
Катерина зажала рот рукой. Завыла. Ей казалось, что за эти дни она выплакала все слезы. Сначала в горячечном бреду у Звонаревой, потом здесь.
— Я сейчас вышибу эту чёртову дверь! Катя!
Дверь скрипнула. Рыдающая Катерина обнаружилась в маленьком коридорчике на банкетке.
— Кто тебе сказал, что я здесь?
— Дети, — Артём шагнул внутрь.
— Дети? — Катя зашмыгала носом, пытаясь успокоиться, поднялась, отступила внутрь дома.
— Дети. Четверо. — Демичев сделал ещё шаг, — А ты, помнится, обещала мне пятерых, — совершенно серьёзно говорил Артём.
— Там было условие, если мы будем вместе, — Катя продолжала пятиться, — а ты женат.
У Катерины снова задрожали плечи.
И Демичев решил использовать способ, которым мужчины завоевывали женщин уже много столетий. Он зажал её в углу и, не давая опомниться и сказать хоть слово, популярно объяснил, что они будут вместе, что он жить без неё не может. И что никому другому он её не отдаст.
Ранние зимние сумерки спустились за подмосковные поля вокруг дачных посёлков. Дым из трубы шёл строго вверх, предрекая хорошую погоду. Объяснение вышло долгим и обстоятельным. И Кате совсем не хотелось, чтобы Артём закончил уверять её в своих чувствах.