Чтение онлайн

Вокруг, ходили люди, а она ковырялась в трусах. Еле вытянула паспорт, направление из районного техникума рекомендательное письмо, а семьсот рублей в страхе зажала в кулаке.

– Других денег у меня нет. А тут у меня, – указала кивком головы на другой пакет, – картошка, дяденька милиционер.

– Ладно, не волнуйся. Ознакомлюсь сначала, твоими данными. Так, Валентина. Красивое имя. Ты смотри, она еще поет?.. Приехала учиться?.. Поехали.

– Куда, дядя милиционер, – совсем обмерла от страха Валентина. – Я ничего плохого не делала. Сейчас, вот, обую туфли. Дядя милиционер, – Валя от страха снова разрыдалась. – Не забирайте меня?.. Я не виноватая…

– Ты хочешь на железнодорожный вокзал?.. Мне по пути. Поехали. Ты, девушка, с районом ошиблась. Нет, спросить у людей, как доехать тебе до вокзала, перла в такую даль сюда. Шестнадцать, все же, тебе лет скоро. Не маленькая. Поехали, поехали. Довезу я тебя до вокзала. Спасибо хоть не забудь сказать после.

До железнодорожного вокзала ехали почти тридцать минут. Это же через весь город надо было ехать.

В машине, сержант, молчал. Смотрелся он в годах тридцать пять, тридцать шесть. Смуглый. Татарин же. Глаза озорно смеются, когда он оглядывался в пути на приезжую. Под конец, видимо, ему надоело молча ехать, раскричался на нее.

– Ты бы, как ты говоришь, семьсот рублей припрятала на место, откуда вытащила. В ладошке у тебя он уже взмок, видимо. Положи назад обратно. Не держи в руке. Я не буду глядеть. А паспорт оставь в юбочном кармане. Видел, там у тебя пуговкой пристегнута. А то потеряешь еще паспорт. Ой!.. Как тяжело с этими приезжими?.. Как дети. Едут, ничего не знают. Да еще не боятся выйти на дорогу. Эх!.. Валя – Валентина. О чем ты думала?.. Ладно. Это я так для профилактики. У меня у самого твоего возраста дочь. Беда с вами. Слушай внимательно. Так и быть… Я тебя довезу до вокзала. Посажу на скамейку и жди меня. Никуда не отходи. Поняла. И не бойся. Ладно. Помогу я тебе. Восемь, я подъеду. – И уже вздыхая, вслух рассуждать стал. – Будет мне сегодня нагоняй от моей Люси. Но ничего, переживем. Не пропадем. А петь, если, действительно, поешь, когда-нибудь пригласишь меня на свой концерт, а Валентина?.. Доехали. Дай сюда мне твой пакет. Тяжелый. Надеешься, поступишь?..

– Училась я хорошо.

– Умная, значит. А в быту, ты, Валентина, нуль!.. Это город. Понимать надо. Тут и страшные люди живут рядом с нами. Могут и обидеть. Ой!.. Валентина. Удивляешь ты меня. Неужели и моя дочь такая растет?.. Жди. Обязательно приеду. Сиди. А пока я забегу вокзальную милицию. Предупрежу, чтобы тебя не беспокоили.

Но, он вновь снова подошел, смущенно сказал Валентине.

– Совсем забыл. Не красней только. Помнишь, где я машину милицейскую оставил?.. А напротив, туалет. Сходи, а я пока послежу за твоими вещами. Не красней. Только быстро. С документами там осторожно, не вырони.

Правда, Валентина не знала, как освободится от этой натуги. Очень она хотела в туалет. Потому, тут же, сорвалась…

***

Вскоре она вернулась. Умытая, посвежевшая. Даже чуть осмелела. Сказала этому милиционеру.

– Умыла я лицо. Спасибо. А как вас зовут?.. Хороший человек.

Сержант, при ее последнем слове, криво ухмыльнулся, зашипел.

– Никому не доверяй. Запомни!.. И я не очень хороший. Попалась ты мне под горячую руку, показал я тебе, какой я. Ладно. Там, рядом с твоим пакетом, кулек с пирожками. Поешь. И сок я тебе купил. Подкрепись. Голодная, вижу.

Валентина осталась одна, вожделенно глядя на кулек с пирожками. Она от голода чуть не умирала. Жадно схватила кулек, стала глотать эти пирожки. Какие они были вкусными. Потом напилась из пакета бумажного этого сока. Довольная, трапезой, стала смотреть по сторонам. К ней вернулось спокойствие. Страх, сковавший ее, отошел, привел ее бодрое состояние. От радости, что все хорошо разрешилось, разрыдалась. Даже, воровато оглянувшись по сторонам, осенила себя крестом, поблагодарив Господа бога, что он направил этого человека к ней. Повезло ей, конечно. А так бы, сколько носилась с этими тяжестями по городу. Не шутка ведь, как она устала за этот день. С раннего утра на ногах. Сначала пошли пешком через этот лес, в район. Хорошо еще, брат помог донести эту картошку. А там, по незнанию, носились еще долго по автовокзалу района. Пока билет купили, выстояв очередь – это все сказывалось. Да еще мама всю дорогу выла, в страхе держа ее со своими высказываниями, что если плохой человек встретиться на ее пути?..

«Караул тогда, доченька, кричи. Боюсь я. Убьют ведь тебя в чужом городе?..»

А дочь ей все заученно.

«Мама!.. Суждено мне умереть, пусть так и будет. Тут, в деревне у меня, я знаю, жизни не будет. Жить, как сестра, не хочу. Гражданский её муж, пьет. Дерутся. Такой жизни, мама, я не хочу. Лучше умереть, но не знать ничего этого».

А тут, на вокзале ей сидеть, было шумно, спокойно. Никто ее не трогал. Если у нее завтра ничего не изменится, она сдаст документы в это училище, а там, что будет, то будет. Экзамены она сдаст – хорошо училась в школе. Да еще у нее, есть рекомендательное письмо. Только бы ей еще осмелеть, стать уверенной, а усталость у нее пройдет. Если, и правда, с общежитием у нее ничего не получится?.. Лучше пока об этом не думать. Все это завтра, завтра выяснится.

Прошел мимо нее вокзальный милиционер, улыбнулся ей, как бы взбадривает: все хорошо?.. Хотелось выйти на привокзальную площадь, проветрится, но Валентине, страшно этого делать. Отойдет, а если этот милиционер приедет, не найдет ее на месте, где он ее оставил, разозлится. В туалет ей теперь не надо. Потерпит. Только, вот, сока она много выпила. Жажда мучила ее еще с утра. Не вытерпела. Почти всю выпила. А если?.. Снова в туалет?.. Ой!.. Не хочется об этом даже думать. Быстрее бы время пролетела – на часах, перед выходом из вокзала, показывал пять минут восьмого. Скоро уже, немного ждать ей осталось. Главное, не обманул. Устала ведь она. Хочется нормальную пищу поесть. Принять, как у нее в бане в деревне, облить себя студеной водою, освежится и лечь спать. Не важно, где она будет спать. На полу, на диване?.. Голову бы тяжелую положить, заснуть сладостным сном до утра. А утром, встать, и бежать в училище, куда она уже, как полгода стремилась попасть.

«Господи, – говорит она. – Господи. Минуй и спаси меня. Помоги?.. Много ведь не прошу. Вот столечко только».

Пока она молитву свою читала, Сашка – сержант, вырвавшись снова на минут тридцать, сорок, заехал сначала к себе домой, рассказал о приключениях девушки своей Люсе.

– Какая, Валя!.. – выкрикнула, уставшая от одиночества, Люся. – Ты все время околачиваешься у себя на работе, а семьей у тебя нет времени общаться. Вот, когда ты дочь свою видел последний раз?.. Не помнишь?.. Могу напомнить. Неделю назад, когда приполз домой после своей милицейской работы. Не стыдно тебе?.. А тут еще у него объявилась, какая-та девушка. Жалко ему, видите ли. А нашу дочь тебе не жалко?.. Ладно. Объясни мне с толком, вразумительно. Откуда она?.. Из деревни?.. говоришь. Это что-то странно с тобою, Саша. Записался помощником ей?.. Ах!.. Не говори. Не надо. Всем сейчас тяжело. Зачем она к нам?.. Пропадет, если ты ей не поможешь?.. Удивляешь ты меня. Ладно… Привези, сама разберусь.

Потому, восемь вечера он приехал на вокзал.

– Пришли?..

– Пришел, Валентина. Поехали. Люся моя, разоралась, ждет нас. Это, чтобы ты у меня дома вела скромно, чтобы моей Люсе понравиться.

Ехали снова в тот район, откуда он Валентину возле рынка подобрал. Ночной город тускло освещал дорогу. На столбах потушены фонари – это, видимо, городское начальство экономил электричество Чубайса. Было еще чуть прохладно. В кабину, из приспущенного с водительской стороны окна продувала. От этого, от этой сырой прохлады, в блузке, Валентина чуть озябла. Хотя она и не давала повода, что ей чуть прохладно, Саша милиционер, обратил это не сразу. После уже, приподнял приспущенное стекло, вздохнул, сказал.

Конец ознакомительного фрагмента.