Валюта смерти
Шрифт:
Анна попыталась освободить мозг и уловить ответ Димки, но слышала только свои рыдания.
– Я что, действительно, сбежала, вылезла, как крыса, из горящей машины, а ты там один… в огне… я не помню!.. Димка! Тошно мне! Плохо! Каждый день говорю с тобой, будто бы ты живой. А ты молчишь! Рассказываю. Спрашиваю, что тебе приготовить, когда ты с работы вернешься, и как будут звать нашего ребенка. То есть, как звали бы… Димка, а ты вообще хотел детей? Я ведь так и не спросила. Мне Оля говорила, что до меня ты с нею роман крутил. Это правда?
Аня уткнулась в платок.
– Почему ты со мной никогда не разговариваешь? Ну, вообще никогда?..
Аня затушила сигарету и, поднявшись, стояла еще какое-то время, заставляя землю медленнее крутиться под ней. Когда дурнота отступила, вокруг начало смеркаться, редкие посетители кладбища складывали свои пожитки, опасаясь задерживаться в таком месте слишком долго.
При мысли о ночных грабителях Аня криво усмехнулась, и, водрузив на нос темные очки, тихонько пошла к выходу.
Неожиданно внимание ее привлек худощавый молодой человек в куцей черной куртке и дурацкой шапочке, натянутой по самые глаза. Курточка была коротенькой, узкой и неопрятной, из-под нее торчали длинные тощие ноги и цыплячий зад.
Стоило парню появиться в начале центральной аллеи, как соседи Ани тотчас подхватили свои пожитки и рысцой потрусили к нему, обгоняя друг дружку. Какое-то время женщина и мужичок шли почти что вровень, но на последнем этапе дама резко пошла на обгон, оттолкнув соперника банкой из-под краски, и заслонив собой парня.
Поняв, что у него украли победу, мужичок, вопреки ожиданию, не полез с разборками, а смирно встал в сторонке, делая вид, будто бы занят изучением собственных ботинок. А с боковой аллейки уже спешили изящный молодой человек в роскошном черном пальто и старушка с огромным крючковатым носом и в шляпе с розовыми перьями, делавшими ее похожей на престарелого фламинго.
Молодой человек занял очередь за мужичком, последней пристроилась старушка в шляпке.
Возможно, при иных обстоятельствах Аня и не заинтересовалась бы странным сборищем, странным уже потому, что тетка с краской, невысокий мужичок, импозантный молодой человек и старушка в дикой шляпке никак не могли быть членами одной компании или друзьями. Тем не менее, что-то заставляло их собираться поздно вечером на кладбище и ждать. Да, несомненно, общее между ними было: все они ждали молодого человека в черной куртке, а значит, именно в нем и крылась тайна.
Проходя мимо беседующей с парнем женщины, Аня украдкой бросила на них взгляд и обомлела: это был тот самый торговец черными монетами, которого она видела, выходя из квартиры. Мало того, на ладони у парня, как и в прошлый раз, лежали черные денежки с пиратской символикой, которые он в этот момент вручал даме.
Озадаченная Аня отвела взгляд и, сунув руки в карманы, направилась к остановке маршрутки.
Глава 3
Вечер пятницы
На этот раз маршрутка заставила себя подождать, так что Ане пришлось потоптаться на остановке, от нечего делать разглядывая проезжающие мимо машины. Смотреть на кладбище было почему-то неприятно. Мимо, лихо печатая шаг, пронеслась тетка, которую Аня застала за покраской ограды. Весело улыбаясь чему-то неведомому, посетительница кладбища села в бежевый «вольво» и тут же рванула с места. Вторым мимо остановки бодро просеменил невысокий мужичок с полиэтиленовым кульком и улыбкой буквально от уха до уха. Счастье светилось в серых, сделавшихся вдруг выразительными, глазах, так что он даже начал насвистывать какую-то песенку, и только что не подпрыгивал, борясь с желанием немедленно пуститься в пляс.
Анна вопросительно уставилась на кладбищенскую калитку, из которой бодрой походкой вышел изящный молодой человек в дорогом пальто. Последний вел себя более сдержанно, нежели предыдущие посетители скорбного места. Разбрасывая при ходьбе полы пальто, он направился прямиком к поджидавшей его машине с водителем, и, едва открылась дверь, Аню оглушила внезапно грянувшая залихватская цыганская песня.
Последней с кладбища возвращалась старушка в шляпке, но проследить за ней не представлялось возможным, так как в этот самый момент подошла маршрутка, и Аня быстро юркнула в ее теплое, паскудно пахнущее нутро, запоздало соображая, что, оказывается, замерзла.
Маршрутка постояла еще немного, привычно дожидаясь последних посетителей кладбища, так что, когда Аня заплатила за проезд и получила сдачу, запыхавшаяся старушка уже садилась в машину, поддерживаемая таинственным торговцем. Вместе они пробрались в конец салона, шушукаясь там о чем-то своем.
Аня автоматически развернулась, когда ее попросили передать деньги, и отметила про себя, что старушка в шляпке сошла сразу же после поворота. Причем, водитель остановил машину без просьб и напоминаний так, словно отлично знал пожилую даму. Скорее всего, так оно и было. Должно быть, утратившая всех своих родственников бабулька, теперь целые дни проводила на кладбище, и водитель давно уже приметил ее шляпку с перьями.
Аня чувствовала себя разбитой и невероятно уставшей, казалось, что откинься она сейчас в удобном кресле, закрой глаза, и… пожалуй, уснет и проснется уже на конечной, а как потом оттуда? Аня поежилась, чтобы немного взбодриться, растерла ладонями уши. За грязным стеклом окна проплывали скучные городские пейзажи.
«Добраться до дома и забраться под одеяло», – мурлыкала удобно устроившаяся в черепной коробке мысль.
«Не расслабляться», – приказала себе Аня и тут же встретилась глазами с кладбищенским торговцем – молодым человеком в черной куртке, продававшем на кладбище монеты. Странно, она-то о нем давно позабыла, а он о ней, выходит, нет. Аня вздрогнула, с неудовольствием для себя отмечая, что не заметила, как парень перебрался из хвоста салона и сел перед ней.
– Близкий человек? – наклонившись к Ане с участливым выражением лица сотрудника похоронного агентства, осведомился он.
Аня промолчала.
– Я имею в виду, что видел вас сегодня на кладбище.
Аня отвернулась к окну, делая вид, что увлечена разглядыванием улицы.
– Ваша могила без креста, без памятника, вот я и подумал, совсем недавно…
Словосочетание «Ваша могила» больно царапнуло, так что Аня невольно посмотрела в глаза мучителю и тут же отвела взгляд. Глаза были светло-серыми, даже не серыми, а какими-то болезненно белесыми, точно у протухшей рыбы.
– Муж? Родители? Кто-то из близких родственников?
– Муж. – Аня уже начала ругать себя, что поддалась на провокацию и заговорила. До ее дома оставалось еще минут двадцать, и это время следовало как-то выдержать в неприятной компании. Идея остановить маршрутку и ждать следующую казалась убийственной. Она и так уже порядком измотана, чтобы подвергать себя новому испытанию. Нет, лучше уж вполуха слушать досужие рассуждения уличного приставалы, а потом явиться домой, принять душ, и сразу же забыть обо всем.