Чтение онлайн

К Ворону подошел Тихон, кто заправлял соревнованиями клуба «Ночных всадников». Степан заранее опустил стекло двери, чтобы тот просунул свой бородатый подбородок к нему в салон.

– Здорово, Степ! Как тебе…

– Забыл, что по именам не обращаемся? – сухо перебил его водитель «Волги». Имя «Тихон» также служило позывным – по документам полицейские знали его как Кирилл Попов.

– Да, точно… Как тебе шоу? – чуть язвительно переспросил организатор, рассматривая салон.

– Кого, этих двоих? А что такого в езде на тормозе с выкрученным рулем и выжатым газом? Разве что подростков впечатлять.

Тихон лишь выдохнул на такое старческое причитание. Затем перешел к более насущным вопросам.

– Мы только Ле… Бизона ждем, и еще одну новенькую. Не знаешь, скоро появятся?

– Без понятия, – также без намека на эмоции ответил Степан.

– Ясно. Через 15 минут на стартовую, – Тихон высунул голову и отправился искать общения с другими участниками. Степан не любил, когда его спрашивали о третьих лицах при имеющейся возможности связаться с ними напрямую. Неужели так трудно достать телефон и сделать несколько манипуляций большим пальцем?

Водитель «Ворона» снова поднял стекло, чтобы в салон не попадала поднятая от вальсирующей парочки пыль, а эта мерзкая электронная музыка не доносилась до его ушей. От низких частот звукового сопровождения сходки на стеклах начинали вырисовываться едва заметные волны. В России на тот момент набирал популярность такой жанр, как дабстеп, звуки которого были похожи на работу перфоратора под заданный бит и произвольную мелодию. У Степана с собой была флешка с любимыми записями Басты, Ленинграда, Смысловых галлюцинаций, Кипелова, Короля и Шута, а также других отечественных исполнителей. Перед каждой гонкой он обязательно «заряжался» текстами их песен.

Даже через музыкальный фон в машине и закрытые окна были слышны аплодисменты выступившим «немцам». Пользуясь случаем, гонщики даже организовали себе небольшой «фонд материальной помощи» в виде черного целлофанового пакета в открытом багажнике – средства «меценатов» обычно уходили на сигареты и расходные материалы для машины. За небольшую плату они даже включали для зрителей песни на заказ, наряду уже с играющими в других автомобилях. Для Степана это был акт некоторого самоунижения – ты из богатенькой семьи, но готов подставлять пакет с рынка для сбора мелочи?

Ход собственных мыслей прервал легкий стук в окно. Степан кое-как узнал через стекло лицо своего соратника по гоночному клубу, по характерным татуировкам на правой руке и перевернутой козырьком назад черную бейсболку.

Это был Акула, водитель того самого бирюзового «БМВ». Он указал на переднее пассажирское сидение «Ворона», вопросительно вглядываясь в лицо Степана. Легким кивком головы хозяин черной «Волги» дал добро, и стритрейсер сел в машину. В левой руке у него было две упаковки треугольников с сэндвичем. Степан, как человек тактичный, выкрутил громкость своего плейлиста до минимума.

– Здорово, Ворон, как сам?

– Добрый вечер. Жду старта.

– Сэндвич хочешь?

– Нет, спасибо. И не вздумай есть в машине.

– Не, ты че, я ж не свинья какая-то. Сам в своей не ем, – Акула выдержал несколько секунд для смены темы. – Бизона ждем?

– Видимо да.

– Как раз о нем хотел поговорить, – сказал Акула чуть ли не шепотом.

– Если успеешь за несколько минут до старта.

– Я быстро, – Акула зачем-то осмотрелся по сторонам, дабы убедиться в отсутствии лишних ушей и глаз. – В общем, Бизон меня на кассу поставил.

– В смысле шантажирует? – Степан перевел взгляд с происходящего на улице на лицо собеседника. В глазах даже появилась некая заинтересованность в теме разговора.

– Тип того. Я с его сеструхой мутил, мы потом повздорили и разошлись. А я ей до этого периодически подгонял… Ну, эту… – Акула показал жест сомкнутого указательного и большого пальцев, поднесенных ко рту.

– Наркотики? – с негодованием в голосе уточнил собеседник.

– Ну да. Короче, она с обиды брату все рассказала, он ей схему предложил, как с меня можно вытрясать. И теперь я ему забашляю, чтобы он на меня ментам не донес.

– Не ментам, а правоохранительным органам, – поправил его Степан. – Ты понимаешь, что сейчас признался мне в 228 статье Уголовного кодекса? Я не говорю уже о правилах клуба.

Акула лишь горько выдохнул от такой очевидной информации. Его худое вытянутое лицо что-то хаотично высматривало в салонных ковриках.

– Да я знаю, что ты при погонах, и мы должны быть не при этих делах. Матери нет, моя бабушка, ее мать, в платном доме престарелых, а отец нашел другую бабу и перестал денег скидывать. На работе много не заколачиваю, вот и стал барыжить. Не знаю, к кому еще обратиться…

Откровение стритрейсера прервалось приближающимся ревом двух моторов, доносившихся со стороны места старта. По звуку Степан узнал, как минимум, одного из них.

– Ладно, еще обсудим, – Акула вышел из «Волги», оставив на пассажирском сиденье один из треугольников с сэндвичами.

Степан завел двигатель и направился к исходной. Внимание некоторых зрителей обратилось ко вновь прибывшим гонщикам – коричневой «Toйоте» и новенькой розовой «Сильвии». В покрове ночи и от обилия внешнего тюнинга Степан едва узнал «японку». Значит, его сестра все-таки будет на сегодняшней гонке – либо как гость, либо как участник клуба.

Остановив «Волгу» рядом с машиной Киры, Степан вышел и начал разглядывать «Сильвию». На двери со стороны водителя был нанесен винил с изображением кроличьей головы с окровавленным ртом и взглядом маньяка. Ближе к заднему крылу была пропечатана надпись «mad bunny» 2 , что в понимании организаторов «Ночных всадников» означало прозвище гонщика. Имена игроков на машинах могли наноситься как перевод с английского, (например, у Акулы, Гадюки и Жеребца – «Shark», «Viper» и «Stallion» соответственно), так и транслитом русского слова на латинице (как в случае со Степаном и Алексеем – «Voron» и «Bizon»). В задней части Степан обнаружил примечательную «фишку» владелицы машины – на антикрыле крышки багажника были монтированы полустоячие заячьи уши. Судя по всему, внутри необычного атрибута были спрятаны пружинный каркас, чтобы при сильном разгоне они забавно выпрямлялись в горизонтальной плоскости, в зависимости от силы натяжения пружин, удерживающих их в исходном состоянии. Пускай оно и пагубно скажется на аэродинамике, и будет в лишний раз привлекать внимание.

С учетом новенькой «Зайки», всего участников в сегодняшнем заезде было восемь. Помимо уже известной пятерки, в гонке участвовали также серая «Mazda RX-7» (Волк), белый «Ford Mustang» 5 поколения (Жеребец, один из сильнейших в клубе) и апельсиново–желтый «Smart City Coupe» (Квокка, водитель – девушка). Перед началом состязания участники как обычно выстраивались в две колонны по 4 машины, чтобы не выходить на встречные полосы дорог. Из-за своего милого характера и далеко негоночной машины Квокка обычно получала фору в виде первых мест на старте, что не сильно помогало ей на финишном круге.