Чтение онлайн

Лиррэй тут же меня оттолкнул, тяжело дыша. В полутьме я увидела, что смотрит он на меня довольно-таки свирепо.

Я сжалась и превратилась в статую. В гневе он страшен!

Не дождавшись подмоги, Джонас начал исследовать это странное место и нашел довольно-таки большой проход. Предложил выбираться самостоятельно, и мы двинулись вперед.

Я чувствовала себя странно. Здесь явно витала магия, но она смешивалась с чем-то еще — до боли знакомым, но в то же время новым и интригующим. Не знаю, как это назвать, но мне казалось, что я ощущала… свои детские сны. Ну те, в которых накатывала непонятная радость или эмоциональное возбуждение. По-моему, я читала о таком: так проявляется «место силы». По венам бурлило ощущение всевластия и тяги вперед, но одновременно с этим я чувствовала присутствие опасности.

В какой-то момент Джонас замер, борясь с паутиной, преградившей нам путь, как вдруг я заметила какой-то силуэт на полу и… жутко испугалась.

Труп! Старый, полуистлевший и невероятно страшный!

Меня замутило, в голове появился странный звон, и я не придумала ничего лучшего, чем развернуться к Джонасу и спрятать свое лицо у него на груди.

Глаза зажмурила, дышала через раз, пытаясь успокоиться, а Джонас вдруг приобнял меня за плечи рукой и прижал к себе.

От этого его простого жеста все внутри меня перевернулось. Меня накрыло волной чувств, и основной эмоцией из этой бури было глубокое и мощное влечение к этому парню.

Я словно прозрела.

Он же мне нравился! Давно! С того самого момента, как я увидела его портрет в холле.

Меня тогда поразили его глаза — большие, синие, красивые. В них плескался недюжинный ум и сила. Но я подумала, что глупо мне в моем положении испытывать к парню симпатию. Мало того, что я вампир, мало того, что я типа парень, так еще и как девушка — я среднестатическая «серая мышь» из бедного квартала. Ага, с заплатками на единственном одеяле…

А он — племянник самого короля! Лучший ученик Академии Светоча! Красавец!!!

Поэтому я на корню обрубала все свои позывы еще тогда.

А потом мы стали конфликтовать после последних известных событий. Я вроде бы его терпеть не могла, но на самом деле… я просто хотела себя в этом убедить.

Он мне нравится! Несмотря на свой отвратительный вздорный характер.

И как бы я хотела нравится ему!!!

Лиррэй вдруг дернулся и грубо меня от себя оттолкнул, так что я ударилась спиной об кирпичную стену напротив.

Дыхание перехватило, лопатки прострелило болью, а на глаза навернулись злые слезы.

И все-таки он придурок! Красивый, очаровательный, талантливый придурок!!!

Да чтоб ты женился на девушке с магическим потенциалом раза в два больше, чем у тебя!!! Чтоб всю жизнь потом чувствовал себя слабаком, идиот!!!

Мне пришлось опустить голову, чтобы он не увидел блеска в моих глазах, зато труп перестал меня пугать.

Злость вытравила всякий страх.

Джонас на меня не смотрел, а медленно присел перед мертвецом, разглядывая его.

Я взяла себя в руки и присела рядом.

И вдруг я увидела: у мертвого были очевидно удлинённые резцы! Когда-то он был вампиром! Причем настоящим, как в древности!

Как у меня в видении, когда я пила чужую кровь!!!

На меня нахлынул иррациональный страх разоблачения, и я покосилась на Джонаса. У того на лице был шок: он тоже заметил зубы. Вдруг он протянул руку и… что-то нащупал у мертвеца на груди.

Как он может к нему прикасаться???

Но Лиррэй дернул рукой, и голова мертвого отделилась от тела, освобождая покрытый пылью, но очевидно золотой медальон.

В воздух поднялись частички праха, и я брезгливо закрыла нос.

— Что ты делаешь? — воскликнула я. — А вдруг он опасен???

Джонас фыркнул.

— Мертвые не могут быть опасны! Некромантия — это бредовая ересь!

Я и скривилась, и восхитилась одновременно.

Глупый, немного невежественный, но такой смелый!

В груди опять отчетливо полыхнуло, как несколько минут назад, когда он меня обнимал, и я… испугалась.

Нельзя потакать этим чувствам! Это смертельно для меня! Влюбиться в охотника за вампирами — это же прямой путь на эшафот!!!

— Ладно пойдем, — приговорил Джонас, вставая и пряча украшение в кармане своего утепленного камзола. А потом посмотрел на меня сверху вниз и добавил:

— Только больше… не смей трогать меня, ты понял? Мне противны твои прикосновения!

Я со стыдом опустила взгляд.

Вот тебе суровая реальность, дурёха!

Мы двинулись дальше. А Джонас старался поддерживать свет магического огонька более ярким.

Чем дольше мы шли, тем сильнее в груди скручивалось странное ощущение волнения.

Хоть убей меня, но это место мне знакомо!!!

Что происходит???

Проход резко закончился, и мы вывалились… в огромную пещеру, большую часть которой занимало подземное озеро!

Стены поблескивали, как будто в скалах были вкрапления золота, с потолка свисали сталактиты, поверхность озера казалась спокойной, но воды были настолько темными, что напоминали… запекшуюся кровь.

Джонас огляделся и осторожно подошел к воде.

Магический фон усилился, и я затрепетала.

— Джонас, отойди оттуда… — проговорила я тихо, ощущая усиливающееся беспокойство. Парень меня, естественно, проигнорировал. Поэтому я подошла к нему ближе и снова произнесла:

— Джонас, здесь опасно! Пойдем! Возможно, где-то дальше есть еще проход!!

Но Лиррэй опустил пальцы к воде и коснулся ее. На руке остался отчетливый алый цвет.

— Это кровь!!! — ужаснулась я, а чувство опасности достигло своего пика.

Я схватила Джонаса за одежду и из-за всех сил потянула на себя.

Не знаю, откуда во мне взялось столько силы, но я заставила парня подняться на ноги и нырнула с ним за один из громадных валунов, лежащих около стены пещеры.

Он попытался воспротивиться, но я прижала его всем своим телом к скале, а ладонью прикрыла ему рот.

И сделала это весьма вовремя.

В это же самое мгновение в пещере появился человек, который решительно направился к озеру и остановился прямо у его вод. Он достал из кармана флакон и зачерпнул кровавой воды, полностью заполнив его.

Я дрожала от напряжения, все еще держа руку на губах Лиррэя. Он не сопротивлялся. Мы даже дышали через раз.

От волнения у меня стоял перед глазами туман, так что я никак не могла рассмотреть лица этого опасного незнакомца. Впрочем, нам был виден только его нечеткий профиль, поэтому его в принципе трудно было рассмотреть.