Вампирами не становятся - ими рождаются!
Шрифт:
— Ты как? — Спросила я.
— Нормально, возвращайся к костру, я ж попросил! — Сказал он поднимаясь.
Тут подбежал запыхавшийся Шейн, весь измазанный пылью вперемешку с кровью, и сказал:
— Их уже нет, те две, что оставались, убежали в лес.
— Наверно докладывать о нас, но нам нельзя оставаться они опять их пришлют. — Ответил Рик.
— Все же я не понимаю, как они так быстро её выследили. — Спросил Шейн, как будто меня тут нет.
— А может они вас выследили? — С бравадой спросила я.
— Нет, за нами бы не послали Улниссэ, — оборвал Рик и впал в размышление.
Но его прервал Шейн:
— Нельзя вот так стоять, надо ехать дальше.
— Ладно, идем, думаю, к вечеру доберемся до деревни.
— Кстати, раз нас разыскивают, то разве в деревне не могут знать?
— Могут, но другого выхода у нас нет, надо быть предельно осторожными.
Через пол часа, собрав все пожитки, мы уже ехали на конях. Погода была не ахти. Капал дождь, нельзя сказать что сильный, но он неприятно моросил. Заставляя вздрагивать от холода. Все же, конец октября, по крайней мере, по Киевскому календарю, а интересно у них снег есть. Но тут мои размышления прервал Шейн:
— Мы уже подъезжаем, — сказал он, указывая на верхушки домиков, видневшихся вдали.
И вправду, уже подъехав поближе, я заметила очертания домов. Которые с каждым разом все чаще встречались. Выехав на дорогу, лошади пошли более мягко и уверенней. На пути встречались люди, которые откровенно на нас пялились. Да, вид наверно не очень. Рик и вовсе раненый, он так и не захотел перед уходом промыть рану, отговариваясь, что надо спешить. Что Улниссэ, могут опять напасть, если мы по-быстрому отсюда не смоемся.
— Надо найти, где бы переночевать, — сказал Рик, когда мы уже въехали в деревню.
— Ну, это и так понятно, — сказала я, осматриваясь по сторонам. С двух сторон от дороги были расположены дома. А между ними, приличные расстояние с зарослями, в виде кустов и деревьев. Доехав до конца перекрестка, мы увидели скопление людей около дома. Подъехав, ближе мы поняли, что это корчма. А скопление людей объяснялось вывеской, которая гласила:
Сегодня цены в два раза ниже
— Интересно, в честь чего? — Удивленно, спросила я.
Но мой вопрос проигнорировали.
— Ну, так может, подъедем и спросим насчет постоялого двора? — Предложила я.
— Сначала надо придумать, как мы объясним, что два темных эльфа и девушка тут забыли. — Скептически, ответил Шейн.
— Можно сказать, что мы путешествующие воины, которые хотели бы остановиться передохнуть.
— И вправду, ведь часто дроу — воины останавливаются в таких деревушках, — подержал Рик.
— А я? — Вставила я, свои пять копеек, как всегда.
— А воины обычно не объясняют, с кем они путешествуют, все думают, что это просто их забава на ночь.
— Что??? — Опешила я.
— Не переживай, мы тебя не дадим в обиду, — подмигнул Шейн.
Интересно это у него привычка моргать, — подумала я, вспомнив, нашу первую встречу в подземелье.
— Ладно, идем, — подогнал нас Рик.
— Легко спрыгнув с коня Шейн, пошел узнавать насчет ночлега. Вернулся он от через несколько минут. И не один, а мужичком лет так шестьдесят, и неплохо подвыпившим.
— Эта вам надо ночлег? — Спросил он, еле выговаривая слова и шатаясь.
— Да, — ответил Рик.
— Ну, значит, мы договорились, — сказал он, покосившись на Шейна, и кинул нам ключи.
Ловко поймав, левой рукой, Рик спросил:
— А где это?
— Ну, значит… повернете направо и первый дом с красной крышей… — Сказал он, возвращаясь в корчму.
Развернувшись, мы поехали в указанном направлении. Остановившись у первого дома, мы осмотрелись. Он находился около маленькой речушки, напротив леса. Ну-ну, хорошая обстановка, — подумала я. Убедившись, что это тот дом, вроде, как и крыша красная. Мы спрыгнули с лошадей, Рик при этом пошатнулся и тяжело дыша, осел на пол.
— Что с тобой? — Одновременно спросили мы с Шейном.
— Ничего. — Огрызнулся он, поднимаясь.
— Это все из-за царапины? — Спросила я и продолжила:
— Надо было промыть, а вдруг инфекцию занес?
— Ой, да ладно, — отмахнулся он, опираясь на Шейна.
А Шейн тем временем мне на ухо прошептал:
— Это он всегда так, даже в детстве, когда поранится, никогда не ходил к маме или еще к кому-то сам всегда перевязывал и бегал дальше. Лишь когда гноить начинало, и мама замечала, вот тогда он уже скрепя сердце шел. Хотя он и не шел, его приносили… обычно…
Хмыкнув, я посмотрела на Рика, видок у него был так себе.
— И что ты там уже рассказываешь? — Недовольно спросил Рик.
— Та ничего, — поспешно, ответил Шейн, улыбаясь.
Зайдя в дом, мы уложили Рика на кровать, хоть он и вырывался, но все же усталость взяла свое, и он мгновенно уснул…
— Я вообще не разбираюсь в медицине, но осмотреть надо, может и вправду инфекция?
— Медицина? — Не понял Шейн.
— Ну, врачи… неважно надо найти воду с мылом. — Ответила я.
Шейн вернулся через пять минут с водой и мылом.
— И где ты это взял? — Удивилась я.
— Та на кухне.
— Ладно, помоги снять рубашку. — Сказала я, поняв, что по-другому к руке не добраться.
Когда мы сняли рубашку перед нами открылось зрелище не для слабонервных:
Рука была полностью разодрана от локтя до плеча, опухла и горела.
— Скорей всего инфекция. Надо узнать, есть ли тут кто-то, кто разбирается? — Спросила я Шейна.
— Знахарь? — Спросил он.
— Да, я пока промою рану, а ты попробуй, его найти. Все-таки я ведь в таких вещах не очень разбираюсь. — Ответила я Шейну. А сама подумала: помню только что мы в школе в последнем классе проходили по первой помощи.
Накинув куртку Шейн, пошел искать кого-то, кто понимает в целительстве. А я, тем временем смыла кровь и промыла рану мылом. Было видно, что ему плохо, он весь горел и бредил. Намочив полотенце, которое я нашла на кухне, и, положив ему на лоб, стала ждать Шейна.