Вампиров не бывает
Шрифт:
— Сидел бы дома!
— Одному философу нагадали, что он умрет в определенный день, потому что на него упадет сверху предмет. Философ пошел в чистое поле под открытое небо. И знаешь, что случилось? Летел орел, нес в когтях черепаху…
— Пригнись!
— Что?
— Ложись!
Я сползла вниз, насколько позволял ремень безопасности. Дмитрий притормозил у заправки, кому-то помахал.
— Черт, что сегодня за день! — злился Дмитрий. — Откуда она взялась!
— Кто там был?
— Елизавета.
— Совпадение?
— Как же… Развернулась, едет за нами.
— Нельзя вылезать, да?
— Да. Сиди там.
Дальше я поехала почти на полу.
— Дмитрий, мне уже надоело…
— Можешь выпрыгнуть из машины.
— Не могу. У меня кошка сиротой останется!
— Тогда молчи, а то я тебя сам выкину. Сейчас въедем в город и от нее оторвемся. Я тебя быстро где-нибудь высажу.
— Метро закрыто!
— Пешком дойдешь!
— Не дойду!
— Ладно, попробую что-нибудь придумать.
В результате до дома мне пришлось идти всего полчаса. Выскочила, когда Дмитрий остановился на светофоре. Своему счастью я радовалась недолго — Прямо у подъезда меня дожидалась Елизавета. Ее красная машина стояла на углу у дома.
— Гуляешь, Людмила? — спросила она меня, и вид у нее при этом был какой-то нехороший.
— Гуляю.
— Дмитрия сегодня видела?
— Нет. Ночь ведь еще.
— А я видела. Нервный какой-то. Я ему помахала, а он от меня на полной скорости. Не догнала.
— Позвони ему, да и все, — изобразила я наивность.
— Не отзывается. Где же ты гуляла?
— Да так, в круглосуточный магазин ходила…
— И ничего не купила?
Это я не подумавши ляпнула. Но даже ответить не успела, ответил Евгений.
— Людмила, сам не знаю, как этот шнурок порвался, теперь ботинок сваливается… Я тебе говорил, не иди так быстро… Я не успеваю, у меня еще сумка с продуктами…
Он прихрамывал сзади по дороге и нес сумку.
— Ты мужик, ты и должен сумки таскать. Хоть в ботинках, хоть без них. Елизавета, зайдешь в гости? Ты что-то хотела, раз поздно приехала? Могу чем-то помочь? Еще раз прошу прощения за поведение девочек. Они обещали больше так не делать. И вы все какие-то поздние гости. Люди все спят в это время! — посетовала я.
— Есть совы, есть жаворонки. Некоторые днем спят, а ночью гуляют… Ну, и я не думала, что ты не одна, так что поговорим потом, не буду мешать…
— Тогда пока.
— Елизавета, — уставился на нее Евгений. — Ты ничего не забыла?
— Я все помню, мальчик!
Она села в машину и укатила. Умная дама. Не стала гоняться за Дмитрием, а спокойно подождала меня у подъезда. Удалось ли нам ее убедить, в том, что я все время была дома? Не знаю, но Евгению спасибо.
— Ты что здесь делаешь, а, Евгений?
— В гости пришел.
— А что в сумке?
— Ничего съедобного, почти пустая.
— Почему решил играть против Елизаветы?
— Кто тебе сказал? Я просто немного повеселился. Имею право. И не люблю допросы. Какое ее дело, где ты гуляла и с кем?
— Точно, это не ее дело.
— Вот именно. В гости пригласишь?
— Какие гости? Знаешь, который час?
— Знаю.
— Давай завтра? У меня есть одна задумка… Ты мне поможешь!
— Я подписался тебе помогать? — хмыкнул он.
— У тебя хорошо получается, — похвалила я. — А теперь нагнись ко мне, вот так, целуй, только убедительно. Что-то мне подсказывает, что наша общая знакомая Елизавета смотрит на нас из-за угла… Хватит! Должна поверить. Отдавай мне сумку, завтра заберешь. Я не буду в нее заглядывать.
— Так там четыре рулона полотенец для кухни…
— Вот завтра и заберешь. Приезжай вечером, я позвоню, когда приду с работы. Будем играть в сыщиков!
Я ломанулась было домой — к кошке, ванне и кактусу, но была схвачена Евгением за рукав.
— Людмила, подожди! — замялся он.
— Давай быстрее, вообще уже почти утро, мне скоро на работу.
— Вот… возьми пожалуйста… это для тебя! — и он протянул мне бархатную красненькую коробочку. Я напряглась, потому что мои юмористы-студенты как-то придарили мне почти в такой же коробочке значок с надписью «морально устойчив», и долго потом ржали.
В предложенной коробочке, которую я вежливо открыла, сдерживая зевоту, достойно искрились бриллиантовые серьги. Вижу ведь, что это не побрякушки из отдела дешевой бижутерии. Мне на такие серьги год работать, или больше. И что я должна для него сделать за такой подарок? Хоть что, но не сегодня. Я устала, хочу спать. И вообще обнаглел этот Евгений. Вроде бы я не давала повода. Или давала?
— Я тебя тут два часа ждал…
— А позвонить мог?!
— В час ночи? Я думал, ты дома…
— Ошибся. Забери свой подарок, я его не возьму.
— Тебе не понравилось? Другие женщины пришли бы в восторг…
— Вот другим и дари. Забери или поссоримся. Нет никакого повода для таких дорогих подарков.
— Есть повод… Вспоминай обо мне, когда я умру…
— Евгений, давай без юмора, я его сейчас не понимаю.
— Так я серьезно.
— Умрешь? В твоем возрасте? С чего бы? Лет шестьдесят это еще не актуально! Так что забирай серьги и спокойной ночи. Если обиделся, то прости, я тебе завтра позвоню. Если не простишь к тому времени, тогда прощай. Все, я пошла. И спасибо тебе большое. Я рада, что ты жив, правда, очень рада…
Сунула ему в руки коробочку и побежала домой. Сумку с собой все-таки прихватила. Лень мне завтра на общественном транспорте ездить, а Евгений бы меня отвез по делам, а потом домой. Он хорошо водит, спокойно.
Следующий час провела, отмокая в ванной, даже свечу зажгла, Елена подарила, сказала, что розами будет пахнуть и стресс снимать. Производители слукавили — ничем не пахла, но горела красиво. Пришла кошка, встала на задние лапы, посмотрела, чем я занята. Занятие ей не понравилось, и она завыла.
— Чего тебе?
«Йогурт!»
— А еще чего?
«Два йогурта!»
— Не лопнешь?
Милка обиженно посмотрела на меня большими внимательными глазами. Мне стало стыдно, вылезла, дала животинке поесть, высушила волосы (кошка в это время спряталась, она фена боится, моя мама когда-то ее после мытья феном сушила), и пошла спать.
Спокойно сходила днем на работу и даже не попалась начальству на глаза, вообще кафедру стороной обходила, вроде как очень занята проведением занятий и общением со студентами, некогда. Но Марина Караваева настигла меня в коридоре. Загородила дорогу и с умным лицом (чтобы студенты думали, будто мы о науке разговор ведем) осуждающе спросила: