Чтение онлайн

– Вы слишком сильно истощены, вы не можете вставать! – Веце придавил магией господина назад, к дивану, не позволяя подняться, – В таком состоянии вы всё равно не сможете учиться. Лежите смирно.

– Но я должен. Должен отработать свой замок. – запротестовал вампир. Но слуга оставался непреклонен, – Давай я попробую снова? Может получиться?

Веце не ответил, цыкнул и ушёл за бокалом, когда вернулся, в комнате уже сидел граф Бермиан и пытался растормошить бесполезного переселенца.

Полукровка тяжёлым взглядом сверлил бокал, порез под бинтами зудел. Веце мрачно хмыкнул, интересно, что произойдёт раньше: господин научится пить кровь или умрёт? Впрочем, с таким-то недовампиром в хозяевах полукровка обречён, лишь вопрос времени, когда от него решат избавиться.

– Граф, это бесполезно. Господин Кифен… он истощён. – говорить было трудно, страшно. Веце знал, что бывает с бесполезными кормушками, Веце боялся оказаться ненужным, Веце всем сердцем желал продолжить служить клану и будущему графу Кифену, ведь для полукровки это единственный путь.

– Ты что, совсем не кормил его?! Тогда зачем ты вообще нужен, если не можешь даже справиться с такой малостью? – полукровка вжал голову в плечи, испугавшись крика. Веце и сам знал, что виноват.

– Прошу прощения, так получилось. Вы сейчас и сами всё поймёте. – едва слышно пролепетал парень, обходя графа по широкой дуге, – Господин, вставайте. – попаданец приоткрыл глаза и сел, не без помощи слуги. Вампир долго смотрел в бокал, морщился и дышал ртом, чтобы не чувствовать острый запах.

Красная, нет, скорее ярко-алая. Мягкое тепло от металлических стенок бокала, или то был кубок, Степан в этом совершенно не разбирался.

Он глянул на Веце, полукровка незаметно потирал ноющее запястье, выжидающе смотрел на своего хозяина, чего-то пугался и прятал глаза. Совсем бледный, даже вздрагивал от тяжёлого хриплого дыхания Степана.

Что это с пацаном случилось? Раньше он таким не был.

Степана мучили противоречивые чувства: пахло до одури вкусно и аппетитно, но в то же время один лишь запах и вид крови вызывали дурноту. Он залпом выпил бокал и зажал рот ладонью, на языке осел мерзкий металлический привкус. Он задыхался.

Мерзко. Противно. Душно.

Словно кровь была повсюду, текла по рукам, прилипала вместе с рубашкой к телу, затекала в ботинки и плескалась до колен.

Степан отвернулся, тяжело дыша. Он сможет. Он вытерпит.

– Он не может. У господина не получается пить кровь. – тихо проговорил Веце, стирая платком кровь с лица хозяина и убрав магией лужу с пола. Попаданца снова вырвало.

Степана трясло, он дрожащими руками хватался за обивку дивана, силясь не упасть и часто дышал. В глазах – темно, а во всём теле такая слабость, что и для того, чтобы дышать, требуется прилагать усилие. Он чувствовал себя жалким и беспомощным, как никогда прежде.

От него всегда много требовали, и он был уверен – справиться, но с такой малостью не смог.

– Он же вампир. У него было достаточно времени, чтобы привыкнуть к нашему миру и своему телу. – зло прорычал Бермиан, – Даже дворовая псина бы смогла, а он не может? – полукровка виновато молчал, потому как любому вампиру известно, что если хозяин не ест, значит, с кормушкой что-то не так, – Ты питался запрещёнными продуктами, поганец? – Веце испуганно замотал головой, он и сам на четверть вампир, даже если бы захотел, не смог бы.

– Я бы не посмел! – возразил полукровка, смелости едва хватило, чтобы выдавить эти слова перед взбешённым графом.

– Не трогайте его, мелкий ни при чём. – прокаркал Степан сиплым голосом, немного придя в себя, – Проблема во мне. У меня травма, хотя в вашем мире это, наверно, называют болезнь души.

– Что же это за болезнь души такая, что не позволяет вампиру пить кровь? – скрипнул зубами Бермиан. Степан болезненно улыбнулся, на губах всё ещё чувствовался яркий вкус крови, в горле стоял ком, а желудок горел огнём.

– Я же не всегда был вампиром. Я родился человеком, и то, что произошло со мной в том мире… Впрочем, неважно. – остановился на полуслове Степан и протянул руку. Веце послушно метнулся к столу и подал стакан воды. Попаданцу нестерпимо хотелось промыть рот.

– Раз дело не в кормушке, то ты справишься с этим сам. А если не справишься, то умрёшь. – холодно проговорил граф и Степан согласно кивнул. Так оно и есть. Если не преодолеет себя, умрёт. – Времени мало, поэтому у тебя есть один час, чтобы прийти в себя, после жду в своём кабинете. – Бермиан ушёл, оставив Веце и Степана одних.

Полукровка мялся на месте, не зная, куда себя деть, господин заступился за него, и это радовало. Значит он нужен, значит его не выкинут.

Степан болезненно потёр глаза и тяжко вздохнул. И почему он попал в тело вампира? Лучше б стал огром или троллем, чем кровососом. Да хоть феей. Но нет, вампир!

Кто вообще его в это тело засунул?

Преимущества в виде силы, магии и быстрой регенерации не казались таким уж большим плюсом.

Он устал, бесконечно устал, может даже ещё в прошлой жизни, но когда же он сможет отдохнуть? Когда сердце и разум успокоятся? Когда душа перестанет болеть?

Так много вопросов.

Он остался совсем один, как того и хотел. Но не то это одиночество, о котором он мечтал. В уединении, отрезанный от своего прошлого, он, казалось, стал ещё более зависим от событий давно минувших дней.

Чем больше он старался забыть, тем сильнее оно въедается в память. Воспоминание, до боли отчётливое и живое, словно произошло всё не шесть лет назад, а вчера.

Как чувствовать себя, когда вместо тебя умер другой человек? Он поклялся себе всегда защищать и оберегать мать и Софию, пообещал, что сделает их жизнь прекрасной, но не смог удержать в руках такое хрупкое счастье. Что было бы, если б сестра не оттолкнула его? Что было бы, если в тот день умер он, а не она?

Веце тихо присел на другой край дивана, сцепил руки в замок и виновато смотрел в пол, обычно господин был шумным и только во время зельеварения замолкал, но сейчас хозяин потерянно смотрел куда-то в стену пустым взглядом и ничего не говорил.

И это молчание давило на полукровку как никогда прежде.

– Что? Интересно? – наконец, заговорил вампир. Веце неуверенно кивнул, прошлая жизнь господина волновала, но слуга не имел права просить о том, чтобы хозяин рассказал ему хоть что-то. – Тогда подожди. Сейчас мне трудно об этом говорить, но позже… В конце концов, твоя жизнь напрямую зависит от моей, я думаю, ты имеешь право знать. – полукровка снова кивнул, чувствуя себя крайне неловко.