Чтение онлайн

Так стыдно и горько, что на мгновенье кружится голова. А он ещё смел попрекать герцога Ибенира за то, что дракон назначил его ходить в рейды. Быть трусом, прячущимся за чужими спинами, Степан никогда не был. И потому то малодушие, которое он проявил по незнанию, разъедало жгучей отравой.

Так яростно отказывался, злился, даже не представляя, что происходит вокруг, за пределами его маленького мирка, за пределами замка и крепких стен. А Керналион знал и видел. Дракон, каким бы гадом ни был, просил не просто так, не для себя просил, а для тех, у кого нет силы, нет магии и банально денег на хорошее обмундирование.

Ах, почему он вообще думает обо всем этом сейчас, вместо того, чтоб ускорить шаг и хоть чем-то помочь? Тряхнул головой, отметая посторонние мысли. О своем бесстыдстве он поразмыслит позже.

Первое, что понял Степан, войдя в лазарет, — это не больница. И совсем не то, что он представлял, когда старейшина Иршар рассказывал ему о лазарете.

Огромная шатровая палатка, раскинутая на краю города, узкие койки, стоящие чуть ли не вплотную, свербящий запах крови и гниющей плоти, стоны и крики, раненые, лежащие даже рядом с лазаретом на голой земле, и сбившиеся с ног целители.

Лазарет — это не та спокойная больница с ленивыми очередями, к которой попаданец привык. Хлипкая палатка, которую разбили в свободном месте, насквозь провонявшая кровью и спиртом. Временная военная больница, где не бывает легких царапин и жалоб на сухой кашель. Колыбель слепой надежды на завтра, отчаянное желание жить, несмотря на жуткую боль.

Вампир перетупил через чужие ноги, преградившие проход, и направился вглубь, к маленькому столу, стоявшему в противоположном углу брезентового шатра. Тусклый свет магической лампы и занавеска из простыни — вот и все, что отделяло главного лекаря от остальных.

Степан то и дело отступал в сторону, уступая дорогу снующим туда-сюда лекарям, и заторможено озирался по сторонам. Он не раз был на рейдах, да и в госпитале периодически оказывался, только вот герцогские лечебницы казались престижными пансионатами по сравнению в этим продуваемым шатром. И ни у кого не было ни времени, ни мысли поставить купол от ветра, стабилизировать температуру внутри и наладить хорошее освещение. Все работали на износ, пока руки не начинали неметь отсталости.

А попаданец неожиданно уразумел, как Лишьенским удавалось прокормить свой большой клан все эти годы. Один из лекарей собрал в кучу окровавленные бинты и простыни, отнес за ширму и заклинанием извлек всю кровь, поместив ее в бутылку из-под вина. После очистил ткани от остатков загрязнений магии и свернул ширму.

На каком-то инстинктивном уровне граф улавливал, что весь медперсонал здесь — вампиры. Поэтому тайна не покидает пределов этих тонких стен — раненые слишком слабы, чтоб понять что-то в своей болезненной лихорадке, а лекари, коли уж вампиры, то немудрено, если и сплошь Лишьенские.

Поразительно. Все считали, что этот клан ведет закрытый образ жизни и отдалился от мирских забот, заперевшись в своей крепости-монастыре, однако же Лишьенские были к простому люду ближе, чем любые другие вампиры.

— Совсем слепой? — прошипела лекарша, грубо отпихивая Степана с прохода, — Освободи дорогу! — и бесцеремонно заехала острым локтем точно по печени, крепче перехватывая руки солдата, которого взвалила себе на спину.

Попаданец скорчился от боли, отшатнувшись в узкий проход меж коек. Кха, с виду тощая девчонка, а точно знает, куда бить, кто б знал, что медицинские знания можно применять и так подло?

Боль отвлекла Степана от всего постороннего и вернула к главной цели — добраться до главного лекаря и начать обучение. И скрючившись, вампир спешно продолжил путь. Вблизи главный лекарь выглядел осунувшимся, измотанным мужчиной средних лет с сединой на висках и глубоким взглядом усталых серых глаз.

Он неохотно поднял взгляд на Степана, медленно моргнул тяжелыми веками и бросил измученно-хриплое:

— Если с благодарностями пришёл, то просто проваливай и просто живи долго. Не отвлекай от работы. — махнул кончиком пера, мол, все, разговор закончен, и вернул мутный взгляд к бумагам.

— Меня прислал старейшина Иршар. На обучение. — главный лекарь чуть шире раскрыл глаза, пытаясь лучше разглядеть новенького сквозь слипающиеся от сонливости веки. По мане чувствуется, что вампир, и артефакт старейшина ему уже выдал.

Так, а старик Иршар говорил что-то про новых лекарей или нет? И вообще, с каких это пор в лазарет на обучение отправлять стали, а не на работу? Да и, если подумать, не припоминает он никого из клана с таким сильным магфоном.

— Звать как? — прищурился главный лекарь, поворачиваясь к гостю уже всем корпусом.

— Кифен. — ай, тот самый что ли? Да, вот теперь, кажется вспомнил, что Иршар что-то о главе Вальдернеских недавно упоминал.

— До чего дрянное имя. — скривился лекарь, — Кричать столь звучное имя на весь лазарет я не могу, поэтому будешь… мгм, как там Кифен наоборот? — у попаданца брови взлетели в немом возмущении. Уж простите, но ежели его имя перевернуть, то больше будет походить на ругательство.

Хотя объективно говоря, его и просто, без всяких там переворачиваний, периодически полоскали с грязью, так что разницы большой не было. Но одно дело отзываться на загадочное «Кифен», а другое на почти ругательство «Нафиг».

— Просто зовите меня Эринар. — глухо попросил Степан, уже свыкшийся с подставным именем своей второй личности.

Да и Эринар — довольно распространенное имя среди горожан, никто на Эринара Шэбтава, боевого мага герцога, не подумает.

— Ясно, Эринар. — кивнул лекарь, — Я Ракхам, глава этого лазарета. — прикрыл зевоту рукавом и продолжил, — Сегодня и следующие три дня будешь помогать с перевязками и первой помощью, в перерывах читай вот эту книгу, — водрузил толстый талмуд по практическому целительству на стол и попытался ободряюще улыбнуться будущему коллеге, но вышло кривовато, — Отрабатывать заклинания можешь на любом подходящем пациенте. Они только рады будут, что за них взялись. — Ракхам жестом подозвал ближайшего лекаря и кивнул на Степана, — Это новенький, Эринар, пусть будет у тебя на подхвате сегодня. — и бросил уже Степану, — Шивлад за тобой присмотрит и подскажет в случае чего. Так что иди. — и вернулся к отчетам, всем видом показывая, что разговор окончен.

Первое, что сделал Шивлад — кинул попаданцу белый халат и приказал очистить тело и одежду магией, чтоб не занести грязь в раны. После наспех объяснил, как лекари делят между собой лазарет по секторам и распределяют раненых.

— Вот за той длинной ширмой хирургическое отделение, там мы проводим ампутации и срочные операции, — Шивлад махнул на длинную ширму, растянувшуюся вдоль противоположной стены, — Воды у нас нет, многих медикаментов и инструментов недостает, поэтому все стараемся делать магией. От лечения до стирки. — Степан удивленно кивнул.

Ему всегда казалось, что для магического мира приземленный быт — скорее забава, чем необходимость, здесь же, в лазарете, отчего-то остро не хватало столь простых вещей, которые с лихвой компенсировала магия.

— Ману на всякие мелочи старайся не тратить, — продолжил наставлять Шивлад, — если опустошишь резерв, то будешь носом клевать как Ракхам, а смену за тебя никто не отработает. Всё, что можно делать без магии, делай без магии, уяснил? Пустой резерв утомит тебя быстрее, чем физический труд, поэтому раненых тащим на себе, а не переносим магией.