Чтение онлайн

–  Что это за шум, будто вода журчит?
– интересуется Томми.

–  Это канализация под землей. Подожди немного - и шум стихнет. То есть останется, но уже не будет таким назойливым. Ты просто перестанешь его замечать.

–  У меня в голове словно тысяча людей говорит одновременно.
– Томми переводит взгляд на прохожих.

–  Прибавь телевидение и радио. Сосредоточься на чем-нибудь одном, а на все остальное постарайся не обращать внимания.

Томми останавливается и смотрит на окно пятого этажа:

–  Там у какого-то мужика на полном ходу секс по телефону.

–  Ну уж этого-то ты никогда не упустишь. Джоди сосредотачивается и прислушивается.

И правда, мужик тяжко сопит и дает четкие указания по телефону какой-то грязной девке, какие именно части тела следует умащать острым соусом. Видов соусов несколько. Джоди пробует расслышать голос собеседницы, но он слишком слабый - не иначе, тип сидит в наушниках.

–  Ну и козел, - замечает Томми.

–  Тсс. Закрой глаза и слушай. Забудь про соусника. Не смотри.

Томми зажмуривается и застывает посреди тротуара.

–  Ну и что?

Привалившись к столбу со знаком, запрещающим стоянку, Джоди ухмыляется.

–  Что находится справа от тебя?

–  А я откуда знаю? Я вверх смотрел.

–  Я видела. Сконцентрируйся. Вот твоя правая рука. Что такое в двух футах от нее?

–  Вот чушь-то.

–  Ты прислушайся. Какая форма у звука, идущего справа?

–  Ладно.
– Томми напряженно морщится.

Небольшая группа юношей и девушек, все в черном и с одинаковыми модными прическами (скорее всего, студенты Академии художеств, у здания которой остановилась наша парочка), мимоходом замечают Томми.

–  Я слышу коробку. Какой-то прямоугольник, - высказывается Томми.

–  Во обдолбался, - отмечает один из студентов; пол, судя по голосу, мужской.

–  Помню мой первый трип, - говорит другой голос, похоже, женский.
– Я очутилась в мужском туалете в «Митероне» в полной уверенности, что нахожусь на инсталляции Марселя Дюшана.

Выждав, пока студенты пройдут мимо, Джоди возобновляет допрос:

–  Квадратный, монолитный, пустой внутри, какой именно?

Приподнявшись на носках, Джоди слегка покачивается. Все лучше, чем тратиться на новые туфли.

–  Пустой, - набычившись, изрекает юный вампир.
– Это же газетный автомат.

Открыв глаза, Томми смотрит на автомат для продажи газет, потом на Джоди, и на лице у него расцветает улыбка, словно у маленького ребенка, впервые попробовавшего шоколад.

Джоди бросается ему в объятия и нежно целует.

–  Мне еще столько всего тебе надо показать.

–  Ты что, сказать не могла?
– бурчит Томми.

–  А как? Разве слова в состоянии передать то, что ты сейчас слышишь и видишь?

Томми принюхивается, словно пытаясь распознать букет вина.

–  Нет, я не могу это выразить словами.

–  Теперь понимаешь, почему я хотела разделить эти чувства с тобой?

Томми кивает в ответ, но как-то безрадостно.

–  С этой стороны все отлично. Но вот с другой стороны…

–  С какой еще другой стороны?

–  С той, где мертвечина и высасывание крови. Есть хочу.

–  Не хнычь, Томми. Нытики такие зануды.

–  Я голоден, - настаивает Томми.

Она знает, каково ему сейчас, она и сама не прочь подкрепиться, только как раздобыть пропитание? Доселе она употребляла в пищу Томми теперь пришла пора им обоим отправиться на поиски хлеба насущного (фигурально выражаясь). Занятие малопочтенное, уж она-то в курсе.

–  Пошевеливайся, что-нибудь придумаем. Не дуйся. Идем, поглядим на народ на Маркет-стрит. Тебе понравится.

Джоди берет Томми за руку и тащит к главной улице города, где, заполняя мостовые и тротуары, текут туда-сюда потоки туристов, торговцев и психов всех мастей.

Ни дать ни взять реки с притоками.

Реки крови.

–  От каждого воняет мочой и грязными ногами, - констатирует Томми, остановившись рядом с аптекой «Уолгринс».

Ранний вечер, привычный вал туристов катится по улицам, словно орда кочевников, снедаемая двумя желаниями - выпить и закусить. Шлюхи, попрошайки, карманники и прочие человеческие отбросы заняли свои места - и оценивают содержимое карманов проплывающей мимо толпы.

Люди из толпы тоже не зевают - держатся за кошельки, за мобильники, стараются не пялиться по сторонам, шагают быстро и целеустремленно.

–  Ноги и моча, - повторяет Томми.

–  Привыкай.

–  Есть на этой улице хоть одни чистые трусы?
– вопит Томми.

–  Ну и засранцы вы все!

–  Успокойся. Люди смотрят. Еще примут тебя за психа.

–  А мне-то что за разница?

Джоди смотрит вдаль - она видит за три квартала. Парочка-другая бродяг со злыми слезящимися глазами пристает к прохожим то тут, то там. Подонки, сразу видно. Джоди кивает: вот и добыча. Потом поправляет Томми воротник и дергает за ухо.

–  Разница в том, что ты уже неживой, и нечего привлекать к себе внимание.

–  Поэтому-то ты и напялила этот изысканнейший наряд?

–  Ты же сказал, он тебе нравится.

В этих шмотках Джоди и всегда-то пользовалась успехом, а уж заделавшись вампиром, и подавно. Только внимание публики ей казалось всего лишь знаком доверия, и она не считала свой любимый прикид приманкой. Вот ведь хищница, а? А может, это властолюбие?

–  Он мне нравится. Только каждый проходящий мимо мужик запускает глаза тебе в декольте. Я слышу, как у них сердца колотятся. А уж джинсы… Ты, наверное, превращалась в туман, чтобы в них влезть. Ведь так?

Кто- то трогает Томми за плечо. Молодой человек в белой рубашке с короткими рукавами и черном галстуке сует ему под нос брошюру. На обложке большие зеленые буквы: « АЛЛИЛУЙЯ! »

–  Ты такой расстроенный, брат. Это тебе поможет.

Джоди прикрывает рот рукой и отворачивается, чтобы скрыть неудержимый смех.

–  Чего?
– подпрыгивает Томми и поворачивается к молодому человеку.

–  Чего-чего-чего? Не видишь, я разговариваю со своей девушкой? Вот с ней.
– Томми тычет пальцем в то место, где только что находилась спина Джоди.

–  Покажи ему, Джоди, что мы тут с тобой обсуждали.

Джоди мотает головой и делает несколько шагов в сторону. Плечи у нее трясутся от смеха.

–  Это послание, - настаивает молодой человек - Оно принесет тебе утешение и радость.

–  Я бы тебе сейчас показал и то и другое. Жалко, она удаляется и уносит утешение и радость с собой.

–  Но брошюра несет духовное ликование…

–  Несет, несет. Только чтоб ты знал, - Томми прикрывает рукой рот и нос, словно собирается чихнуть.

–  Я бы охотно обсудил с тобой эту тему, но сейчас двигай домой и подмойся! Ты воняешь как ходячая помойка!