Вангелия
Шрифт:
Они быстро вышли из двора, даже не поздоровавшись с Любкой.
– Ванга! – воскликнула та, подходя к столу, за которым неподвижно сидела сестра. – А как ты узнала?
– Что?.. – вздрогнула Ванга.
Она словно очнулась от забытья. Лицо ее снова стало оживать.
– Про войну, – сказала Любка. – На базаре что творится, если б ты видела! Люди все подряд метут! Дерутся даже. И все про войну говорят. Знать бы, говорят, когда начнется…
– Это, я думаю, многие знать хотели бы, – задумчиво произнесла Ванга.
Ольга стояла перед зеркалом и пыталась застегнуть жемчужное ожерелье, которое Алексей полгода назад подарил ей на свадьбу. Застежка была замысловатая, и Ольга сердилась: из-за такой ерунды опоздают в ресторан! Живот ее сделался большим как-то сразу, вдруг, и ходит она теперь из-за этого совсем медленно… А фон Дидерикс, пригласивший их сегодня на ужин в честь приезда его друга, это один из самых респектабельных клиентов, благодаря которому едва ли не все немцы, работающие в Софии, посещают кабинет доктора Незнамова. И он может воспринять их опоздание как неучтивость.
– Алеша, помоги, пожалуйста! – громко позвала Ольга.
Квартира, которую они сняли после свадьбы, была не роскошна, но просторна. Алексей ожидал в гостиной, когда жена оденется.
Услышав Ольгин голос, он зашел в спальню.
– Ты почему так волнуешься? – спросил он, застегивая ее ожерелье.
Все-таки плохо, когда муж видит тебя насквозь! Или он просто заметил, что руки у нее дрожат?
– Какие-то дурные предчувствия… – пробормотала Ольга. – Извини.
Алексей притянул жену к себе.
– Что ты, Оленька? – спросил он.
Она вдруг отстранилась и быстро вышла из комнаты.
Когда Алексей пришел вслед за нею в гостиную, Ольга стояла у окна и изо всех сил старалась, чтобы слезы, которые уже поднялись к горлу, не хлынули бы у нее из глаз.
– Оля, объясни мне, что случилось, – сказал Алексей.
Все-таки напрасно она напрягала волю: когда обернулась к мужу, глаза ее из-за слез были похожи на лужицы.
– Алеша, почему ты не доверяешь мне? – спросила она.
Ольга давно уже заметила: единственное, что приводит мужа в растерянность, это ее слезы. А сейчас лицо его сделалось не просто растерянным, но к тому же расстроенным. Она совсем не хотела этого, но раз уж так получилось…
– Ты идешь на что-то опасное, я же вижу, – сказала Ольга.
– Мы, – помолчав, произнес он.
– Что – мы? – не поняла она.
– Мы с тобой идем на что-то опасное.
– Ах, да разве дело в словах! Тебе грозит опасность, вот что важно! Я ее чувствую. А ты не говоришь мне, в чем она состоит.
Алексей посмотрел ей в глаза так, словно в эту минуту решалась его жизнь. И через мгновение Ольга поняла, что так оно и есть…
– Что ж… – наконец произнес он. – Я должен был сказать тебе с самого начала. Вопреки всем инструкциям.
– Каким инструкциям? – не поняла Ольга.
– Я работаю на русскую разведку.
Что угодно ожидала она услышать! Но такое…
– О боже… Но как?.. – растерянно выговорила она.
– Вот так. Я работаю на русскую разведку. Это данность. Что с ней делать, – решай сама.
Алексей вышел из комнаты, оставив жену в остолбенении.
Когда Ольга открыла дверь спальни, он стоял, отвернувшись к зеркалу, возле которого она только что застегивала ожерелье, – так, словно хотел что-то разглядеть в холодной зеркальной глубине.
Конечно, он услышал, что она вошла. Но не обернулся.
– Алеша, мы опаздываем, – спокойно сказала Ольга. – Это неловко. Немцы пунктуальны.
– Мы?.. – не оборачиваясь, спросил он.
– Мы, – повторила она.
Он обернулся стремительно и обнял ее так сильно, что она еле сдержала вскрик. Они замерли, прислушиваясь друг к другу.
– Толкается… – проговорил Алексей.
– Да, – улыбнулась Ольга. – Как рыбка. Вот, опять – слышишь?
– Слышу. – В его голосе нежность соединялась с глубокой тоской. – Эх, Оля!.. Не должен я был…
– Делать мне ребенка?
– С беременной женой я наименее подозрителен, – невесело усмехнулся Алексей. – И наиболее уязвим.
– Пойдем, Алеша, – напомнила Ольга. – Осталось десять минут. Мы как раз успеем дойти до ресторана.
И вдруг она улыбнулась, чуть не прыснула.
– Что? – спросил Алексей.
– Так. Глупости, – смущенно ответила Ольга.
– А все же?
– Знаешь, – сказала она, – я ведь думала… Велчев сказал, что твоя прежняя ассистентка была красавица и что она родила. И я все время думала, что ты скрываешь от меня именно это.
Алексей расхохотался так, как только он умел – с совершенной беззаботностью. Теперь-то Ольга знала цену этой беззаботности…
– Оля! – воскликнул он, отсмеявшись. – Нет, никакому разведчику не понять ход женской мысли! Мне и в голову не могло прийти, о чем ты волнуешься. Ну да, Цветана родила. Но не от меня же! У нее прекрасный муж. Оля, ну хочешь, прямо сейчас к ним пойдем? – предложил он. – Ты сама убедишься. Прямо сейчас!
– Я уже убедилась. – Она быстро поцеловала его. – Пойдем, Алеша.
На улице, по дороге к ресторану, Алексей сказал:
– Дидерикс – ценнейший источник информации. Я должен приложить все усилия, чтобы поддержать его расположение ко мне.
– С этим мы справимся, – кивнула Ольга.
Он благодарно сжал ее руку и добавил:
– В конце концов, мы с тобой дворяне. В глазах фон Дидерикса – хотя и относительная, но ровня ему.
– А где жили твои родители, Алеша? – поинтересовалась Ольга.