Чтение онлайн

— Пожалуйста, Флетчер, насколько все плохо? — спросила она, пока он продолжал осматривать рану.

— Не хорошо, Алекс, — признался он, и она почувствовала, как ее сердце упало, а глаза наполнились новыми слезами. По крайней мере, до тех пор, пока он не продолжил: — Но, похоже, лезвие не задело какие-либо жизненно важные органы. Я буду знать наверняка, как только мы принесем ее в палату, и я проведу несколько сканирований, но думаю, что это выглядит хуже, чем есть на самом деле. В ожидании каких-либо осложнений она должна начать выздоравливать, как только мы введем ей какое-нибудь подходящее заживляющее лекарство.

Рыдание облегчения вырвалось у Алекс, даже если она знала, что это все еще преждевременно.

— Ты слышишь, девочка? — сказала она, нежно поглаживая лицо Сорайи. — С тобой все будет хорошо.

После того, как обезболивающее попало в ее организм, Сорайя больше не издавала ужасных хныкающих звуков, но ее начало трясти… реакция в основном от шока, а также потому, что она была окружена людьми, которых не знала, когда беспомощно лежала на земле. В ответ на это Алекс тихо попросила окружающих отойти назад и дать им немного пространства, что все они сделали по ее просьбе. Только двое придвинулись ближе… Каспар Леннокс и Варин.

— Мне нужно, чтобы ты отпустила ее сейчас, Алекс, — мягко сказал Флетчер. — Давай уйдем отсюда.

— Я иду с тобой, — сказала она, но Флетчер только покачал головой.

— Ты ничего не можешь сделать, кроме как мешать. Я смогу помочь ей гораздо быстрее без тебя.

— Но…

Сорайя издала тихий шмыгающий звук, привлекая внимание Алекс достаточно, чтобы та увидела выражение в глазах волка, говорящее, что можно оставить ее.

Еще больше слез потекло, когда Алекс повернулась к Флетчеру и сказала:

— Ты обещаешь присматривать за ней?

— Точно так же, как я поступил бы, если бы лезвие попало в тебя, — сказал он, слегка поморщившись при воспоминании о том, что это уже произошло. — Я клянусь, Алекс. Она в хороших руках.

И, выдержав его ободряющий взгляд в течение долгого времени, Алекс кивнула.

— Вот, — сказал он, передавая ей целебную мазь и указывая на кровоточащую щеку. — Это неглубоко… ты должна быть в порядке, чтобы…

— Я в порядке, — перебила Алекс, забирая у него мазь. — Просто сосредоточься на ней.

Настала его очередь кивнуть, и он бросил быстрый взгляд на собравшихся, прежде чем сказать Алекс:

— Раздай, когда закончишь… похоже, нескольким людям могло бы пригодиться.

В тот момент Алекс была безмерно благодарна Флетчеру за то, что он понял, как много Сорайя значила для нее, что он был готов отдать предпочтение животному, а не людям, которые только что боролись за свои жизни. Это было все, что она могла сделать, чтобы не обнять его, вместо этого тихо поблагодарив его и согласившись убедиться, что все, кто нуждался в незначительной медицинской помощи, получат ее.

Похлопав напоследок и пообещав, что скоро они снова будут вместе, Алекс поднялась и отступила назад, позволив Каспару Ленноксу и Варину опуститься на колени рядом с Флетчером. Потребовалась коллективная сила всех троих, чтобы осторожно поднять громоздкое тело Сорайи в воздух, прежде чем они быстро исчезли в облаке теней.

Только тогда Алекс повернулась лицом к толпе, заметив кровь, капающую из раны на лице Кайдена, и кровавый порез на предплечье Деклана. На самом деле, у большинства окружающих ее людей были те или иные травмы, поэтому, намазав щеку целебной мазью, она передала баночку Кайдену и Деклану, а затем остальным.

Все это было сделано в тишине, и никто не знал, что сказать. Но затем Картер шагнул вперед, покрытый брызгами как красной, так и серебристой крови, его ледяные голубые глаза пылали сочетанием ярости и облегчения, когда он рявкнул:

— Где, черт возьми, вы все были?

Алекс вздрогнула, но не съежилась от его ярости, особенно когда Кайден и Деклан придвинулись ее сторону, предлагая поддержку. Она огляделась в поисках Джордана, Биара и Д.К., изо всех сил пытаясь разглядеть их в толпе, и подумала, не прячутся ли они сзади, чтобы избежать гнева Картера. Она бы не винила их, даже если бы могла использовать дар обаяния Биара, чтобы успокоить разгневанного учителя боевых искусств.

— Это долгая история, — объяснила Алекс, зная, что лучше не делиться рассказом об их путешествии со всеми. — Но теперь мы вернулись. И, похоже, как раз вовремя. Почему эти меярины были здесь, и их было так мало?

Ответил Охотник, его темный плащ был покрыт серебристой кровью, когда он шагнул вперед, чтобы сказать:

— Они нападали так неделями, небольшие стычки, чтобы проверить нашу оборону. Они продолжают пытаться привезти сюда больше, но библиотечные палаты, по большей части, держатся. Лишь немногие могут пройти через это сразу, достаточно, чтобы ослабить нас, но не уничтожить.

Кайден и Деклан замерли рядом с Алекс, так же как и она сама, все они услышали одно и то же.

— Ты сказал… они атаковали… несколько недель? — повторила она, уверенная, что, должно быть, ослышалась. Но когда Охотник кивнул, она пробормотала: — Это не… Ты не можешь… Нас не было всего семь дней.

Затем Дарриус двинулся сквозь толпу, остановившись перед Алекс. Его лицо было в синяках от усталости, но его глаза были ясными, когда он посмотрел на нее, Кайдена и Деклана, принимая их шок, прежде чем тихо сказать:

— Вас не было семь дней, Алекс. Вы пропали почти два месяца назад.

Весь воздух вылетел из ее легких.

— Что? — воскликнул Деклан, в его голосе ясно слышалась тревога.

Потеряв дар речи, Алекс внимательно слушала, как Дарриус повторял, что прошло семь недель, а не семь дней. Неподвижно стоя рядом с ней, Кайден и Деклан так же изо всех сил пытались поверить в то, что они слышали. Джордан, Биар и Д.К. также, вероятно, сочли это невозможным для понимания, но, снова окинув взглядом собравшихся студентов и преподавателей, Алекс все еще не могла разглядеть никаких следов их присутствия в толпе.

Прервав тихое — хотя и творческое — ругательство Деклана, Алекс выкрикнула имя Джордана, гадая, был ли он с остальными, использовав свой дар, чтобы защитить их всех во время стычки. Но он не появился и не ответил… никто из них не ответил, даже когда она выкрикнула имена Д.К. и Биара.

Тревога начала биться в груди Алекс, когда она обменялась взглядом с Кайденом и Декланом, а затем крикнула:

— Кто-нибудь видел Джордана, Д.К. или Биара?

По группе прокатился ропот, пока, наконец, Шон, пошатываясь, не вышел вперед, прижимая руку к окровавленной ране на голове и морщась от яркого лунного света, достигающего его сотрясенных глаз. Но именно два слова, слетевшие с его губ, отвлекли внимание Алекс, два слова, от которых у нее на мгновение остановилось сердце.