Чтение онлайн

— Выспалась? — голос Штороса с низкими урчащими интонациями прошелся по ее телу огнем влечения. Динка даже пошатнулась и ухватилась за стену от накрывших ее ощущений. Одежда немилосердно сдавила тело и между ног мгновенно стало влажно и тесно, а низ живота запульсировал жадной сосущей пустотой.

— Нет, — хрипло отозвалась Динка. — Но за шкуру спасибо. Под ней очень… уютно.

Слова давались с трудом. Горло пересохло и распухший язык едва шевелился во рту.

— Ты не ела уже три дня, — заметил Шторос, внимательно глядя на Динку.

Она посмотреть на него не могла. Потому что солнце слепило глаза, привыкшие к темноте. Потому что свет играл в его огненных прядях. Потому что смотреть на него и не прикоснуться, не сжать пальцами сильные плечи, не прижаться губами к пухлым мягко-очерченным губам было невыносимо.

— Эй, козочка, ты в порядке? — словно сквозь туман снова донесся его голос.

— Не в порядке, — резко отозвалась Динка и, приоткрыв глаза, вдруг обнаружила его стоящим перед ней. Он вытирал руки замызганной тряпицей и с легкой тревогой вглядывался в ее лицо.

Динка держалась из последних сил, чтобы не упасть ему на грудь и не забыться в его объятиях. Но он легким движением прикоснувшись к ее подбородку указательным пальцем сломал всю ее тщательно выстроенную оборону.

— Шторос, — выдохнула Динка, прижимаясь к нему. — Сделай что-нибудь. Я не могу больше.

— Конечно, козочка, я сделаю все что ты захочешь, — нежно проворковал он, поглаживая ее по спине и своими прикосновениями вызывая целый шквал чувственного удовольствия. — Вопрос лишь в том чего ты хочешь от меня сейчас. Ты уже поменяла свое мнение относительно своего нелепого воздержания?

— Нет, не поменяла, — прошептала Динка, плотнее прижимаясь к его телу и жадно вдыхая запах его кожи. — Но ты ведь можешь сделать так, чтобы беременность не наступила. Взять меня другим способом.

— Я могу не сдержаться, — предупредил он ровным голосом, но Динка уже ощущала болезненную твердость его члена сквозь одежду и дрожь возбуждения, пробегающую по его мышцам.

— Я хочу тебя, — шепнула она.

Шторос не стал больше тратить время на пустые разговоры, а подхватил ее на руки, внес в пещеру и опустил на шкуры. Динка тут же обвила его руками и ногами, притягивая к себе. Но он высвободился и отошел от нее на два шага. Динка смотрела, что он делает затуманенными от страсти глазами. Сдержаться и не броситься на него прямо сейчас давала мысль о том, что он уже согласился.

Шторос, не сводя с нее глаз, сполоснул руки в ручье и принялся медленно стягивать с себя одежду, словно давая Динке время подумать. Но думать не получалось, и Динка, затаив дыхание, встречала голодным взглядом каждый обнажающийся участок его кожи. Его возбуждение не поколебала даже ледяная вода ручья, которой он плеснул на себя, прежде, чем приблизиться к Динке. И она хотела его также нестерпимо.

Но Шторос сел рядом со шкурой и испытующе смотрел на Динку.

— Поговори со мной, Динка, — вымолвил он.

А Динка с досадой отвернулась, не в силах больше смотреть на его обнаженное тело.

— Что тебя так пугает? Может мы можем это как-то решить? — продолжал он, протягивая руку и касаясь пальцами кончиков ее пальцев, вцепившихся в шкуру.

Динка молча покачала головой. От его вопросов становилось не по себе. Умом она понимала, что ее страх глупый. И Шторос наверняка сообщит ей об этом, едва узнает в чем дело. Выслушивать от него о своей глупости хотелось меньше всего. В его голове она и так не умнее козы. От обиды даже близости с ним расхотелось. Динка попыталась подняться со шкуры с намерением выйти из пещеры. Глупо как-то и неловко получилось.

Но Шторос ухватил ее за запястье и резко потянул на себя. Потеряв равновесие, Динка упала в его объятия, словно нырнула в глубокий омут.

— Не хочешь об этом говорить? Или не хочешь обсуждать это со мной? — на ухо поинтересовался он, прижимая ее к себе.

Динка пошевелила руками и, нащупав его горячий член, сжала его в ладони и застонала.

— Тогда бери в рот, если не хочешь чтобы я взял тебя, — низким голосом с хрипотцой грубо потребовал он. И Динка, трепеща от возбуждения, склонилась к его паху. Такой Шторос, властный и похотливый, нравился ей гораздо больше, чем удушающий своей заботой.

Его возбужденный член поблескивал еще не высохшими каплями воды на тонкой нежной коже головки и сводил с ума запахом желания. Динка обхватила его губами и втянула в рот, наслаждаясь горячим проникновением. Шторос вытянулся рядом с ней на боку, головой к ее ногам и, пока она с наслаждением облизывала и снова брала в рот его член, развязал и спустил ей до колен штаны с панталонами.

Прикосновение его языка, лизнувшего ее сокровенное место, обожгло Динку пламенем наслаждения. Потерявшись в ощущениях, она вскрикнула и на миг выпустила изо рта его член. Но Шторос переместился, нависая над ней, и следующий ее крик удовольствия был заглушен членом, толкнувшимся ей глубоко в рот.

Динка металась под его большим и тяжелым телом в горячке блаженства. Его член ритмично толкался ей в рот, погружаясь все глубже, и эти толчки совпадали с толчками его пальцев, ласкающих ее лоно, и его языка, придавливающего чувствительный бугорок между складок. Это тройное воздействие, тяжесть его тела, его запах — это было так невыносимо хорошо, что Динке потребовалось совсем немного, чтобы экстаз захлестнул ее, выгибая тело дугой. На самом пике наслаждения в горло плеснула горячая струя спермы, и Динка, не успев сглотнуть, поперхнулась и надрывно закашляла.

Шторос тут же, развернувшись, подхватил ее на руки и прижал к себе, похлопывая по спине. А у Динки по щекам бежали слезы. То ли от пережитого удовольствия, то ли от кашля, то ли от радости, что мучительное вожделение наконец-то отступило, сменившись сладкой истомой.

— Я почему-то думаю, что тебе это сильно не поможет, — проговорил Шторос, разбивая ее надежды. — Мы попытаемся перехитрить природу, но пока ты не выполнишь свое предназначение и не забеременеешь, тебя так просто не отпустит.

— Посмотрим, — вздохнула Динка, не спеша выбираться из его рук. За эти пару дней она уже соскучилась по теплым объятиям. И как она раньше жила? Ведь после смерти родителей и до появления в ее жизни варрэнов никто и никогда ее так не обнимал.

Растекаясь по его телу, вдыхая его запах, Динка почувствовала, что ей этих ощущений мало. Она приоткрыла рот и, высунув язык, лизнула его так сладко пахнущую кожу. Солоноватый вкус его пота обжег язык и по телу вновь прокатилась волна возбуждения.