Чтение онлайн

В тоннеле было очень холодно и, как бы сказать, неуютно. После светлых и сияющих стен библиотеки темно-серые шершавые проходы, едва просматривающиеся на пару метров вперед, не внушали доверия. Я не отставала от Мерлеи и старалась не думать о том, что надо мной с каждой секундой увеличивается толща дна, а над ним покоится еще бесконечное число литров воды, и если вдруг я захочу вырваться из замкнутого пространства, приподняв потолок, у меня ничего не получится. Клаустрофобия или нет, но каждый раз, когда я ловила мысль, что не владею искусством телепортации, на меня накатывала волна паники. К счастью, вертикальный тоннель уже через минуту повернул влево и стал куда более просторным и светлым. Стены поросли морским мхом, из которого то и дело выглядывали маленькие создания, напоминающие плоских земных ящериц. На небольшом расстоянии друг от друга, то слева, то справа в стене появлялись углубления, в которых светились статуэтки из драгоценных камней. Бриллиантовая нимфа с распущенными волосами, сапфировый дельфин, изумрудный тритон с короной на голове, морские звезды, кораллы и множество других представителей флоры и фауны. Но самыми изящными были прозрачные, всегда девушки: подводные ангелы с чистым взглядом и нежными чертами. Изумрудные же изображали сильных и статных повелителей морских стихий. Эта интересная закономерность в будущем мне очень помогла, и урок наблюдательности я усвоила на всю жизнь.

Из-под статуэток струился нежный свет, который предавал месту атмосферу сакральности и наполнял чувством преклонения перед историей, которую хранят эти стены. Впервые за все время пребывания в мире хранителей я осознала, насколько здесь тихо. Ни шагов, ни шороха, даже самые знакомые звуки все равно приглушает вода. От этого спокойствия голова казалась легкой, а мысли чистыми.

Наконец, тоннель закончился, и мы вышли в необъятное помещение. Своды его потолка уходили так высоко, что практически утопали в темноте, вправо и влево полукругом тянулись величественные края отвесной скалы, а в нескольких сотнях метров от нас возвышалась арка из жемчужного песка. Старинные и большие врата в темноту казались тем не менее очень изящными, почти парящими над полом. Вырезанные прямо в песчаной скале тритоны и русалки, диадемы и трезубцы рассказывали историю когда-то живших здесь существ. Очень печальную историю. Вместе с тонкими фигурами хранителей с полотна арки на нас смотрели чудовища, поросшие тиной и присосками, с щупальцами осьминогов на голове и вместо ног, с хвостами змей и ящеров. Не верилось, что их могла породить природа. Я вспомнила свои кошмары.

Мерлея низко склонила голову и поплыла вперед. Я покорно последовала за ней. Но, главное, молча! Все путешествие было для меня испытанием терпения, принятия и силы воли.

– Мы не знаем, что происходило тогда и как наш мир снова пришел в равновесие, но это было страшное время вечной войны и, по нашему летоисчислению, совсем не далекое. Знания, творения, летописи – все было утеряно или уничтожено. Что-то – чтобы не попало в жестокие руки, что-то – этими же руками.

– А теперь их нет?

– Кого нет?

– Этих монстров. – Я указала на силуэт крупной фигуры тритона с плавниками на спине и руках, огромными пустыми глазами и длинным змеиным хвостом, собиравшимся кольцами вокруг хрупкой русалки.

– Не думаю, что они когда-то были. Мы полагаем, что это все фантазия художников, зашедшая слишком далеко. Мы знаем, что были две враждующие стороны, но считаем, что внешних отличий в них не было. Почему и за что они сражались, мы можем только догадываться, чьими потомками мы являемся – тоже. Если верить вратам Веллы, то есть «победы», в нашем мире должны царствовать эти монстры. Но их никто никогда не видел, а мы совсем на них не похожи.

Я посмотрела на нижний правый барельеф: руины, поникшие хрупкие тела и гигантские осьминоги, короной парящие над ними. Я вздрогнула, будто ощутив отчаяние хранителей. Я уже давно начала замечать это необычное свойство неодушевленных предметов подводного мира, они все хранят энергию и передают тому, кто готов ее принять.

– Но какой смысл победителям изображать себя чудовищами?

– Никто не знает.

– Неужели выжившие не передали это поколениям?

– Летописей мы не нашли, свидетелей тоже. И как появились врата, и зачем они нужны, и почему библиотека называется королевской. Все, что у нас есть, – это таблички, указатели, какие-то частичные упоминания. И если души, уже перешедшие на другой уровень, что-то и знали, то нам остается только гадать или, что мы и делаем, принять тот факт, что это необъяснимое и прекрасное Варта навсегда останется для нас загадкой, как и вся история, ему предшествующая.

– Но как вам это удается? Я бы не смогла спать!

– Может, день или два, – улыбнулась Мерлея, – а потом… у нас столько забот, что тебе было бы просто не до загадок. Уверена, если это важно, в скором времени сюда явится душа, способная вернуть нам наше прошлое, но до этих пор нам нужно заботиться о будущем, чем мы сейчас и занимаемся.

– А в чем твоя миссия? – неожиданно для самой себя спросила я.

– Эстер, – так просто ответила русалка. – Она заботится обо всех нас, а я забочусь о ней. Не все миссии грандиозны, как твоя, но все несут свой вклад в процветание. Ведь не будь меня, ты бы не оказалась здесь. – Она нежно посмотрела на меня, а потом опустила взгляд к своим рукам. – Нам нужно спешить.

Мы направились к величественным вратам Веллы. То, что открылось моему взору за аркой, привело меня в еще большее недоумение и разочарование. Холод и темнота, местами поваленные на бок шкафы, разбитые рамки и посуда, пустые книжные обложки и миллионы миллионов листов, пестрящих закорючками морского языка. Все мирно покоилось на полу огромного зала, еще смутно помнящего бывшее величие и богатство интерьера.

– Нет, не могу поверить, что вы оставляете это вот так уже сотни лет! Вы, Хранители, воплощения гармонии и баланса, смирились с этим беспорядком, с этой катастрофой! Вы с таким трепетом относитесь к своим миссиям и традициям, но можете оставить это место в таком состоянии?

– Всему свое время.

– Но если сюда придет несколько десятков человек, вам понадобится не больше месяца.

– Неужели ты думаешь, что мы этого не понимаем? Это просто не наша миссия. Об этом месте знают и должны знать только целительницы, это все, что нам известно.

– Видимо, это уже не так, раз сюда привела меня ты, а не Эстер. И тот тритон…

– Эстер не здесь, потому что сходит с ума в таких местах. Ты заметила, она читает мысли. То есть колебания твоей энергии. Такая же существует в книгах и во всем, что хранит в себе информацию. Здесь слишком много таких источников. Она просто не сможет контролировать все эти потоки.

– Вы ведь даже не знаете, что здесь хранится. Почему не разобрать тут все?

– Зачем? С чего нам заниматься тем, что нам не нужно и не доставляет удовольствия? Когда будет необходимо, придет тот, кто с увлечением возьмется за эту работу. Игнис уже составила несколько книг, основываясь на знаниях, найденных здесь и тех, что передали ей предыдущие целительницы. Медленно и кропотливо мы восстанавливаем утраченное.

Я еще раз с ужасом оглядела помещение. Меня затрясло. Мне захотелось кинуться поднимать стеллажи, убирать осколки и по листику собирать книги.

– Ты не поймешь ни слова, – будто прочитав мои мысли, сказала Мерлея, – по крайней мере сейчас. А потом, кто знает, может, однажды ты и вернешься. Думаю, этому месту нужен перфекционист.

И Русалка поплыла вперед, сканируя взглядом листы на полу. Свет попадал в зал только из узких горизонтальных просветов под самым потолком, и его еле хватало, чтобы различить силуэты вещей. Как Мерлея успевала с такого расстояния окинуть взглядом страницы, я не понимала. Может, ей тоже удается считывать их энергию?

Через несколько минут мои глаза привыкли к полумраку и тоже начали воспринимать книжные символы. Я старалась запоминать последовательности, пытаться отыскать закономерности, но тщетно. Когда я уже совсем отчаялась, в голове промелькнуло мутное изображение. Я будто увидела этот зал, только освещенный теплым белым светом драгоценных минералов. Возможно, именно знакомый набор морских букв вернул меня в один из забытых снов. Я остановилась и снова осмотрела зал. Изображения быстро сменялись в голове, и было сложно сосредоточиться хотя бы на одном, но, упуская детали, я все же улавливала смысл. Внезапно я ощутила легкое прикосновение. Мерлея уплыла вперед, поэтому я могла лишь надеяться, что это не злой дух библиотекарши, восставшей, чтобы спросить у меня читательский билет. Так ведь бывает в книжках? Но нет, это чувство было лишь дополнением к мелькающей ленте моих воспоминаний.