Чтение онлайн

Вы скажете, что я ведь могу поменять свой товар например на серебро, и вроде бы все должно быть честно, но как бы не так.

Все опять запутанно.

Например, я хочу купить сотню греческих военных палаток и за каждую палатку я даю гривну (400 грамм) серебра, а продавец крутит головой и говорит, что я его обманываю и требует с меня греческие серебряные монетки.

Торговец достает серебряную монетку и показывает мне десять пальцев, типа за одну гривну серебра он даст 10 серебряных монет, а вот палатка стоит аж 25 монет.

Я кладу десять серебряных монет на одну чашку весов, а на другую кладу гривну серебра. Потом пытаюсь выровнять вес и получается, что моя гривна весит как 23 монетки. Показываю два раза по десять пальцев и говорю, что поменяю гривну на двадцать монет, а торгаш сворачивает кукиш, сует мне его в нос и говорит, что мое грязное серебро стоит всего 10 монет.

Вот из-за такой торговли, я чуть не объявил антигреческий поход в отдельно взятом городе, в Херсонесе. Достали мошенники конченные, но я вам отомщу, я вам покажу что такое МММ и ничем не обеспеченные зелененькие бумажки дяди Сэма, вы уроды не с тем связались.

Вот в таком плохом настроении, когда меня практически обули на серебро я и наткнулся на лавку стеклянных бутылок. Постоял, посмотрел товар, покрутил в руках, а потом случайно взял и уронил бутылку. У хозяина лавки чуть инфаркт не случился, но сука-бутылка упала на песок и не разбилась.

Я спросил у Прокла, что это так торгаш испугался.

А тот сказал, что товар очень хрупкий и дорогой.

Я скривил губы и презрительно толкнул ногой бутылку к хозяину, типа "дерьмо товар, продавай лучше медные кувшины, они крепче и дешевле, ведь ни один медный кувшин никогда не разобьется упав на землю".

Теперь уже торгаш скривил губы и сказал, что северный гость (намек на то, я то я варвар) ничего не понимает в красоте винного напитка, что играет всеми цветами радуги в прекрасном стеклянном кувшине, эльф бля недоделанный.

– Сом - я наклонился к уху своего заплечных дел мастера и тихо произнес - установи наблюдение за этой лавкой и выясни, кто и откуда привозит товар. Я хочу узнать, где тут мастерские.

– А зачем?
– так же тихо произнес Сом.

– Нужно выкрасть пару мастеров и увезти их в Полоцк.

Рожа Сома расплылась в хищной улыбке. Ему было абсолютно плевать на стекло и на новые кувшины, а вот провести спецоперацию на территории противника. Это именно то, о чем мечтает настоящий спецназовец. Сама мысль о там, что можно наказать жадных греков вскипятила кровь Сому, и он приступил к бурной деятельности.

Мы провели на полуострове почти десять дней, и как только мои люди сказали, что готовы к проведению операции похищения мастеров, то я засобирался в поход.

Самое главное я узнал и увидел реальные торговые возможности крымских городов Византии, и эти возможности меня не впечатлили. Константинополь конечно может выставить более богатый ассортимент товаров, но мне пора реально заняться диверсификацией своих торговых рынков, пора идти на рынки прото Европы и рынки восточных государств.

А через несколько дней после отхода от Херсонесского порта мы пристали типа на привал и простояли там два дня, пока нас не догнал шестивесельный шлюп, на котором люди Сома привезли двух уворованных греческих мастеров стекольного производства. Промышленный шпионаж, это такое дело, тут главное не повредить товар, а товар у меня живой.

Городище моего наместника Тьмутаракани Яробуда мне не понравилось. Стена городища на реке Кубань была возведена в два человеческих роста, но имела ширину всего то сажень (1,5 метра). Стена была сделана только в одну сторону к полю, а вот на пристани, где в устье реки стояли с десяток маломерных чаек никаких укреплений не было вовсе.

Сам городище представлял собой десяток деревянных домов, поставленных из разобранных речных чаек, что сплавлялись от Воронежа до Тьмутаракани. Склады были завалены сушённой рыбой, шерстью и солью, что мой наместник активно скупал у греков, а вот самому наладить производство соли у моего ставленника ума не хватает.

Но это нормально, ведь никто не обещал, что какой либо мер или губернатор окажется умным, там в 21 веке самое главное, что бы он был предан как собака, вот их и ставят абсолютно преданных, но также и абсолютно тупых.

У меня не получилось даже как там в 21-м веке, мой оказался и тупой, и не очень преданный. Всё, на что хватило ума у моего наместника так это тупо менять мои товары на греческие товары, а с торговой пошлины жить себе припеваючи. Ну чистый чиновник образца 21-го века, про импортозамещение и обеспечение рабочими местами своего население этот наместник даже и не слыхивал.

– Слушай Валислав, а много ли врагов обитает около Тьмутаракани?
– спросил я у воеводы Тмутаракани.

– Так это царь, наезжают иногда кочевники, но мы им соль продаем, да и товары иные имеются, так бывает грозятся воевать нас, коли цену не снизим, а так живем спокойно.

– А сколько рядом с вами воинов у ворога имеется, что за люди, сколько в поле выставить смогут коли война начнется?

– Так это. И не знаю я сколь их там, да и бес с ними, как пришли так и уйду, а у нас вон корабли есть, коли оборону не сдюжим, то просто водой уйдем, товар конечно жалко, но людей у нас мало, их беречь нужно.

Да, тут и думать нечего. Воевода при наместнике такой же упоротый, он думает, что я их тут типа в Артек на курорт отправил, а воевать они ни с кем не собираются, и я думаю, что от слов про национальные интересы и честь царя Чеслава моих чиновников как Дракулу от чеснока корежить начнет.

Я просидел в Тьмутаракани почти месяц, так как все припасы запасенные еще на Дунае уже подходили к концу, а мне плыть до Воронежа еще целый месяц, но затягивать время отплытия нельзя, по моим подсчетам уже наверное сентябрь, вон и зерно на рынке в Крыму появилось, а это значит, что мне пора в путь.

Пока мои торговцы выезжали в степь на закупку баранов и коз, я со своими людьми оказывал активную помощь местному губернатору, мать его так, урода посильную помощь в строительств крепости.

Показал как готовить и сушить саманный кирпич из обычной глины и травы, потом как из сушенного кирпича ставить стену. Мы прямо перед городом выложили на просушку несколько тысяч огромных саманных кирпичей, и каждые два-три дня специально обученные людишки выходили в поле, что бы переворачивать эти кирпичи. На 40 градусном солнце уже за две недели наши кирпичи превратились в настояшие цементные блоки, из которых мы и сложили новую коробку огромного склада. Для того, что бы соорудить крышу этого склада пришлось разобрать с десяток деревянных строений.