Варяг. Мечи франков
Шрифт:
В общем, схема простая и не одними лишь язычниками практикуемая [6] . Одни трудятся, другие сражаются, а третьи с бубнами пляшут и лучшие куски с чужих тарелок на свои перекладывают.
Однако если составленная Сергеем на основе чужих рассказов картина правдива, то вряд ли Хрольв отыщет на острове поддержку. Потому что настоящим хозяевам острова участие руян в походе на франков не выгодно при любом развитии событий.
Если поход закончится неудачно и дружина руянского князя на чужбине сгинет, жрецам от этого прямой убыток. И число защитников убавится, и авторитет бога понизится: не защитил же. А если, напротив, большой поход окажется удачным, то он, как и всякий удачный поход, поднимет авторитет в первую очередь именно князя. А зачем жрецам князь с авторитетом?
6
Пример подобной организации – распределение обязанностей, предложенное Римским Престолом диковатым готским вождям, коих смущало христианство. В особенности же заповеди «не убий» и «не возжелай». А уж непротивление насилию как-то в готский воинственный менталитет совсем не укладывалось. Но мудрая Церковь разъяснила: не все христиане в равной степени христиане. Есть простой люд, ничтожное сословие. Этим, как потомкам Адама, суждено проливать пот, и не более. На них ограничения и заповеди распространяются в полной мере. Есть священническое сословие. Этим тоже нарушать правила нельзя. И кровь нельзя проливать, и многое другое, благородному человеку приятное. А есть господа вожди, кои к Христу много ближе. Поелику готовы, как сам Христос, проливать кровь за святое дело. И им можно. И свою проливать, и чужую. Но исключительно если война, в которой они ее льют, правильная. А если неправильная, то нельзя. За это – лишение Божьей поддержки на этом свете и вечные муки – на том. Но им, благородным воинам, совсем не обязательно и даже нежелательно самим разбираться, какая война правильная, а какая нет. На то есть праведные и компетентные, то есть священники. Они и помогут, и подскажут, кого вождям можно резать и грабить без ущерба для души.
По словам Ререха, тамошний князь авторитет повысить очень хотел, не говоря уже о повышении благосостояния, но без санкции жреческого руководства действовать не решался. Те совместные акции, которые варяги с ними проводили, назвать большими было бы изрядным преувеличением. В сравнении с ними даже зимний поход на чудь выглядел эпохальным. Княжич тоже полагал, что серьёзную поддержку Хрольв на Рюгене не получит. А скорее всего, вообще никакой не получит. Тем не менее Стемид порекомендовал Хрольву на Рюген-Руян заглянуть. Большая политика? Рассчитывал, что Хрольв попробует ограбить здешнее капище?
Ну да судьба Рюгена – не проблема Сергея. Ему и Париж завоевывать не обязательно. А на нынешних франков он в любом случае посмотрит. И на прочие народы сего времени.
Информация, как полагал Сергей, важнее пары-тройки серебряных чаш. Даже целой тонны серебра важнее. Так было в его прошлой жизни, так будет и в этой.
Так что не за славой Сергей нынче идет, а за ней родимой. Собирать же информацию в эту славную эпоху лучше всего не в одиночку, а в составе большого нурманского флота. Информацию и нужные знакомства. И франкские мечи. Потому что за них можно приобрести то, что серебром не купишь: благорасположение вождей. Ярлов, князей, конунгов. Проверено личным опытом. А где их делают, франкские мечи? Естественно, в землях франков.
О том и речь.
Путь до острова Рюген получился долгим, но относительно спокойным. Погода баловала. Опасность военного столкновения возникла только раз: когда слева по борту показались высокие берега самого острова.
Синее море, белые кручи, над кручами – яркая зелень…
Дивная картина, которую немного подпортили с полсотни мелких корабликов, хищной стаей бросившихся на перехват объединенной флотилии.
Вольные островитяне – охотники решили, что бог преподнес им подарок в виде трех кораблей Стевнира, обогнавших остальную флотилию.
Однако… фиаско, как говорят потомки великих римлян.
И что особенно неприятно для мелких хищников, так это то, что от крупных нас им не удрать. По скорости даже самая тихоходная снекка играючи достанет самый проворный баркас. И пиратики это знали. Так что, обнаружив, что торчащий из норы хвост оказался не лисьим, а драконьим, храбрые охотники затормозили и приготовились дорого продать свои разбойничьи жизни. Ну или продемонстрировать подобную готовность, справедливо полагая, что даны вряд ли полезут в драку, которая обещает не прибыли, а потери.
Обошлось без драки.
К месту потенциального конфликта подтянулись варяги и разрядили ситуацию. К вящей радости островитян.
Ну да. Это в прошлой жизни Сергея Рюген был могучим оплотом язычников и грозой данов и германцев. Ныне они так, мелочь флибустьерская. Но мелочь дружественная. Варягам.
А даны… Даны с варягами, следовательно, тоже не враги.
В общем, добычи не будет, зато по случаю чудесного спасения непременно будет праздник.
Глава 8. Рюген
«А отличное место», – размышлял Сергей, попивая рюгенское, вернее, руянское пиво в тени руянских дубов, под которыми хлебосольные хозяева разместили праздничные столы. Первоклассная база для набегов на сопредельные территории. Например, на тех же данов. Или германцев.
Нет, это в прошлой жизни Сергея на ближних к Руяну берегах обитали германцы. В этой действительности носители огня и меча единственно правильной христианской веры еще не прошлись по здешним берегам, изничтожая язычество. Потому этот кусок балтийского приморья все еще населяли мирные словенские племена.
Ну, относительно мирные, мысленно добавил Сергей, вспомнив, какое впечатление на него произвел стольный град здешнего князя Гриня.
Такую крепость целой армии викингов не взять. С трех сторон – многометровые кручи, обрывающиеся в море; с четвертой, западной – высоченный, метров под двадцать, земляной вал, увенчивающийся двойной стеной, служащей каркасом для плотно слежавшейся глины. Судя по тому, что видел Сергей, вал этот насыпали довольно давно. Да и деревянная часть укреплений была не вчера возведена. Хотя до ветхости ей еще далеко. Замаешься штурмовать. И брать в осаду бессмысленно. Запасов внутри наверняка на пару лет осады. И собственный источник внутри. Причем не колодец, а приличный родник. Такой орешек куснуть – без зубов остаться.
Но иначе никак. Богатств здесь наверняка скопилось немерено. Как-никак главный храм главного здешнего бога Свентовита [7] , почитаемый не только на руянами, но и всеми западными словенами. Даже в прошлой жизни Сергея, когда христианские рыцари уже вовсю насаждали в здешних краях правильную веру, Свентовиту молилась большая часть местных. А закоренелые язычники, сбежавшие от крестоносных воителей на земли Руси, даже декларировали единство Свентовита и Сварога.
7
Свентовит, он же Святовит, возможно, даже Световид (но это неточно) – один из самых уважаемых богов западных славян. И если сфера его «деятельности» может быть интерпретирована по-разному, то сам факт существования его культа неоспорим, поскольку подтвержден как литературными источниками, так и археологией.
Однако Рюген того времени даже и не думал веру менять. И латы с ливами тоже достаточно уверенно отбивались от рыцарей-католиков, поскольку видели, что вместе с новой верой придет не только новая религия, но и новые хозяева. Чужаки.
Но это случится много позже, а нынче чужаками, пусть даже и условно дружественными, оказались варяги с нурманами. Посему в святилище никого из гостей не пустили. Но не демонстративно, а с более-менее удовлетворительным разъяснением. Дескать, эти мощные, изукрашенные резьбой ворота открываются только по праздникам и только для самых преданных почитателей Свентовита. Прочие же могут полюбоваться выглядывающей поверх ограды ярко-красной крышей и поразмышлять о вечном. Например, о покровительстве могучего и воинственного бога, что, незримый, лихо скачет по полю битвы на белом коне и вселяет ужас во всех врагов. Врагов руян, естественно. Собственно и в сам город-крепость, который жрецы полагали не более чем окрестностями храма, пустили немногих: Ререха с дюжиной варягов, Хрольва с парочкой приближенных. И Сергея как родича родичей.
Сергей местных понимал. В главном храме главного бога наверняка есть чем поживиться. Такое искушение для веселых нурманских парней.
Однако осторожность осторожностью, а законы гостеприимства священны. Так что большой пир состоялся. Снаружи. И руяне не поскупились. Яств и напитков хватило всем, так что большая часть воинства набралась до полного изумления.
А меньшая – нет. Хрольв не позволил. Поскольку знал: любимое время для коварного нападения – такой вот развеселый праздник. Да, боги не любят, когда нарушаются законы гостеприимства, но с богами всегда можно договориться. Особенно если боги свои, а гости – нет.