Чтение онлайн

Астахов взялся двумя руками за голову.

– Так я оставляю костюм с аквалангом? – поинтересовался майор, обращаясь к Астахову.

– Оставьте, конечно, оставьте… – измученно выдохнул Астахов. – Спасибо большое.

– «Спасибо» не булькает, – философски заметил Михалыч.

– Я не пью, – слегка улыбнулся майор.

– Я тоже, – ответил Михалыч. – Пить вредно. А хряпнуть можно.

– Вы только мне расписку напишите за костюм. – Майор протянул Астахову блокнот и ручку. – Он хоть и отслужил свое, но все же. Что я не продал ласты на блошином рынке, а передал на утилизацию разведке, так ведь? Пишите – и владейте!

Не выпуская своей головы из рук, Астахов тихо завыл на одной низкой ноте.

– Песня пустыни… – оценил, прислушавшись, полковник Боков. – Н-да…

Майор-спасатель понимающе кивнул:

– Кто в армии служил, тот в цирке не смеется…

Аверьянов гнал по шоссе под сто двадцать, и на душе у него было совершенно не радостно и абсолютно не спокойно.

Он вновь и вновь прокручивал в голове события последних часов. Получалось все время одно и то же: он втянулся в какую-то новую авантюру. Авантюру опаснейшую: после любой операции глобального масштаба рядовых исполнителей убирают, известно.

Втянулся он в эту историю или оказался втянут?

В данный момент это уже стало второстепенным вопросом. Настоящий штрих-кодер лежал у него в кармане, что открывало перспективы. Параллельные миры – это все, возможно, ерунда. Но на нем много кнопок, так, значит, много и функций. Что это за функции? Вот с этим надо в первую очередь разобраться.

Инструкций нет. О каком-то специальном обучении серфингу в параллельных мирах Коптиным не было обронено ни звука.

Значит, тут должна быть какая-то простая разгадка. Если от всей этой современной суеты отъехать подальше, то можно будет, видимо, и разобраться. Главное – подальше отъехать. Отъехать надо самому, при этом не отъехав крышей. Раскинем мозгами.

Краткий анализ момента. Что имеем?

Друзья-разведчики ищут на дне «Лебединого озера» помесь сотки с дистанционкой. Будут искать долго, может, и до осени.

Но до осени – это не нужно, это слишком. Достаточно трех секунд. Если добраться до спасительного люка. А для этого нужно доехать до дому, до своего телепортатора, хронотопа. Дальше тут же отключайся от местного времени и думай в других эпохах хоть год своего биологического времени. Сюда можешь вернуться наносекундой позже своего отбытия – никто из современников не заметит твоего отсутствия. Это для тебя будет год, а для них – секунды не пройдет. Исчез и тут же вернулся. Лишь бы добраться до дому.

Знают ли друзья-разведчики о том, что у него в специальном огромном подземном боксе под гаражом стоит самый современный телепортатор, находящийся в частной собственности, так сказать? Машина современнейшая, сделанная как для себя, а не для «дяди».

Телепортатор, купленный готовым, сделанный по заказу вояк, оказался просто богатейшей коллекцией недоработок и ляпов – ведро с гайками. Естественно, его делали для Министерства обороны, а значит, за гроши, ибо сколько денег из бюджета МО ни выделяй, неизменно 99 % уходят в откат зажравшимся генералам.

Естественно, что ООО «ЕДА» (Екатерина, Дороня, Алексей) отказалось от него, положив глаз на другую машину, созданную в том же самом ОКБ «Хронотоп», но совершенно иного качества и, главное, в иной модификации.

Этот хронотоп был собран на заказ, специально «налево», с целью продажи мимо госструктур, за черный нал. Как любая левая продукция, хронотоп не был зарегистрирован и не состоял нигде на учете. О появлении на свет божий этого хронотопа никто Госхронадзор в известность не ставил.

На Комитет по делам подпространств при Правительстве РФ, на Федеральную погрантаймслужбу, Гохрон-Гохран, на Таможенный комитет безвременных перевозок, Министерство бывших иностранных и прошлых внутренних дел – на все государственные службы они с присвистом положили.

Даже на Первое Главное управление НКВД по борьбе с прошлогодним снегом.

Николай вспомнил, как они вывозили хронотоп, «яйцо», размером с половину железнодорожного вагона, с режимного предприятия, не имея на это ни малейшего права – ни разрешений, ни пропусков…

Увидев впервые полированное «яйцо», застывшее под сводами огромного цеха, сияющее всеми оттенками радуги, Николай ахнул от восхищения.

– Оно? – спросил зам Генерального конструктора.

– Оно! – выдохнул Коля.

– Забирай! – махнул рукой зам с оттенком отчаянной решимости: видно было, что ему жаль расставаться со своим детищем. – За три лимона – даром, считай, достался тебе.

– Ну уж, даром…

– Не сомневайся. Сейчас за один штрих-кодер параллельных пространств – только! – на черном рынке до пятидесяти миллионов могут предложить. Только их нет. Спрос огромный. Все что-то такое слышали… А предложения – нет! А тебе вон – новейший хронотоп, и всего-то за три ломтя зелени! Другой бы хоть в евро потребовал бы: Америка-то скоро накроется.

– С чего бы?

– Ходит слушок, – уклонился от прямого ответа зам. – Словом, почти задарма такую тачку отдаю! Бери!

– Что ж так – себе в убыток-то? – не без ехидства спросил Николай.

– Надежность и безопасность сделки тоже чего-то стоят, – совершенно серьезно объяснил зам. – Ты человек известный. Проверенный: рабами торговать не будешь, с Монтесумой насчет ацтекского золота торговаться не станешь…

– Без сомнения, – кивнул Аверьянов, совершенно не предполагавший в тот момент, что еще до конца осени по местному локальному времени ему придется с помощью данного хронотопа и работорговлю развернуть, и к Монтесуме наведаться…

– Я вас не подведу, вы не волнуйтесь.

– Вот потому и отдаем по себестоимости. Отличный хронотоп! Смотри: самая продвинутая модель. В мире, заметь!

– А как его вывезти?

– То есть? – не понял вопроса зам.

– Я говорю, как его вывезти за пределы предприятия?

– Как? – ответил зам вопросом на вопрос.

– Да, вот именно – как? Ни один тягач его не потянет, по-моему. Да в цехе и ворот я не вижу для приличного тягача. Только на спецплатформе, на рельсах, прорубив стену… Ну, как стратегические на пусковую тянут… Тепловозом! Только!

– Только? – недоверчиво мотнул головой зам, с трудом удерживаясь, чтобы не расхохотаться.

– Другого способа не вижу… – кивнул Аверьянов. – А кстати, пропуск-то есть на вывоз? У вас я здесь насчитал шесть бетонных периметров с колючкой, эскарп, противотанковый ров и контрольно-следовая полоса серьезная – метров семь. Это не считая овчарок между третьим и четвертым периметрами: снуют как тараканы, молча. Только зубами лязгают. Есть пропуск-то на вывоз?

– Есть, – усмехнулся зам и, вынув из нагрудного кармана пиджака календарик, показал его Николаю.