Чтение онлайн

— Так значит, это правда. Ты и он. А я-то думала, у вас просто деловые отношения, — её лицо исказила двусмысленная улыбка. — Никогда не подумала бы, что ты в его вкусе. Однажды Морган говорил мне, что ему нравятся девушки в теле. Как наша пышка Ия. Неспроста же он с ней… кхм, усиленно тренировался всё прошлое лето.

Сабина специально потешалась надо мной. Хотела вывести из себя, пошатнуть моё эмоциональное равновесие и сломить не только в физическом (в который раз), но и в духовном плане. Если в битве с противником использовать только силу, то ты сразу обречён на проигрыш — золотое правило академии.

Я сделала глубокий вдох и протяжный выдох. Вместо переговоров мы соединили в бою наши клинки. Муляж использовали только первокурсники. Дальше тренировки становились настоящим зрелищем, и, кажется, наш поединок в этот раз снова привлёк внимание окружающих.

Я пыталась хоть как-то проявить себя в схватке. Когда наносила удар, она умело блокировала его и ловко уворачивалась от моих жалких попыток задеть её оружием. Блондинка не оставляла на мне порезов. И теперь моя хлопковая тренировочная форма была похожа на какие-то лохмотья.

Уже давно сгущались сумерки. На чистом безлунном небе появлялись первые звёзды. Недалеко от нашего общежития располагалась открытая просторная площадка. Мы всегда тренировались здесь перед сном. Без господина Эртона, конечно. Забавы ради.

Наша академия находилась довольно далеко от города и была скрыта от окружающих мощным оборотным заклятьем преподавателем тайных наук. Госпожа Олсопп заведовала ведьмовской кафедрой и учила практикующей магии лишь тех, у кого были на то способности. Я, увы, не входила в этот небольшой список элиты.

Но если кто и будет проезжать мимо учебного заведения, то не увидит ничего, кроме парочки полуразрушенных сараев и сгнившего со временем дома.

Тем временем студенты заключили нас в небольшой круг. Они стали накалять атмосферу: «Давай, Сабина! Покажи класс!» или «Кора, покажи пример, как не надо». Тут сквозь меня словно пробежал сильный удар тока. Не выдержав издёвок, я стала с ней биться в полную силу, по-настоящему, и напарница это заметила.

Она легко уклонилась от моего диагонального удара по плечу, но я всё же успела оставить на ней багровую отметину. Ей это, естественно, не понравилось. Теперь блондинка не стала меня жалеть и сноровисто сбила с ног моим же боевым приёмом.

— Так ты хочешь настоящей крови? — соперница прошептала прямо над моим ухом. — Уверена, потом будешь жалеть. Ты же знаешь, что меня не одолеть.

— Мы это ещё посмотрим, — и ударила её по лицу тяжёлой рукояткой меча.

Сабина злобно фыркнула и сплюнула кровь в сторону. Она с размаху выбила меч из моих рук и швырнула его под ноги ликующей толпе. И это был мой шанс. За долю секунды я успела вскочить на неё и сделать захват бёдрами. Мы разом повалились на землю. Теперь шёл бой без правил.

Роуз поняла моё намерение лишить её воздуха и успела просунуть руку к своей шее, частично давая себе возможность высвободиться. Девушка перевернула ладонь и так сильно сжала мою мышцу на ноге — такой приём называют «конским укусом» — что я чуть не взвыла от боли. Но, стиснув покрепче зубы, я не издала ни звука и только усилила хватку. Ей пришлось бросить меч, чтобы полноценно драться на кулаках.

Я знала, что Сабина ещё та стерва и к победе она, как таран, всегда шла напролом. Однако, в одном она была права: мне не выиграть этот бой, будь он на кулаках или даже на адской стали.

— Что ж, будь по-твоему, — прохрипела блондинка, прекрасно понимая, что без реально выбитого глаза я не уйду с ринга.

В мгновения ока Сабина с лёгкостью высвободилась из моего провального удушающего захвата, вскочила на ноги и, без каких бы то ни было сожалений, демонстративно вывихнула мне левое плечо. Кажется, мой крик услышала вся академия. Такую боль не сдержать, но для противницы этого было мало. Она решила в насмешку повторить мой приём. Ловко встав за спину, сделала удушающий захват своим правым предплечьем. Око за око, как говорится, удар за удар.

Зрители были в восторге, но их крики меня уже мало волновали.

Хоть я и была не из последних солдатов академии, но отбиться от моей жестокой подруги было невозможно. Её мышцы, словно сталь, крепко сдавливали моё горло в тисках и медленно лишали меня кислорода. Оставалось только ждать, когда я просто потеряю сознание.

«СА-БИ-НА! СА-БИ-НА!» — хором выкрикивали студенты, в ритме размахивая над своими головами тренировочным оружием. Но с каждой волной звука я слышала их голоса всё отдалённей и отдалённей. Будто погружалась в воду. И, поверьте, я этого хотела.

Я снова проиграла бой. Сколько можно?! Когда-нибудь я всё же уложу её на лопатки, и тогда посмотрим, кто будет смеяться последним.

И вот настал долгожданный момент тишины и покоя. Но вместо обещанного, пусть и временного, бессознания в толпе торжествующих студентов я увидела его. Знакомый облик моего спасителя. Прекрасное лицо мужчины, который где-то два года тому назад вытащил меня из Забвения. Буквально. Я помнила всё в мельчайших деталях. Это роковое событие никогда не вырвать из моей памяти.

Забвение — это место проклятых душ. Там никто не царствует и там нечем править. Если в этой пустоши что-то и есть, так это бескрайний горизонт с одинокими скалами. И снова песок, и снова камни. Там даже не видно неба — всё застилает туман. Ты не чувствуешь ни голода, ни холода, ни вообще чего-либо. Чистилище создано так, что скитающихся душ там много, но встретить их ты никак не можешь. Здесь обитают одинокие фантомы, с которых не смыть грехи земной жизни. Их не очистить от негативной энергии. Всё, что там тебе суждено познать, так это одиночество, тишину и уныние.

Не знаю, сколько я там пробыла, но помню, что внезапно очнулась от этого гипнотического наваждения. Пытаясь найти выход, просто скиталась по кругу.

…И вдруг нашёл меня он.

Какой же мучительный был у него взгляд: такой чарующий, но словно скрывающий под собой смертельные удары хлыста. Это были глаза мученика. Не знаю, что именно этому мужчине пришлось пережить, но сейчас я была будто очарована им. И, похоже, он ответно был очарован мной. Я даже не обратила внимания, во что он был одет, но, кажется, это было что-то вроде чёрной изношенной, местами даже порванной, мантии, покрытой толстым слоем пыли. Я не удивилась этому, ведь сама стояла в грязном ободранном платье.