Чтение онлайн

— Необходимо, исходя из благоприятно сложившейся обстановки на среднем течении Дона, наметить проведение новой наступательной операции силами Юго-Западного и левого крыла Воронежского фронтов. Цель — расширить фронт наступления и нанести врагу дополнительный и по возможности как можно более чувствительный удар в общем направлении на Миллерово, Ростов. Это позволит создать условия для полного разгрома противника на южном крыле советско-германского фронта и вместе с тем, при наличии наших активных действий на тормосинском направлении, надежнее обеспечить с запада ликвидацию окруженной группировки противника. Прошу вас, товарищ Василевский, в ближайшие дни вместе с командующими Юго-Западным и Воронежским фронтами рассмотреть этот вопрос и представить в Ставку соответствующие соображения.

Затем Сталин спросил, как действовал генерал Вольский и его корпус. Василевский ответил, что они действовали отлично.

— Вот что, товарищ Василевский, — сказал Сталин. — Раз так, то я прошу вас найти там, на фронте, хоть что-нибудь пока, чтобы немедленно от моего имени наградить Вольского. Передайте ему мою благодарность, наградите его от моего имени и дайте понять, что другие награды ему и другим — впереди.

У Василевского был трофейный немецкий «вальтер». Он приказал прикрепить к нему дощечку с соответствующей надписью. Встретившись с Вольским, поздравил его с успехом, передал ему слова Сталина и от его имени этот пистолет. И, как вспоминает Василевский, командир корпуса испытал такое потрясение, что тут же, не стесняясь, зарыдал, как ребенок.

В ночь на 24 ноября Василевский поставил командующим Юго-Западным, Донским и Сталинградским фронтами задачи по ликвидации окруженной группировки. Однако наступление, предпринятое утром, успеха не имело. «В наших исходных расчетах, на которых основывалось решение об уничтожении окруженного противника действиями с ходу, была допущена серьезная ошибка, — отмечал позднее Василевский. — По разведывательным данным из фронтов, принимавших участие в контрнаступлении, а также разведывательных органов Генерального штаба, общая численность окруженной группировки, которой командовал генерал-полковник Паулюс, определялась в то время в 85–90 тыс. человек. Фактически же в ней насчитывалось, как мы узнали позднее, более 300 тыс. [261] Значительно преуменьшенными были наши представления и о боевой технике, особенно артиллерии и танках, и вооружении, которыми располагали окруженные фашисты. Мы не учли тех пополнений, которые поступали в соединения 6-й полевой и 4-й танковой немецкой армий в процессе их наступления и обороны, и огромного количества частей и подразделений всякого рода специальных и вспомогательных войск, попавших в “ котел”. Между тем личный состав этих войск в большинстве своем был использован в дальнейшем для пополнения боевых частей». [262]

А. М. Василевский, координируя действия фронтов в операции «Уран», одновременно занимался проработкой вопросов, связанных с новой Среднедонской операцией. 25 ноября он вместе с генералами Вороновым и Новиковым прибыл в штаб Воронежского фронта. Здесь они совместно с командующим фронтом генералом Голиковым провели рекогносцировку местности. 26 ноября такая же работа была проведена и на правом крыле Юго-Западного фронта. После этого Василевский, вернувшись в Серафимовичи, доложил Сталину о проделанной работе, а также о необходимости ускорить переброску соединений и частей 1-й гвардейской армии.

Цель Среднедонской операции состояла в разгроме силами Юго-Западного и Воронежского фронтов итальянской 8-й армии, немецкой оперативной группы «Холлидт» и остатков 3-й румынской армии, а в последующем в развитии контрнаступления на сталинградско-ростовском направлении. По предложению Василевского решением Сталина от 27 ноября в состав 5-й танковой армии передавался 5-й механизированный корпус, а Донскому фронту — 21-я армия. В составе Юго-Западного фронта оставался 3-й гвардейский кавалерийский корпус, без танковых полков. [263]

3 декабря, а не 2-го, как пишет Василевский, Сталин директивой № 170 697 утвердил план операции, присвоив ей кодовое наименование «Сатурн». [264] Координация действий Юго-Западного и Воронежского фронтов была возложена на генерала Воронова, а Сталинградского и Донского фронтов — на генерала Василевского. В его распоряжение передавалась вся авиация обоих фронтов, а также поступающий на Донской фронт корпус бомбардировщиков Пе-2. Сталин также одобрил предложение Василевского о выводе 1-го механизированного корпуса на рубеж р. Дон в район Еланской, чтобы использовать его для нанесения сильных ударов по флангам и тылу наступающей немецкой группировки и разгромить ее. Кроме того, Василевскому разрешалось выделить в свой резерв один танковый корпус для усиления при необходимости Донского или Сталинградского фронтов.

29 ноября Василевский прибыл в Заварыгино, где размещались командный пункт и штаб Донского фронта. Отсюда он руководил действиями обоих фронтов. Однако все попытки в первых числах декабря расчленить и уничтожить окруженную группировку успеха не дали. Противник, опираясь на сеть хорошо подготовленных инженерных оборонительных сооружений, оказывал упорное сопротивление. По предложению командующего Донским фронтом Сталин 4 декабря обязал его и командующего Сталинградским фронтом не позднее 18 декабря завершить подготовку новой операции по разгрому окруженной группировки врага. Операция получила кодовое наименование «Кольцо». Одновременно Сталин направил Василевскому распоряжение № 170 698, в котором выразил недовольство его действиями как представителя Ставки: «Ваша задача состоит в том, чтобы объединять действия Иванова и Донцова. [265] До сего времени, однако, у вас получается разъединение, а не объединение. Вопреки вашему приказу 2 и 3 числа наступал Иванов, а Донцов не был в состоянии наступать. Противник получил возможность маневра. 4-го будет наступать Донцов, а Иванов оказывается не в состоянии наступать. Противник опять получает возможность маневрировать. Прошу вас впредь не допускать таких ошибок. Раньше, чем издать приказ о совместном наступлении Иванова и Донцова, нужно проверить, в состоянии ли они наступать». [266]

Василевский, комментируя этот документ, отмечал, что основной причиной неудачи операции являлся недостаток сил. Кроме того, по сведениям разведки, Главное командование Сухопутных войск с целью деблокирования окруженной группировки и восстановления в районе Сталинграда утраченного положения создавало на юго-восточном участке фронта группу армий «Дон» во главе с генерал-фельдмаршалом фон Манштейном. В составе армейской группы «Гот» для нанесения деблокирующего удара были созданы две ударные группировки: одна — в районе Котельникова, другая — в районе Тормосина.

Довольно тревожная обстановка на южном и юго-западном фасах внешнего фронта окружения требовала его дальнейшего усиления за счет войск внутреннего фронта. По указанию командующего Сталинградским фронтом в состав 51-й армии были переброшены 13-й танковый корпус, несколько отдельных танковых и артиллерийских полков. По предложению Василевского на Донской фронт из резерва Ставки направлялась 2-я гвардейская армия генерала Малиновского, а также ряд других частей и соединений. В составе Сталинградского фронта приказом № 170 699 Ставки ВГК от 8 декабря была сформирована 5-я ударная армия. Ей предстояло во взаимодействии с 5-й танковой армией уничтожить нижнечирскую и тормосинскую группировки противника, не допустить его прорыва из района Тормосин, Нижне-Чирская на соединение с окруженной группировкой врага в районе Сталинграда, а в дальнейшем наступать в общем направлении на Усть-Быстрянскую.

По указанию фон Манштейна штаб группы армий «Дон» разработал план операции «Винтергевиттер» («Зимняя гроза») с целью деблокады 6-й армии [267] . Замысел состоял в том, чтобы основными силами 4-й танковой армии нанести удар из района Котельниково восточнее р. Дон. Почему здесь? Ответ на этот вопрос дал фон Манштейн: «... П ротивник меньше всего будет ожидать такое наступление на восточном берегу Дона, так как при существовавшей на фронте обстановке сосредоточение в этом районе крупных сил было бы связано для немцев с большим риском. Поэтому противник вначале выдвинул только относительно слабые силы в направлении на Котельниково для прикрытия внутреннего фронта окружения».

Если же, полагал Манштейн, количество войск противника перед Котельниковом значительно возрастет, тогда «приказом был предусмотрен следующий запасный вариант: танковые дивизии 4-й танковой армии должны были быть срочно и скрытно для противника переброшены по западному берегу Дона на север, на донско-чирский плацдарм у Нижне-Чирской и наносить главный удар отсюда».

Каковы же были планы Василевского? В ночь на 5 декабря он, посоветовавшись с Еременко, совместно с Рокоссовским приступил к разработке нового плана ликвидации войск 6-й армии. «Должен сказать, что по вопросу о дальнейших действиях советских войск в районе Сталинграда в Ставку был внесен ряд предложений, — пишет Александр Михайлович. — Как мне стало известно, согласно одному из них, мы должны были прекратить действия по ликвидации осажденной армии Паулюса, оставить вокруг нее лишь охранные войска, поскольку она якобы не представляла угрозы, являлась вроде "зайца на привязи”, а все наши основные войска немедленно двинуть на Ростов-на-Дону, чтобы отрезать пути отхода фашистским войскам с Северного Кавказа. Это, по мнению авторов предложения, принесло бы нам большие выгоды, образовав на Северном Кавказе второй крупный “котел” для находившихся там неприятельских войск. И. В. Сталин поддержал мое отрицательное отношение к этому предложению. Верховное Главнокомандование на основе трезвого расчета не могло стать на этот путь, хотя он был заманчивым. Под Сталинградом находилась хотя и ослабленная, но крупная группировка противника, располагавшая мощной боевой техникой и далеко еще не лишенная боеспособности. Недооценивать ее, особенно в начале декабря, было ни в коем случае нельзя. И. В. Сталин отверг предложение "открыть ворота” Паулюсу, предложив его авторам оставить эту идею при себе» [268] .