Чтение онлайн

– Вот и умница, – он кивнул и распахнул дверцу машины, – прыгай.

Не хочу быть умницей! Хочу быть дурой беззаботной! Ничего не знать, греться на солнышке и глупо хихикать…

Сёва скосил на меня озадаченный взгляд и вырулил со двора.

– Итак, – начал он наставительным тоном, – напоминаю: про магическое дно ни слова, про твои похождения тоже! Описываешь в красках разрушение ретрансляторов на Храме, упираешь на единственную его кандидатуру и всеобщую мобилизацию магов. Если и дальше будет сопротивляться, попробуй пустить в ход свои чары… Кстати, колечко не забыла? Молодец!

– Какие свои чары? Вы о чём? – конечно, я понимала, что он имеет в виду, но отчаянно сопротивлялась это признавать, – У меня есть Ваня! Мы, между прочим, живём вместе, как муж и жена! А Вы мне предлагаете на глазах у него соблазнять Кощея?

Сёва хмыкнул и покачал головой:

– Хочешь, я Ивана вызову на пару часов в ЛюПарНас?

Я насупилась, скрестив руки на груди, и буркнула:

– Я подумаю…

Он проводил меня до дверей кабинета Кости и пожелал удачи.

Минут пять я топталась у двери, глядя на массивный замок и старый ключ в руке. Потом вздохнула и вставила его в скважину замка. Двери со скрипом открылись, словно приглашая меня войти.

Маячок висел на месте, ровно в центре кабинета. Я прошла на ковёр и бухнула сумку об пол. Значит, надо позвать их. Если сейчас девять в Москве, там вторая половина дня. А смотреть маячок они будут вечером. Ладно, подождём.

Кашлянула, пробуя голос:

– Я хочу к вам, откройте портал, – вроде, всё, чего ещё говорить? Может, лучше было позвонить Ване? Но настораживало, что могут слушать. Пусть лучше так. Схожу пока в столовую. Позавтракать с утра толком не успела.

В столовой было прилично народу. Кто-то пил кофе, кто-то полноценно завтракал. В общем, жизнь кипела. Родька помахал мне рукой от столика возле стены:

– Васька, иди к нам!

– Сейчас, кофе возьму и приду, место готовьте! – я улыбнулась им искреннее и побежала на кассу.

Голод – не тётка. К ребятам я вернулась с полным подносом. На кривые взгляды только отмахнулась:

– Есть хочу! Целыми днями одно кофе гоняю…

Они болтали о разной ерунде, а я кушала и мотала на ус.

Где-то в центре нашли мага, выпитого до смерти. Это уже серьёзно. Раньше хотя бы жизнь не пили.

Егоровна с утра какая-то недовольная, на всех бурчит. А когда у неё такое настроение, значит, у директора тоже. Как-то это взаимосвязано.

Ещё говорят, что пол предприятия в отпуск отправили. Правда, непонятно, с какой радости. Работы только прибавляется. Ретранслятор работает практически круглосуточно. Вот вчера, например, ОМПшники притащили парня к нам, в ЛюПарНас. В отделе у них очередь на чистку слишком большая.

Я застыла с вилкой у рта. Похоже, это те самые, вчерашние знакомые.

– Вась, – вдруг обратился ко мне Родион, – не знаешь, куда Константин Борисович делся? С утра его ищу. Очень нужен….

Я равнодушно пожала плечами:

– Что я ему, сторож? Он мне не докладывается. А ты у Всеволода спроси.

Родька скривился и махнул рукой с глубоким вздохом.

– Спрашивал.

– И?

– В командировке, сказал.

– Ну, значит, в командировке.

– Ага, а в бухгалтерии Олечка сказала, что в отпуске.

Зараза болтучая…

– Значит, в отпуске. Что за срочность?

– Прорыв на Бутырке. Сёва поручил мне съездить посмотреть. Только, что я могу без них? Ну, возьму я приборчик, ну, найду дыру, а дальше что? Ближайший свободный портальщик улетел в Турцию с женой. Ивана тоже нигде нет.

– Слушай, – я даже немного разозлилась на него, – твоё дело – съездить, посмотреть, дать оценку. Всё! Приедешь, расскажешь, что и как. Всеволод Воеводьевич сам решит, кого посылать.

– Может, составишь мне компанию, а, Вась? – он так жалобно посмотрел на меня, что я засомневалась. С одной стороны, я жду портал на Гоа, а с другой, они ещё часа четыре не выйдут на связь. Может быть, мы ещё успеем вернуться. И я решилась. Резко отодвинув поднос, кивнула:

– Поехали, только не долго, мне к обеду надо тут быть.

Родька расплылся в довольной улыбке и рванул к дверям столовой, крича на ходу:

– Встречаемся в холле, внизу, через десять минут. Я только оденусь и прибор захвачу!

Я решила, что мне возвращаться в кабинет Кощея не за чем, куртка на мне, сумочка висит через плечо. Деньги тут. Поэтому сразу спустилась вниз. По пути обратила внимание на лифтёршу. Она, и в самом деле, выглядела хмурой. Видимо, на неё тоже действует слабеющий ключ силы.

Через восемь минут Родион вылетел из лифта, потрясая ключами от машины.

– Во! Игорян спонсировал! Не придётся по метро толкаться, – и довольный распахнул передо мной двери, – стартуем?

– Только аккуратно! Соблюдаем правила!

– Конечно, – пшикнул он, – будь спок, Василиса! Я – водила крутой! Это у меня сейчас тачки нету. Продал полгода назад. Вот премию получим за квартал, возьму А5.

Старенький бумер взревел турбо движком и рванул с места. А Родька прямо кайфовал, практически дрейфуя на поворотах.

– У Игоряна тачка гоночная. Он столько сюда напихал! Клиренс посадил до минимума, что бы скорости прибавить. На гладкой дороге машина – зверь! Но зато через лежачих полицейских приходится на пузе переползать…

И он засмеялся. Я абсолютно не разделяла его эйфории, судорожно вцепившись в поручень и проклиная себя за то, что согласилась на эту авантюру. Живой бы назад вернуться!

А он решил просветить меня про место, куда мы мчались с бешеной скоростью.

– Бутырка всегда была самым страшным местом в Москве. И не потому, что там тюрьма. С незапамятных времён это место пропитано кровью жертвоприношений и чёрных обрядов. Люди – странные существа. Считалось, что богов надо задабривать кровью. Бр-р-р, мурашки бегают, я бы не смог жить в те времена!

Я хмыкнула:

– Ну да, теперь никто жертв не приносит. Сами себя закладываем на алтарь смерти. Кто курит безмерно, кто пьёт беспробудно, а кто гоняет, как сумасшедший! Родька, давай потише! Я жить хочу!

Тот скосился на меня и заметно сбавил скорость.

– Прости, я привык гонять. Обещаю вести себя примерно, не бойся.

– И часто вы в этот район выезжаете? – я успокоилась и отпустила поручень.

– Очень часто. Там место скопления силы. Прямой выход потусторонних миров. Он, конечно, закрыт, но регулярно прорывается. Ванька там свой маячок держит. Странно, что он не поднял тревогу до сих пор.