Чтение онлайн

Вася, сидевшая за барной стойкой с Ником, спиной к Мирославе, слышала все до единого слова.

– Я в шоке.

– Разве ты не этого добивалась?
– спросил Ник, сузив глаза, глядя на Васю.

– Сначала хотела, до определенного момента, - нахмурилась она, ответив на взгляд Ника. Шоколад его глаз не затягивал, как взгляд Паши парой минут назад. Что с ней происходит? Ее рука судорожно теребила дырки в штанине.

– Хочешь выпить?
– спросил Ник, на что она кивнула.

Пока режиссер фильма выпивал ликер, происходили самые, что ни на есть, Мексиканские страсти.

– Паша!
– крикнула Мира в пустоту, а затем выпила желто-голубой коктейль, который подал Тим, нахмурив взгляд на пьяную девушку, - Почему он со мной так?

– Наверно, потому, что ты пыталась меня поцеловать, - спокойно ответил Тим, лавируя голыми татуированными руками бутылками в воздухе. Его накаченное тело было напряжено. Девушки сидевшие за барной стойкой молча восхитились.

– Все вы мужики такие, - а далее Мира вскочила на подогнувшихся ногах, и разбила бокал о пол, - Козлы!
– осколки стекла так и остались блестеть на полу.

Затем на ватных ногах, которые были заточены в пятисантиметровые шпильки, она пошла вглубь клуба - к танцполу. Этого Василиса ждала, ждала, что сейчас Мира запятнает свою репутацию ко всем чертям, как когда-то она так сделала с Васей, что ей будет больно, что она потеряет все.

По мановению палочки Мирослава задвигалась в середине танцпола с неизвестным худощавым панковатого вида парнем, который нагло держал ее за бедра.

– Что за кислый вид? - улыбнулась подошедшая Юля, снимая на камеру горячие танцы Мирославы.

– Забудь, - произнесла Вася, показав кривую ухмылку.

Перед лицом появился Тим Мо собственной персоной с усталой улыбкой на лице и могучими руками, которые заставляли лавировать его машину, так, что остальные гонщики были непосильны сражаться с профессионалом. Но теперь эти руки не держали брутальный руль, а тонкое изящное стекло.

– Дамам, -он протянул бокалы, его улыбка стала шире, глядя на Юлю. Вася слегка нахмурилась.

– Все сделано, - теперь он одарил улыбкой и Васю.

– Спасибо Тим. Жду от тебя письмо.

– Ок, Дедушка Мороз, - прижав пальцы к виску и отняв их, он исчез среди других барменов.

– Смешной, - лишь произнесла Юля, отпив из бокала мохито.

Вася пробежалась взглядом по клубу. Слева народу практически не было, справа тоже, теперь ее голова посмотрела вперед к сцене. Сначала смешок подошел к горлу резкой лавиной, а затем глаза стали как плошки, наблюдая как Мира еле стоя на ногах, пыталась вырвать из рук ведущего микрофон. Охраны не было, а бедный чуть пухленький ведущий, после долгого сражения за микрофон, сдался:

– Девушка хочет что-то сказать.

– Эй, вы все!
– крикнула Мирослава в вожделенный микрофон, - Девушки, вы знали, что парни все. Все парни полнейшие козлы!
– пьяно бубнила она, - Они не достойны нас! Им нужно лишь во, - она знаком руки показала на свою грудь, - Вот что! Так что я хотела сказать, - она зависла на пару секунд, пока парни что-то нецензурное кричали ей на сцену, - Они не достойны нас! Пошли они..., - не успела она и докончить, как благоразумный ведущий отнял у нее микрофон и попытался выпроводить. Это же была Мира, да еще и в каком состоянии, а значит, она становилась еще заносчивее и границы, что были в малейшем ее понятии, стерлись мгновенно.

– Ты тоже козел!
– крикнула она ведущему, стукая его кулаками, а затем будто что-то поняв поплелась к гоу-гоу танцовщицам и присоединилась к ним.

Вася с немым недоумением глядела на Мирославу, боясь моргнуть и пропустить что-то еще более ужасающее. Последний раз Мирослава так напилась, когда приставала к Тиму, но это были лишь монашеский флирт по сравнению что творилось сейчас и что вытворила Мира.

– Вот творит, - свистнул Ник, глядя, как Мирослава увлеченно пытается танцевать в такт с бедной гоу-гоу танцовщицей в импровизированном, стеклянном огроменных размеров бокале в стиль с колонками.

Юля умело снимала танцы Миры на камеру, а Вася обреченно вздохнула, направляя по- прежнему взгляд на бывшую подругу, которая умело покачивая бедрами поплелась к парням за которые сидели за ноутбуками.

– Интересно-о, - протянула Вася, склонив голову на бок, словно недоверчивая птица.

– Скучаем?
– снова подошел к ним Тим, с новыми напитками и фирменной улыбкой.

– Поскучаешь тут, - махнула головой на сцену Вася, как услышала знакомые голоса, грохочущие на весь клуб: "Ты за это поплатишься! Сейчас!... В грязи ты! Не путай!". На лице застыло выражение полного поражения. Губы стали прямые как две полоски, а руки сжались так сильно с стойку, что покраснели. Рука Ника прижала ее к себе, что есть мочи.

Все без исключения пялились на огромный экран, который висел на стене клуба над сценой. Вася взглянула на изображение, где она еще тогда в апреле валялась в огромной луже за университетом, избиваемая подружками Мирославы, истерично смеясь. Сейчас ей снова хотелось засмеяться, глотая слезы.

– Что драться хочешь? Ну, так давай! Ну, бей же! Но знай! Пашенька то все! Тю-тю! Бросила я его! Как и сейчас при всех бросаю тебя! Горячо любимая мною ПОДРУЖКА!
– было слышно на весь клуб. Свой голос она бы узнала, даже через столетия.

Все что Василиса пыталась стереть, удалить с поля обитания, снова всплыло, но не перед ней, не перед ее друзьями, университетом. Перед более тысячью людьми.

– Вдыхай!
– крикнула в микрофон Мирослава, как ее, наконец, заключил в объятия Паша и вытолкнул со сцены.

Зеваки с увлечением кричали "бей ее!" смотря, как Мира ударяет Васю по лицу, кто-то просто молча не мог понять, что перед ними показывают.

– Просмотр окончен, - грянул в микрофон Паша, видео по щелчку выключилось. Только посмотрев на ноутбук, она заметила на сцене Марата говорящего с операторами.

Ноги понесли ее к выходу, так же быстро как возникла эта мысль. Сотни людей глядели на нее как на сумасшедшую. Уже шептались. "Это неважно". Ник побежал за ней, но ее ноги были быстрее и проворнее. Воздух заморозил ее нутро, стало комфортно. Она побежала к ближайшим одиноко стоявшим двум деревьям, которые переплетались между собой. Они были чуть позади клуба. Вася упала, подаваясь спиной назад спиной к коре дерева. Плакать не получалось, как бы не хотелось, от этого она начала ломать себе пальцы и сильно кусать губы вдыхая густую ночь разом - и телом и горечью.