Васина Поляна
Шрифт:
— Господи! Ну хоть и нет тебя, говорят… А ты помоги все же Валюшке. Ведь такой молоденький… Моего сына отняли, так хоть этого убереги. Сереженьке-то сейчас бы двадцать семь годочков исполнилось. Господи…
До недавних пор не рассказывалось гласно о таких трагичных судьбах. Это какие же барабанные надо было иметь сердца, чтобы не разрешать печатать рассказы о Валентине Рякине! Наверное, такие вот «барабанщики» равнодушно и неправильно оформили документы, по которым стал Рякин не сержантом, а рядовым. И пенсия была меньше положенной.
…А его все-таки приняли в бригаду настройщиков! Друзья по училищу № 9 Сергей Павлов, Риф Асаулов, Дима Смирных, Вова Чемизов, да что там говорить, вся бригада единодушно решила принять Валентина в свой коллектив. Кроме этих ребят, родных и доармейских еще друзей Валентина навещают однополчане, комсомольцы…
…Тихо в палате. Чуть слышно играет магнитофон на кровати Рякина. Неизвестный мне певец под гитару самодеятельно поет о русских парнях в Афганистане. Поет не очень чтобы… и стихи слабоватые.
Но я верю, придет новый Высоцкий, он громко и яростно прокричит на весь мир о наших мальчишках-афганцах.
…Бесшумно спят больные в палате интенсивной терапии, только Иван Васильевич Кабанов сладко похрапывает. Я тихонечко встаю и выхожу в переполненный кроватями коридор. На кроватях спят инвалиды войны, точно такие же, как и в нашей пятьсот тринадцатой палате.