Чтение онлайн

– Здравствуйте, – так же невозмутимо в тон ей прозвучал голос начальника над левым ухом.

Более неловкой ситуации она в своей жизни не помнила: ни она, ни он не хотели лететь вместе и тем более сотрудничать, но жизнь – весёлая штука, и обоим предстояло бок о бок трудиться над чем-то прекрасным, засунув свое предвзятое отношение куда подальше.

Вдруг решительный твёрдый голос ворвался в её мысли:

– Сразу проясним, – внезапно сказал Виктор, и Лив резко повернула голову в его сторону, – то, что было в кабинете Лиама, не повлияет на наше дальнейшее сотрудничество.

Она скептически подняла одну бровь, сохраняя нейтральное выражение лица. Весь её вид говорил: «неужели?», и на скулах мистера Ламберта заиграли желваки – очевидно, терпением его природа не наградила. Да и мозг между братьями был поделен далеко не поровну.

– Мой брат принял решение оставить в компании такого проблемного и конфликтного сотрудника, как ты, и нянчиться с ним. Не хочу разбираться в причинах. Это его право, – внешне босс казался спокойным, но стальной голос выдавал неприязнь, – если ты нанесешь урон нашей фирме, то будь готова к последствиям. И Лиам тебе не поможет.

Огромных усилий стоило сдержаться и не высказать все, что Оливия думала про этого неандертальца! Она ожидала нечто подобное и теперь морально была готова. Собрав остатки своего спокойствия в кулак, Олив ничего не ответила и снова повернула голову к иллюминатору.

Конечно, её проблемы – это только её дело, и, разумеется, никто не обязан в них вникать и уж тем более, помогать. Она давно привыкла справляться со всем сама. Но… как могут два брата быть настолько разными людьми? Лиам никогда не оставлял сотрудников в беде. Он подарил новейшую коляску для дочки их бухгалтера, Эммы, когда та развелась с мужем, а когда брат и сестра Тим и Элен остались практически на улице, – оплачивал аренду жилья несколько месяцев. Теперь босс оплачивает лечение её отца, и всегда поддерживает любого, кто работает с ним. В трудную минуту каждый знает, что получит поддержку Лиама.

Но Ламберт старший, казалось, просто ненавидел весь мир! Даже странно, что он тогда помог ей в автобусе просто так. Что это было? Проявление флирта или внезапный порыв щедрости? Он отвратительно общался с младшим братом и даже не виделся с ним по нескольку лет, а ещё рычал на каждого, кто смел возразить. Удивительно, что она так реагирует на этого черствого сварливого хама. Олив снова вдохнула древесный запах и с тяжёлым сердцем признала, что эти два месяца будут изощренной пыткой.

– Уважаемые пассажиры, мы рады приветствовать вас на борту ВиЭлЭмЭйрлайнз…

Виктор не мог пошевелиться. На его плече уснула девушка. Только на этот раз – в самолёте, оба были в одежде, и всё, что между ними было, можно назвать одним словом – катастрофа. Он и сам не мог объяснить свое поведение. В кабинете Лиама он потерял контроль над собой, было очевидно, что между секретаршей и братом далеко не деловые отношения: тот слишком тепло отзывался об Олив, а ещё прикасался к ней… И Виктора буквально накрыло какое-то уничтожающее чувство, название которому он пока дать не мог. И ещё ему вспомнились эти три евро, брошенные в машине… Не женщина, а своенравная истеричка! Нет, конечно, она обаятельна. Но его милым личиком не проведёшь… Он не будет давать слабину ради этих карих глазок, как младший брат! Даже странно, что Виктору не удавалось держать себя в руках: обычно это Лиам славился эмоциональными чертами, унаследованными от матери…

И вот сейчас снова Виктор слишком остро среагировал на эту женщину. Он намеревался сгладить конфликт, чтобы обоим было комфортно работать, но как только Олив подняла эту свою бровь и уставилась на него этими чертовыми янтарными глазами, – его самообладание снова сказало «прощай». Эта женщина выводила его из себя одним видом и пробуждала, казалось, самые худшие черты его характера. Но Виктор – профессионал. И он докажет себе, ей и остальным, что способен работать хоть с Медузой Горгоной!

Тем более, что он прекрасно понимал, какие трудности существуют в жизни его новой подчинённой: перед поездкой Лиам немного рассказал о Лив. Будь у братьев хорошие отношения, Виктор обязательно посоветовал бы расстаться с этой особой. Но Оливия слишком плотно опутала его братца любовными сетями, а вот советы внезапно из ниоткуда взявшегося старшего брата спустя пять лет в отношении женщин, да и разговоры об этом были… по меньшей мере неуместны. Теплота, с которой он говорил про девушку и строгие напутствия «не обижать» только подтверждали подозрения Виктора. На секунду он представил, как эти выразительные блестящие шоколадные зрачки с желанием смотрят на его брата, как она едва заметно улыбается Лиаму в ответ, и какое-то острое чувство полоснуло по груди. Этого стало достаточно, чтобы почувствовать себя полным кретином. Дурацкое чувство собственничества и не более: ведь Виктор положил на неё глаз ещё тогда, в автобусе, когда не знал, какой мегерой является прекрасная незнакомка. И потом… откуда ему было знать, что у них с братом за эти годы сформировался одинаковый вкус относительно прекрасного пола? Глупое чувство спровоцировало его вести себя с коварной подчиненной, как мальчишка, о чем теперь Ламберт старший жалел. Да и отцу Олив действительно нужна была помощь. Но извиниться за сказанное в кабинете Лиама оказалось сложнее, особенно, когда Оливия Мартинс смотрела на него так, будто Виктор – последний человек на земле, с кем она хотела бы общаться. И это ещё больше выводило из себя.

Плечо понемногу начинало затекать, повернув голову, он недовольно посмотрел на макушку своей подчинённой. В нос тут же ударил запах цветочного шампуня и свежести. Он едва удержался от соблазна уткнуться носом в её тёмные волосы – так необычно те пахли. Так странно, что ему доставляло удовольствие находиться рядом с девушкой, с которой они готовы были поубивать друг друга. Хотя тут он кривил душой, ведь даже когда он увидел её в автобусе несколько дней назад, то не смог пройти мимо. Тогда он ещё не знал, каким огненным характером обладает ангел, мирно сопящий на его почти отваливающейся руке, и так же не догадывался, что она не свободна…

– Мисс Мартинс… – шёпот проник в сознание девушки и заставил её поморщиться, – Оливия? – признаков жизни обнаружено не было.

– Ммм… – наконец протяжно застонала Олив и нежно прижалась к абсолютно неудобной и теплой подушке, устраиваясь поудобнее.

– Оливия, – чуть более сдавленно и хрипло донеслось до её сознания. Олив запрокинула голову, наслаждаясь калейдоскопом каких-то новых, но приятных ощущений.

– Ммм… – улыбнулась она в полудрёме, в нос ударил приятный древесный аромат, глаза чуть приоткрылись и наткнулись на мужские губы, пытающиеся вернуть Олив в реальность.

И в следующий миг девушка осознала, где она, с кем и что делает. Как ошпаренная, Лив отскочила от босса.

– Извините! – промямлила Оливия немного сонно, наблюдая, как Виктор потирает то самое плечо, которое она во сне приняла за подушку. Сердце резко пустилось вскачь – девушка вспомнила ощущения от прикосновений к телу босса. Скорее всего, её щеки заалели, и вид был абсолютно пристыженный. Но Виктор, надо отдать ему должное, абсолютно никак не отреагировал на ситуацию. В отличие от Олив, он спокойно дождался разрешения встать с места, собрал ручную кладь и направился к выходу. Сейчас бы и ей не помешало такое спокойствие.

Пунцовые щеки Оливии остужал мартовский ветер, когда она в ожидании такси набирала сообщения отцу и Нине. Воздух здесь был заметно прохладнее, чем в Антверпене или Мехелене, и она мысленно поблагодарила Нину за груду тёплых свитеров. До середины апреля оставалось потерпеть меньше трех недель, а там – прогноз обещал море тёплых деньков, которые девушка собиралась потратить не только на работу, но и на экскурсии.

В полном молчании они уселись в такси.

– Куда направляемся? – уточнил водитель.

– Москва-Сити, – отчеканил Виктор, и они двинулись с места в гробовой тишине, отчего даже дышать, почему-то, становилось неловко.

– Куда мы едем? – всё же решилась обратиться Олив к боссу.

– В апартаменты. Лиам постарался ради вас, – съехидничал Виктор, – вам не может не понравиться.

– Как мило с его стороны! – преувеличенно радостно бросила в ответ Оливия, выдавив из себя подобие улыбки. Какой смысл пытаться разубеждать этого нахала? Пусть думает, что угодно! Ей абсолютно всё равно! Так будет даже проще держать дистанцию…