Чтение онлайн

Стоило вспомнить чудную собачонку, как визгливый лай разорвал тишину и черный комок повис на моей ноге. Я хотела было стряхнуть неприятное животное, но в следующий миг окаменела: навстречу сквозь фиолетовую дымку шествовало то ли привидение, то ли моя свекровь. Вытянув руку, она оперлась на могильный камень, но не проронила ни слова. Зато шум, производимый Пусей, мог разбудить и мертвых. Я помахала ладонью перед глазами Мамули. Неужто она?..

– Жизель! – От звука ее голоса я вздрогнула. – Я не обижусь, если ты назовешь меня лунатиком.

Я обняла ее за плечи.

– По-моему, это у нас семейное. Пойдемте домой.

Почти всю пятницу Магдалина просидела в своей комнатке. Когда мне случалось проходить мимо, я слышала, что Папуля читает ей вслух – что-то насчет силы веры. Не могу сказать, насколько далеко зашло их примирение: в моем присутствии они по-прежнему почти не разговаривали.

Утром прибыла Рокси. Когда она извлекала из сумки свою заветную бутылочку, я заметила на воротнике до боли знакомую брошку. Черные птицы в ряд. Я отцепила брошку, стараясь унять дрожь в руках. Рокси даже бровью не повела.

– Нравится, миссис X.? – Она плеснула снадобье в стакан. – Можете оставить ее себе.

Скольких мужей она потребила? Трех или четырех?

– Н-нет… спасибо… Это вороны?

– Вороны? – Рокси смахнула Пусю со стула, как – пыль. – Пусть будут вороны… Неплохая безделушка, но больно уж много таких развелось. Цепляют все, кому не лень. Эту я на улице подобрала.

Так я и поверила! Хотя звучит вполне правдиво. Схватив «Оратор дейли», я ретировалась в гостиную. Про Анну ни слова. Руки сами раскрыли газету на колонке Доброй Надежды. Перед мысленным взором возникло лицо Эдвина Дигби. Неужели он и есть темная сила… или только орудие темных сил? «Дорогая Разочарованная, ваша проблема скоро умрет естественной смертью». Я задохнулась. Не может быть… «Разочарованная» – это ведь мой псевдоним!

Что же это такое… Ведь я забрала письмо, да и Анна уверяла, что это всего лишь заявление о приеме в члены клуба… Женщину не примут в клуб, пока не переговорят с ней по телефону и не спросят – четко и ясно, – действительно ли она хочет смерти мужу. Меня никто по телефону не допрашивал. Я бы запомнила.

Суббота. Бенефис Бена перед членами гильдии Домашнего Очага. Церковный клуб представлял собой длинное помещение с дощатым полом. В одном конце сцены располагалась импровизированная кухня, где за зеленой складной ширмой Бен готовился к показательному выступлению. Все оборудование он принес с собой, за исключением скороварки. Бен скороварок не держал.

Магдалина, в маленькой коричневой шляпке с перышком, и я, в черном кожаном плаще и сапогах, сопровождали его. Мы старались держаться в сторонке от женщин, которые расставляли складные стулья и вешали на них таблички «Занято». В толпе мелькнул затылок миссис Порридж, профиль миссис Гуиннивер и обширный зад миссис Шиззи. У стены сгрудилась кучка мужчин, которые преувеличенно громко разговаривали, давая понять, что ничуть не смущены присутствием на дамском мероприятии. Сердце мое заколотилось. Неужели в дальнем углу стоит доктор Бордо?! Кто-то взмахнул стулом перед самым моим носом, а когда я снова вгляделась в дальний угол, там маячил лишь Сидни Фаулер с красной розой в петлице. Похоже, накануне он немало потрудился, накручивая шевелюру на бигуди. Сидни по-прежнему походил на неандертальца, правда очень прогрессивного.

– Исаак никогда не посещал школьных спектаклей, в которых участвовал Бен, – пробормотала Мамуля. – Стоило нам выйти из дома, как у него начинали трястись коленки. Страх перед сценой.

Магдалина вцепилась в стул, словно тот собирался удариться в бега. Она выглядела получше, чем вчера. Лишь темные круги под глазами напоминали о жутковатой ночной прогулке.

– Бедный Папуля, – посочувствовала я.

– Мужчинам недостает нашей стойкости. Вот что бывает, когда у Божьего создания не хватает одного ребра.

Киттис Порридж треснула меня стулом. Выслушивая ее многословные извинения, я смотрела ей в глаза. Мне не хотелось снова наткнуться на брошку с воронами.

– Какая жалость, что преподобный Фоксворт решил устроить себе выходной сегодня, а не завтра, как планировал. Если бы он открыл нашу лекцию краткой молитвой, это было бы прекрасно! Но я слышала, ему позвонила матушка и попросила приехать. Ну-с, – кошачий рот Киттис изогнулся в улыбке, – похоже, наступает великий момент!

Она уселась чуть поодаль. Занавес слегка приоткрылся, и я увидела, как на сцену прошел мужчина. Из-за ширмы послышался голос Рокси:

– Если вам понадобится ассистент, мистер Хаскелл, то я к вашим услугам, всего за пару шиллингов.

В ответ раздался разъяренный голос Бена:

– Только троньте мою солонку! И к перечнице не прикасайтесь! Дотронетесь – убью!

Занавес медленно поехал в сторону. Магдалина привстала и вытянула шею, но невесть откуда взявшаяся миссис Джоппинс загородила сцену.

– Прекрасный день, миссис Хаскелл! Мы, – она махнула рыхлой рукой в сторону шушукающихся дамочек, и ее подбородки затряслись, – так ждали этого события! А вы, моя дорогая, расслабьтесь и наслаждайтесь каждой минутой!

Она удалилась, даже не взглянув на Мамулю. Моя свекровь сидела, сложив ручки на коленях, опустив глаза, и бормотала:

– Господи, он выступит прекрасно… а если нет, я просто никому не стану рассказывать.

Я собралась сесть рядом с Магдалиной, когда увидела, как в дверь вошла молодая красивая блондинка. В петлицу серого замшевого жакета была воткнута алая роза. В первую секунду я решила, что это Наяда, но женщина была поразительно хороша собой, в то время как Наяда была просто поразительна. Сомневаться не приходилось. Родители, назвавшие свою дочь Ангеликой, должны были представлять ее именно такой. Она заметила мой взгляд и устремилась ко мне на невероятно длинных ногах. Портфельчик из крокодиловой кожи покачивался у бедра, обтянутого мини-юбкой.

– Привет! Надеюсь, я не очень опоздала. – Голос у нее был слегка хрипловатый, но сексуальный отнюдь не слегка. – Меня зовут Ангелика Брэд, а вы, должно быть, Элли, потому что это уж точно мамуля Бена. – Она с небрежным дружелюбием сунула мне руку в перчатке.

И тут ее глаза буквально вылезли на лоб. Магдалина уже поднималась со стула. Неужто мисс Брэд потрясена, как безжалостно время расправилось с моей свекровью? Или что-то в моей внешности вызвало у нее приступ отвращения? Я забормотала, как обрадуется Бен ее появлению, но никто меня не слушал. Мисс Брэд уставилась в пространство… пространство, занятое Сидни Фаулером. В петлицах у них торчали совершенно одинаковые розы. И выражение лиц было тоже одинаковым.

– Анджи, разве Бен тебе не сказал, что Сидни тоже здесь живет? – спросила Магдалина.

– Нет, но я сама виновата, – голос мисс Брэд звучал словно откуда-то издалека. – Запретила Бену даже упоминать имя Сида.

Сидни почему-то развернулся и почти побежал к выходу.

– Передайте Бену привет от меня, – прошептала мисс Брэд и тоже исчезла.

– Я почти рада, что Бен на ней не женился. – Магдалина села на место и разгладила юбку. – Тс-с, по-моему, урок моего мальчика начинается. – Она вытащила четки из сумки.