Вечер, 2057 год
Шрифт:
Зужа первым отошел после дозы. Над ними снова завис антиграв, и он решил, что это милицейский бобик, забравший Бяху, вернулся за дополнительной рабочей силой. Он не удивился, когда из машины вылез давешний водила, который чуть не сбил его на дороге. «Все, написал заявление, теперь точно закроют», – тоскливо подумал он и начал привычно ощупывать карманы.
– Василь! Сержант! Ты меня узнаешь? – неожиданно произнес водила.
– К-командир? – удивленно-вопросительно пробормотал еще не до конца протрезвевший Бережной.
– Да я это, я. Идти-то хоть можешь?
– Командир? Ты тут? Куда мы едем? Я проспал подъем?
– Поедем, сержант, туда, где за спасение женщин и детей со службы не выгоняют, – произнес Рощин, подставляя плечо медленно приходящему в себя парню. – Теперь все у нас будет хорошо.
Водитель такси при виде грязного бомжа, которого выгодный клиент явно тянул в салон, хотел было возмутиться, но, услышав их разговор, лишь буркнул: «Покрывало в багажнике возьми, капитан, седушки не пачкайте, мне через два часа смену сдавать». Дождавшись, когда пассажиры займут места, он дал сигнал и резким движением военного пилота поднял машину в воздух.
«Похоже, – подумал Рощин, – что если сейчас попросить его включить трансляцию с Дона, то нам понадобится не два, а три билета на самолет».