Чтение онлайн

Но Минетта покачала головой. Она отступала, пока не смогла спрятаться за ногами Райдера, как испуганный щенок.

Женевьева шагнула вперед.

Эмма почувствовала, как ее рука сжалась в кулак, и она встала перед Райдером одновременно с Беном.

Женевьева остановилась как вкопанная.

Заговорил Калум.

— Райдер, спроси Минетту, хочет ли она жить с тобой.

Райдер опустился на колени, лицом к своему детенышу. Ему пришлось дважды прочистить горло, прежде чем он смог заговорить.

— Котенок, ты хочешь остаться со мной?

— Папочка. — Без всяких колебаний она зарылась в его объятия.

Когда он поднял ее, она обхватила его ногами за талию, прижимаясь крепче, чем репейник. Его глаза были влажными, прежде чем он закрыл их и прижался щекой к макушке детеныша.

Эмма услышала, как он прошептал:

— Спасибо тебе, Мать всего сущего, — прежде чем занять место между Эммой и Беном.

Вся таверна наполнилась радостными возгласами.

Все кончено. Клянусь Богом, детеныш в безопасности. Глаза Бена горели так, словно он очистил горсть лука.

— Отличная работа, Козантир, — сказал Алек брату, затем указал на Минетту. — Но я надеюсь, ничего страшного, если жадный детеныш потребует больше одного родителя.

Детеныш хотел Женевьеву тоже? Встревоженный Бен посмотрел на Минетту.

Не Женевьеву.

Детеныш крепко обхватила пальцами косу Эммы, а другая ее рука была сжата в кулак на рукаве рубашки Бена. Котенок заявлял права на всех троих как на своих собственных.

Рассмеявшись от облегчения, Бен накрыл ее руку своей. Такая маленькая. Такая любимая.

— Действительно, я верю, что ее желания совершенно ясны. Херне согласен, и Мать — тоже. — Козантир повернулся к Женевьеве. Его глаза потемнели до глубочайшего черного цвета от присутствия Бога. — Связь между вами разорвана.

Бен увидел, как Минетта вздрогнула.

Женевьева отшатнулась, и ее рука прижалась к груди, когда связь матери и ребенка разорвалась.

— Ты не можешь…

— Ты издевалась над одним из драгоценных детенышей Матери. — Выражение лица Козантира стало каменным. — Прошлой ночью твои жадные, мстительные действия привели к смерти одного из моих оборотней. Если ты окажешься на моей территории к утру, или когда — нибудь снова, я найду тебя и отправлю обратно к Матери.

Лицо Женевьевы побелело от обещания смерти. Ее рот открылся и закрылся, и она выбежала из таверны без оглядки, бросив своего спутника.

Взгляд Козантира остановился на мужчине, который теперь стоял один.

— Джеффри, ты пришел на помощь своей женщине, Женевьеве, но бросил другую женщину и ребенка на растерзание адскому псу.

— Так и есть. — Оборотень склонил голову. — Я… я позволил ей затолкать меня в хижину. Я хотел вернуться, но она обернулась волком и остановила меня. — Парень задрал рукав, чтобы показать сочащиеся следы от укуса. Из — за его попыток.

Козантир молча ждал, пока… Бен не знал, что именно.

И затем он сделал это, когда Джеффри сделал глубокий вдох и повернулся лицом к Эмме. — Более мудрый мужчина не стал бы слушать Женевьеву. Им бы не помыкали — и не запугали укусом. Прости бард.

— Я понимаю, — тихо сказала она.

Бен почувствовал, как она вздрогнула. Донал исцелил ее тело, но… Бен мог только представить, что она чувствовала, оставшись в темноте и холоде с детенышем, лицом к лицу с адским псом. У его пары было мягкое сердце. У Бена нет.

— Ты хорошо все подытожил, Джеффри. — Лицо Калума слегка смягчилось. — Я не буду изгонять тебя, но ты покинешь эту территорию. Через три зимы можешь вернуться, и мы узнаем, приобрел ли ты мудрости. Мать сделала тебе подарок. Постарайся оказаться достойным его.

Оцепенение покинуло молодого мужчину, и в его глазах блеснули внезапные слезы.

— Спасибо, Козантир. Я… я вернусь в назначенное время и покажу тебе, что твое милосердие оправдано. — Опустив голову и не взглянув на входную дверь, за которой исчезла Женевьева, Джеффри направился к задней части бара и порталу, ведущему в дикую местность.

Когда он уходил, Бен обнаружил, что в его сердце все — таки есть сочувствие. Джеффри был не первым мужчиной, которого Женевьева почти уничтожила. Слава Богу, что Райдер усвоил урок и вернулся туда, где ему самое место.

Рядом с Беном Райдер прошептал детенышу:

— Я люблю тебя, котенок, во веки веков.

Обняв его за шею, она поцеловала его в щеку.

Такая чертовски маленькая. Пришло время внести ясность в изменения.

— Можно мне подержать детеныша? — спросил он своего сородича.

— Нашего детеныша, — поправил Райдер, даже не зная, что у Бена на уме. Он передал ее, поцеловав в макушку.

Обхватив Минетту за талию, Бен поднял ее над головой.

К его удовольствию, она не выказала страха, наоборот, просияла, глядя на него сверху вниз.

— Это детеныш моего сородича. — Его голос прогремел по комнате. Он повернулся так, чтобы у всех оборотней был шанс увидеть ее. — Я говорю, что она и мой детеныш тоже. Ее сердце, тело и душа принадлежат мне и моей семье, и я буду охранять их до конца жизни. — Он опустил ее, чтобы поцеловать в лоб.

Ее маленькие ручки погладили его по лицу, прежде чем она поцеловала его в большой нос.

Он засмеялся и крикнул:

— У меня есть свидетели?

Комната содрогнулась от голосов его клана.

— Свидетельствую.

Козантир слегка улыбнулся.

— Да будет так.

Радость захлестнула Бена, и он не смог скрыть ее на лице. Держа Минетту в одной руке, он по — медвежьи хлопнул Райдера по плечу. — Мы делимся, брат. Да?

Щеки Эммы были мокрыми от слез, когда Райдер обнял ее одной рукой и притянул к себе — туда, где должна была находиться их спутница жизни. — Да, брат. Клянусь Богом, да.

Территория Северных Каскадов; первая четверть луны

Человеческий «День памяти»

Солнце уходило на запад, заставляя кончики высоких хвойных деревьев светиться зеленым цветом, сверкающим на глади чистого горного озера. Сидя среди друзей, Эмма оглядела поляну.

Между волчьей стаей и некоторыми оборотнями — новичками шла игра в мяч. Дочь Калума Джейми, стройная пантера, объединилась в команду с тремя молодыми волками и одним черным медведем. Старшие члены стаи побеждали младших благодаря лучшему командному духу и координации.