Вечер
Шрифт:
— Что случилось?
Взгляд Эли… агрессивный. Я знаю, что он пытается проникнуть в мои мысли. Но, похоже, на этот раз он сопротивляется.
— Что ты здесь делаешь, Райли? — спрашивает он. — Чейз появился в «Татумании» один.
Я оглядываюсь по сторонам. Как ему удалось ускользнуть от меня? Я пожимаю плечами.
— Погнался за белкой. Вырвал поводок прямо у меня из рук. Он делал это и раньше. — Я ободряюще улыбаюсь Эли. — Видишь, какой он умный мальчик? Пошел прямо домой.
Эли хмурится еще сильнее.
— Ты под дождем, — говорит он, — у тебя в голове пусто, и ты преследуешь какого-то бегуна. — Он смотрит на меня сверху вниз, и мокрая прядь растрепанных черных волос падает ему на глаза. — Ты не замечала, что происходит вокруг, Рай. Или что я иду прямо на тебя.
Я снова пожимаю плечами и усмехаюсь.
— Значит, теперь я — сталкер? Это просто безумие, Дюпре. — Я вздыхаю и долго смотрю на него. — Я в порядке, Эли. Я просто погрузилась в свои мысли, вот и все. — Я игриво бью его по руке. — Ты волнуешься, как старушка.
Эли не сводит с меня взгляда. Даже когда мы стоим под дождем, он изучает меня.
— Ты знаешь этого парня? — спрашивает он.
Я оглядываюсь по сторонам, выискивая глазами тускло освещенные улицы. Я никого не вижу.
— Какого парня, Эли? Я просто вышла на пробежку. Ничего больше. Ни больше, ни меньше. Теперь мы можем укрыться от дождя?
Горящие глаза ищут мои. Черная футболка, в которой Эли стоит под дождем, прилипла к телу, и под тонким хлопковым материалом идеально проступает каждый мускул. Я смотрю на него. Он смотрит на меня и прищуривается.
Наконец, он опускает руки, отпуская мое лицо.
— Домой, сейчас же.
Дом. Эли уже почти переехал ко мне, и пока что у нас все получается. Мы отправляемся на пробежку под уже не прекращающимся моросящим дождем, Эли намеренно следует на шаг позади меня. Через несколько минут мы пересекаем Бэй и, ступая по булыжной мостовой, выходим на Мерчантс-лейн, а затем к Татумании. Когда я иду открывать дверь, Эли останавливает меня. Я смотрю на него.
— Что? — спрашиваю я.
После нескольких мгновений молчания он качает головой.
— Мне трудно тебя понять, — говорит он, все еще хмурясь.
Я улыбаюсь.
— И это плохо? Хм. Ко мне возвращаются мои сокровенные мысли. Как… обыденно.
Костяшками пальцев он проводит по моему подбородку.
— Мне это не нравится.
Я беру его за руку и переплетаю наши пальцы. Его пальцы, как всегда, теплые, но сильные, как сталь.
— Сложно. — Я открываю дверь и втаскиваю его внутрь. Чейз оказывается там и сразу же начинает лаять. Затем Сет и Джози оказываются в фойе, прямо за его спиной.
— Что с тобой случилось? — спрашивает Сет. — Почему Чейз вернулся домой без тебя?
Я качаю головой.
— Ты тоже? Что? — Я перевожу взгляд с Эли на Джози, затем обратно на Сета. — Двадцать вопросов? Я просто решила пробежаться, вот и все. Чейз вырвал поводок у меня из рук. Я знала, что он вернется сюда. Господи. — Последнюю фразу я произнесла вполголоса. Я была раздражена. Устала от того, что меня муштруют. — В прошлый раз, когда я проверяла, мне не нужно было надевать браслет на лодыжку.
Выражение лица Сета поразило меня до глубины души. Ранен. Удивлен. И я к этому не привыкла. Но, черт возьми, я ничего не могла с собой поделать. Я устала от допросов.
— Чейз сбежал от меня. Это все. Теперь я могу пойти принять душ, пожалуйста? — Я не жду ответа ни от кого, проталкиваюсь мимо Сета и Джози и направляюсь наверх. В своей комнате я скидываю кроссовки, стягиваю рубашку через голову и бросаю ее на пол. Я снимаю мокрые штаны и иду прямиком в ванную. Через мгновение, когда вокруг нет ничего, кроме горячей воды, комната наполняется паром. Вода стекает по спине и плечам, пока я стою и размышляю.
Вот что случилось, верно? Я держала Чеза на поводке, а потом… его там больше не было. Мы бегали трусцой. Он… вырвался. Я решила закончить пробежку, потому что знала, что он направится домой. Потом появился Эли и взбесился. Мы вернулись домой. Конец истории.
Я быстро пришла к выводу, что все они чокнутые.
«Это происходит медленно, не так ли, любимая? Перемены? Я предупреждал этого варвара, с которым ты водишь компанию, но он не слушал. Пожалуйста, Райли. Ты должна уйти. Вернись ко мне. Клянусь, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе».
Я вытираю слезы с глаз. Викториан все еще способен общаться со мной мысленно; это раздражает и успокаивает одновременно. Не могу этого объяснить, совсем нет. Это то, что есть.
«Оставь меня в покое, Вик. Со мной все в порядке. И, черт возьми, и ты тоже? Меня только что отчитали мой брат и Эли. Мне это не нужно. Убирайся из моей головы и дай мне спокойно принять душ».
«Господи, женщина. Ты голая? В душе? Почему ты так мучаешь меня? Неважно. Я все еще вижу в твоем сознании отголоски событий сегодняшнего вечера. Ты путаешься, не так ли, любимая? Дальше будет только хуже. Доверься мне.»
«Я не смущена, черт возьми. А теперь уходи».
Я продолжаю мыться… мою голову, тру кожу, ополаскиваюсь. Я все еще чувствую присутствие Викториана. Как, я не знаю, но чувствую.
«Что ты делаешь, Викториан?»
Через несколько секунд он отвечает.
«Тебе лучше не знать».
Конечно.
«Почему ты все еще здесь?»
«Не могу перестать думать о тебе обнаженной, о твоей коже, влажной и скользкой от мыла. В моей голове легко возникают… образы. Ничего не могу с собой поделать, когда это происходит, Райли. Я…»
«Да, да, не обращай внимания, Голубчик. Не хочу знать. Позже, Вик.»
«Для верности, любовь моя…»
Вытершись и натянув мягкие пижамные штаны и майку, я чищу зубы, включаю свет и забираюсь в постель. От усталости у меня отяжелели кости, кожа ноет, и как только я погружаюсь в сон, сильные руки Эли притягивают меня к себе.
— Отдохни, — шепчет он мне в висок, и, несмотря на мою сонливость, ощущение его губ, скользящих по коже, заставляет меня вздрогнуть. — Я буду здесь, когда ты проснешься.