Чтение онлайн

Ничего особенного, будешь чем-то вроде подсадной утки. Ну, в крайнем случае, подсобишь ребятам, если где что понадобится. Мы еще сами не знаем, что нам предстоит, объект не разработан. Только вчера на место прибыли.

Так, значит, буду работать на ответственной должности «принеси-подай». Совсем неплохо. Вот это повышение. Из специалиста-консультанта по неизвестно чему — в полевого работника младшего звена.

И что же за задача у нас? Если, конечно, я могу причислять себя к этим самым «нам».

Можешь, можешь. До конца операции ты входишь в нашу группу.

Вот здорово-то. А если операция на полгода растянется?

Тишина.

Эй!

Учти, мысленная речь непривычна нашему мозгу, и у многих людей вызывает сильные головные боли. Так что лучше не злоупотреблять.

— Палыч, охарактеризуй ситуацию для нашего новичка, — предложил Борис Абрамович.

— Надеюсь только в общих чертах? — уточнил Палыч.

— Конечно, — махнул рукой Борис Абрамович.

Видимо, его не очень заботило сохранение секретности. Во всяком случае, не так сильно, как военизированного старичка.

— Есть некий человек, назовем его Мистер Хэ, который в ближайшее время собирается приобрести нечто… — старик замешкался. — Скажем так, связанное с биологией. Так вот наша задача сорвать сделку и захватить всех ее участников.

— Довольно просто, — не очень уверенно сказал я.

— Не кажи гоп, — рассмеялся Истов. — Прежде чем провести операцию, нужно долго разрабатывать объект, это тебе не хухры-мухры. Мы работаем как хирурги — вырезаем больную ткань так, чтобы не задеть здоровую.

— Философ, блин, — буркнул Палыч.

В мою душу закрались некоторые подозрения.

— А операция предполагает гибель больной ткани?

— Все бывает, — не стал спорить Борис Абрамович.

Ё моё, куда же я попал? С каждым разом опускаюсь все ниже и ниже. Уже успел побывать сектантом, преступником, хулиганом, а теперь вот становлюсь наемным убийцей. Причем на официальном жаловании. Еще и пенсия, небось, увеличенная полагается за вредность. Наша служба и опасна и трудна…

— А я, значит, должен … — я сделал паузу.

— Делать все, что тебе скажут, — чуть ли не ласково закончил старик.

— А конкретнее? — попытался уточнить я.

Истов махнул рукой.

— А конкретнее будет известно завтра… ну, в крайнем случае, послезавтра.

— Но кое-что можно сделать уже сейчас, — заметил Палыч. — Для начала прогуляйся с утречка по окрестностям, посмотри что, где, да как. Обрати особое внимание на дом 24 и дом 39 по улице Сосновке, но особо там не светись, мало ли что.

То есть, мне предлагают завтра ни свет, ни заря поиграть в шпионов?

Не предлагают, а приказывают. Не забывай — ты часть группы, а значит должен делать все, что тебе скажут.

— Слушаюсь и повинуюсь, — обречено кивнул я. — А оружие мне выдадут?

— Оружие? — переспросил Истов. — Знаешь, мы оружием не пользуемся. Если быть совсем точным, у нас его даже и нет.

— А как же вы без оружия проворачиваете свои операции? — удивился я.

— Так мы сами по себе то еще оружие, — чуть ли не хором сказали Истов и Осокиным.

Вот это слаженность, — невольно восхитился я.

Они-то, может быть, и оружие. А мне как быть?

Утро выдалось солнечное, но явно не в нашем часовом поясе. Открыв глаза, я некоторое время тупо пялился в окно, пытаясь понять, зачем я проснулся в такую рань. Часы ноутбука, оставленного вчера на тумбочке рядом с кроватью, упорно со мной не соглашались, показывая совершенно фантастическое время — час дня. За окном царил полумрак, и как-то не верилось, что день уже в самом разгаре. Просто на всякий случай я потянулся к сотовому Нестерова и уточнил время. Действительно, час. А ведь такое ощущение, будто я только закрыл глаза… и погода премерзкая, так и хочется не вылезать из кровати как минимум до начала июня.

Ладно, как это не обидно, но есть такое слово — надо… хотя с другой стороны, на любое надо, мы найдем свои контрдоводы, и они наверняка будут более весомы. А значит, нужно вставать как можно быстрее, пока мозг еще не проснулся, и не начал приводить эти самые контрдоводы.

Я медленно, стараясь не растрясти еще спящие мозги, поднялся с кровати, оделся и побежал на второй этаж к Истову.

Странно получается — столько проспал, а все равно ощущаю себя не выспавшимся.

Я широко зевнул, и чуть было не врезался в «сверха», стоящего на лестнице и курящего добротную сигару.

— Ты куда так несешься? — флегматично поинтересовался он, выпустив колечко дыма.

Видок у «сверха» был такой, будто он не спал всю ночь.

— К тебе, — ответствовал я, невольно поморщившись.

Никогда не любил запах сигаретного дыма. Даже такого породистого, как исходящий от толстой коричневой гостьи из Гаваны. Хотя, скорее всего их накручивают в каком-нибудь подмосковном подвале…

— А я как раз подумывал пойти тебя будить. Что-то ты больно спать горазд, — заметил Истов.

— Будильник не сработал, — соврал я. — А когда у нас завтрак?

Конечно же, никакой будильник я и не думал ставить.

— Во-первых, завтрак ты давно уже проспал, а обед еще только через три часа.

— А во-вторых?

— А во-вторых, ты не забыл, что должен сегодня обследовать район будущих военных действий?

Я опешил.

— Каких действий?!

— Только не падай в обморок, это я так пошутил, — с ухмылкой сказал Истов. — Но готовым нужно быть ко всему.

Не нравится мне такие шуточки, и я не хочу готовиться к… хирургическим операциям, как окрестили вчера «сверхи» предстоящее нам дело.

— Смотря, к чему это приведет, — с вызовом ответил я.

— Правильно мыслишь, — неожиданно похвалил меня «сверх». — Нужно заранее думать о последствиях.

Да уж. Но сколько о них не думай, все равно жизнь перевернет с ног на голову любые, даже самые смелые, предположения. Уж я-то могу говорить об этом с полной уверенностью.

— Хорошо, сейчас пойду, осмотрюсь.

Надо бы сперва позвонить Сергею Ивановичу, и узнать как дела с допросом моей доброй соседки. Вот только его телефонный номер был записан в моем утерянном сотовом, а в записной книжке Нестерова я не стану копаться из врожденной культурности.