Чтение онлайн

– Опять померещилось?!.. Опять померещилось?!.. – Дежурная по этажу оттолкнула его в сторону, заглянула в комнату, в санузел, в стенной шкаф и, побледнев, прошипела: – Так вы ее еще и прячете?!.

– Да вы спятили! – взвился шеф. – Какая женщина?! Нет у меня никакой женщины! А если и была, – здесь он приблизился к дежурной и доверительно прошептал, – то я ее убил, разрезал на куски и спустил в унитаз.

– Вы мне голову не морочьте, – так же шепотом сказала дежурная по этажу, – я все ваши фокусы знаю.

Она уверенно прошла в комнату и заглянула под кровать.

Шеф неприлично заржал.

– Она в холодильнике!

Дежурная оглянулась и, усмехнувшись, подошла к окну и отдернула занавеску.

Шеф охнул и прислонился к стене.

Элеонора вымученно улыбнулась. В левой руке она держала бутылку, в правой – стакан.

Дежурная по этажу победоносно взглянула на шефа и злорадно хмыкнула.

– Простите, – сказала ей Элеонора. – Как-то глупо получилось.

Дежурная по этажу окинула ее презрительным взглядом и ничего не ответила.

– Но как… – наконец выдавил из себя шеф. – Как вы сюда попали?..

– Я хотела вам сделать сюрприз, – Элеонора смущенно посмотрела на него, и шеф поспешно схватил со стула брюки и, пятясь, скрылся в санузле.

– Так вы освободите номер? – спросила дежурная по этажу.

– Конечно, – сказала Элеонора, поставив на стол бутылку и стакан. – Я сейчас уйду.

Дежурная по этажу усмехнулась.

– Подождите, – сказал шеф, выглядывая из санузла. – Я вас провожу.

Дежурная по этажу пожинала плоды своей победы, оглядывая номер с презрительной миной на лице.

Где-то за занавеской застыл в немом параличе Алексеев.

Элеонора попыталась остановить пронзительный взгляд дежурной и сказала:

– Вы знаете, мне самой так неудобно, но, понимаете, мы давно не виделись, мы, можно сказать, друзья детства, и засиделись.

Из санузла выскочил шеф, схватил ботинки, носки и снова скрылся.

– …Засиделись, – продолжала Элеонора после паузы, – а когда вы постучали, он подумал, что это его коллега по работе, совершенный болван и, как человек, полное ничтожество, на все способен. Вот я и спряталась. Знаете, эти мужчины, они всегда чего-то.

– Не знаю, – сказала дежурная по этажу. – Вам виднее.

Из санузла суетливо выбежал шеф, надел пальто и униженно улыбнулся дежурной по этажу.

– Это недоразумение, чистейшей воды недоразумение, – сказал он, – надеюсь, что оно останется между нами и не будет служить причиной для каких-либо осложнений. Еще раз простите великодушно и не обижайтесь на нас.

Дежурная по этажу несколько смягчилась, но сочла за лучшее промолчать.

Они вышли из номера, свет погас, и замок громко щелкнул два раза.

Алексеев остался один.

Несколько секунд он стоял за занавеской в разноцветных бликах мельтешащей рекламы, потом шагнул в темноту комнаты, что-то опрокинул, выругался, зажег свет и подошел к двери.

Заперто.

Он лихорадочно осмотрелся по сторонам, достал из кармана какие-то ключи, попробовал один, другой, третий, плюнул – не подошли, вернулся в комнату, открыл один ящик тумбочки, другой, вытащил столовый нож, опять вернулся к двери, поковырял им в замке – опять не вышло, отбросил в сторону и возвратился в комнату.

Взял с подоконника свой стакан, отпил глоток, сел за стол и в мучительной задумчивости обхватил голову руками. Номерок на пальце торчал, как третье ухо.

В дверь оглушительно забарабанили.

Алексеев рванулся в одну сторону, в другую и бросился за занавеску.

– Элеонора!! – заорали из-за двери в сопровождении бешеных ударов. – Элеонора!!!

Алексеев в панике оглянулся на окно.

– Откройте!! – орал голос за дверью. – Я знаю, вы здесь! Откройте! Элеонора!! Ты же обещала выйти за меня замуж! Элеонора!! Помнишь?! Ты же обещала!!

То, что Алексеев увидел за окном, могло бы быть забавной пантомимой, если бы не имело к нему никакого отношения.

Под фонарем стояли двое: мужчина и женщина. Оба стояли, задрав головы, и смотрели на ярко освещенное окно четвертого этажа, в котором неподвижной тенью застыла загадочная человеческая фигура.

Алексеева охватил священный ужас узнавания.

Мужчина отчаянно жестикулировал, указывая на окно, женщина висела на нем тяжестью всего тела, а голос за дверью захлебывался криком.

Наконец мужчина под фонарем вырвался из рук женщины и опрометью бросился обратно в гостиницу.

Алексеев запоздало отшатнулся от окна, подскочил к выключателю, и номер погрузился в темноту.

– А-а-а-а! – взвизгнул голос за дверью. – Свет потушили!!!

Темнота номера наполнилась грохотом, приглушенными ругательствами, каким-то стуком, шуршанием, потом все смолкло.

– Не надо… – захныкал голос за дверью, – Элеонора, не надо.

Шеф вбежал в темноту гостиницы, на ходу провернулся вокруг оси и ворвался в кабину лифта, чуть не опрокинув сидевшего в ней человека в униформе.

Двери закрылись, лифт дернулся и поехал.

– Я на какой этаж? – спросил человек в униформе.

– На четвертый, – рявкнул шеф, топая ногами от нетерпения в медленно ползущей вверх кабине лифта.

Человек в униформе благодарно кивнул и сделал очередную запись в блокноте.

Лифт остановился, двери еще только открывались, а шеф уже выскочил в холл, развернулся под прямым углом и пропал из виду.

Промчавшись по коридору небольшим ураганом, он с грохотом двери вломился в номер.

Маленькая хрупкая женщина с округлившимися глазами медленно отступала от раздутого чемодана, который она только что пыталась закрыть.

– Обчистили??!!.. – заорал шеф, гневный, как джин из бутылки.

– Мои вещи!!! – Он подбежал к чемодану и вытряхнул из него содержимое.

Здесь его взгляд остановился, он судорожно глотнул и осторожно поднял глаза.

Маленькая женщина, прикрыв рот рукой, опускалась на стул.

Шеф попятился, сначала медленно, потом быстрее и выскочил из номера.